— Ну и что? Или у вас угли на вес золота?
— Перестань, Нара, — вмешался Тиан. — Раньше надо было торговаться. Вот, возьмите, почтеннейший.
И отдал золотой! Он, что же, думает, что Князья ему второй кошелек подарят, когда в этом деньги закончатся?!
— Идемте, — поднялся Кольд.
Бесстыдство корчмаря я обнаружила уже когда мы шли по тракту. Я накинула плащ не глядя и только по дороге обратила внимание, что старательные служанки умудрились прожечь в поле дыру.
— Вот гад! Тиан, ты как хочешь, а я вернусь в корчму и скажу тому жулику все, что я думаю про него и его косоруких служанок! Испортили хороший плащ и деньги стрясли, это же немыслимо!
— Это нечего, что мы полдня уже прошагали? — поинтересовался Кольд. Вежливо так.
— Ну и что?
— Да ничего, только скоро будет перекрестье дорог, а там торжище, — ответил Кольд. — Сможем отдохнуть, перекусить, потом пойдем дальше.
— А деньги?! — возмутилась я. — Что мне теперь, в прожженном плаще разгуливать?!
— Если корчмарь и вернет деньги — в чем я лично сомневаюсь — плащ от этого целее не станет, — резонно возразил Кольд.
— Зато можно будет купить новый! — резко ответила я. Наш новый спутник точно так же, как и Тиан, не воспринимал меня всерьез. Только вот Тиан надо мной трясся, как над малым ребенком, а Кольд подтрунивал, даже самые серьезные вещи произносил с неприятной усмешкой. — И почему это корчмарь не вернет денег?
— Потому что ты одна их не отнимешь, а добровольно такие люди с деньгами не расстаются, — рассмеялся наемник.
— Одна?! — не поняла я. — Как это — одна?
— Ты же сказала, что возвращаешься в корчму, — напомнил Кольд.
— Ну да, возвращаюсь.
— А мы — нет.
— Нет?! — Я отвернулась от наемника к своему человеку, который молча шел рядом со мной, совершенно не собираясь вмешиваться в разговор. — Тиан! Разве ты не пойдешь со мной?
— Я? — Тиан удивился так, словно относительно его намерений не могло возникнуть никаких сомнений. — Я иду вперед, в Костряки.
— Но…
— Нет. — Сказал, как отрезал. А мне теперь в дырявом плаще ходить, как последней оборванке?! Да кто видел баньши в лохмотьях, скажите мне на милость?! Вот позорище!
— Не плачь, красавица, — спас ситуацию Кольд. — Я ведь сказал, впереди торжище, купишь себе и новый плащ и все, что захочешь.
— Да-а, — проныла я, и впрямь чуть не всхлипывая. — Мы в прошлый раз семь серебряных монет оставили, а у меня столько не-е-ет.
— Нара, перестань, — раздраженно начал Тиан, — не надо тебе самой…
— Если мне будет позволено, — одновременно с ним произнес Кольд, — я вполне бы мог…
Оба замолчали и переглянулись как-то не слишком дружелюбно.
— Я вполне в состоянии сам купить все, что Наре потребуется, — отчеканил Тиан. Что ему не понравилось, я не очень поняла. Сначала сам зазвал этого типа с нами, а теперь, когда тот только собирается стать полезным, почему-то злится.
— Как скажешь, — мирно ответил наемник. — Я только хотел внести свой вклад в совместное путешествие, никого не думал обидеть.
— Спасибо, — процедил мой человек.
— Но, может быть, красавица все-таки позволит сделать ей подарок? Исключительно в знак искреннего восхищения ее… — тут Кольд запнулся, словно не знал точно, чем именно восхищается, но быстро сообразил и закончил: — решительным характером. И красотой, разумеется.
Я покраснела и повернулась за советом к Тиану. Он отрицательно покачал головой, потом пожал плечами. Я его опять не понимаю.
На этом торжище, как и на вольградском, было шумно и людно. Яркие шатры и палатки, многие торговали прямо с повозок, торговцы громко нахваливали свой товар, покупатели так же громко бранили, сбивая цену, то тут, то там бегали мальчишки — то ли воры, то ли просто так развлекаются. Это все вызвало у меня неприятные воспоминания о предыдущем походе за покупками, который ознаменовался встречей с Рей'Линэ. Осенней Княгиней, которая ни с того, ни с сего отрезала меня от моей Эйш-тан и заставила Тиана принять гибельный выбор. Я с трудом подавила желание взять своего человека за руку и прижаться покрепче. Тиан меня упорно не так понимает, а объяснять, что меня мучает панический страх, как-то не хотелось. Не достойно Старшей, да он и так меня за ребенка держит…
— Нара, нам сюда, — сообщил Тиан, останавливаясь перед каким-то шатром. — Что тебе купить?
Лицо у него было как у ангела Единого из человеческих легенд при встрече с не менее легендарным чертом. Терпение, потому что гневаться не положено, вперемешку с раздражением, потому что все-таки разговаривать неприятно. Видимо, вспоминает прошлый раз, когда из меня каждое слово приходилось вытягивать.
— Мне ничего не нужно, Тиан Берсерк, — отчужденно отвечаю я. Опять злюсь. Не знаю, почему. Что-то не так, совсем не так, неправильное в этом его отношении ко мне! Если говорит «сестра», то пусть и ведет себя как брат, а не как, как… как непонятно кто.
— Нара. — А теперь в голосе прорезался металл. Чем дальше, тем с моим человеком сложнее спорить. И как мне теперь его жизнью управлять? — Перестань.
— Нет, правда! — принимаюсь протестовать я, но уже понимаю — бесполезно. — Я сейчас вспомнила, мне ведь только плащ нужен, прекрасно обойдусь своими деньгами!
— Нара. — Еле сдерживая раздражение. — Я сказал, что заплачу сам. Этот вопрос не обсуждается. У меня много денег, ты можешь не экономить.
— Погромче еще крикни, — посоветовал Кольд. — А лучше сразу свой кошелек подари карманникам, быстрее получится от лишнего богатства избавиться. Я пока пойду, посмотрю, что нам пожрать… прости, красавица, покушать можно будет. Тиан, ты со мной или здесь останешься?
Мой человек подумал немного, покосился на меня.
— С тобой пойду, — решил он. — Нара, купишь одежду, подожди нас здесь. Вот, возьми деньги и без нас не выходи из палатки.
Прежде, чем я успела что-либо возразить, Тиан уже вручил мне целых пять золотых, подтолкнул к входу в шатер и ушел вместе с Кольдом. Вот на что хотите спорю — сейчас пойдут и напьются!
Бежать за своим человеком с требованием вернуться и больше никогда не оставлять меня одну, я сочла недостойным. Сама ведь против опеки протестовала!
Тиан
Едва мы отошли от палатки, где оставили Нару, достаточно далеко, я резко остановился и ухватил ничего не успевшего понять Кольда за грудки. Полыхнули холодным огнем синие глаза, но вот он снова ухмыльнулся.
— Что не так, Берсерк? — спросил он.
— Не смей заигрывать с ней. Нара не… Не такая!
— Какая не такая? — спросил он елейно. — Ты, Берсерк, думай, что говоришь. Я ее что, на сеновал тащил или к чему принуждал? Лишь отметил, что красавица она у тебя, да почву прощупал. Сам же сказал: друг она тебе. Или ты: собака на сене? Самому не нужна, но и другим не достанется?! ЭТО — твоя забота?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
