Читаем без скачивания Профессиональный некромант. Мэтр на учебе - Александра Лисина

– По существу, мастер де Ракаш, – в третий раз кашлянул ректор, легонько хлопнув ладонью по столу. – Прошу вас, строго по существу и, пожалуйста, не нарушая правил этикета.

– Вот! – Маркиза резко встала и, выудив из воздуха неаккуратно сложенную стопку мелко исписанных листков, бросила ее на столешницу. – Посмотрите, что этот наглец нарисовал! И скажите, кто из нас нарушил правила этикета!

Я изобразил самую кроткую из своих улыбок и смиренно опустил глаза.

– Что это? – заинтересованно потянулся к отчету ректор.

– Это он принес мне с отработки! – рявкнула леди, на мгновение забывшись. Но когда магистр вопросительно приподнял одну бровь, тут же осеклась и спохватилась: – Прошу прощения, мастер, но моему возмущению нет предела!

– Я понял. – Мастер Умдобр вежливым жестом предложил даме вернуться на место, а когда она села, принялся неторопливо просматривать мой научный опус.

Изучал он его довольно долго. Так долго, что я чуть не забеспокоился. А когда он наконец поднял на меня абсолютно непроницаемый взгляд, я даже начал подумывать, что где-то напортачил.

– Неплохо, – в оглушительной тишине скупо оценил мои художества ректор. – У вас похвальное знание строения человеческого тела, молодой человек, и достойные уважения способности к рисованию… Какое заклинание вы использовали, чтобы получить такую точность изображения?

– Никакое, – скромно кашлянул я. – Я уже говорил леди де Ракаш, что неплохо рисую.

– То есть вы сделали это сами? – наконец позволил себе удивиться магистр. – Без магии?

– Конечно. Для развивающих заклинаний я пока слишком слаб.

– Но о том, что они существуют, вы все-таки знаете? – прищурился ректор.

Я хмыкнул.

– Я не невежда, мастер. И если бы была такая возможность, обязательно нашел способ облегчить себе труд. Но, увы, пока это искусство остается для меня недоступным, поэтому обхожусь тем, что есть.

– О, да у вас же дар почти на грани истощения! – «внезапно» заметил мое плачевное состояние мастер Умдобр. – И явно не первый день. Ну, конечно, вы не смогли бы использовать развивающие или другие затратные заклинания этой группы. По крайней мере, на протяжении последних двух суток. Лилитана, напомните мне, пожалуйста, свои претензии к юноше.

Я мысленно ухмыльнулся и решил, что, пожалуй, новый ректор мне нравится. А вот леди де Ракаш, похоже, намека не уловила и вместо того, чтобы призадуматься, лишь негодующе фыркнула:

– Он использовал в своем отчете иллюзию, профессор. Нелепую и совершенно дерзкую! Это возмутительно!

– Простите, а что за иллюзия? – внезапно оживился мастер фон Берден.

– О таких в приличном обществе не говорят!

– В самом деле? Это уже становится интересным…

Я мысленно хихикнул, уловив в голосе мастера нотки неподдельного злорадства.

– Адепт, что скажете? – плавно перевел на меня взгляд магистр. – Вы знаете, о чем идет речь?

– Понятия не имею, – пожал плечами я и даже не соврал: леди ведь не сказала, какую из десятка иллюзий она имела в виду?

– Но этот вид магии вам знаком? – продолжал настаивать светлый.

Я послушно кивнул.

– Еще до поступления в академию наставник провел со мной несколько ознакомительных уроков по этой теме.

– Значит, вы действительно могли внести иллюзию в свой отчет, как и утверждает леди де Ракаш?

– Теоретически? Да, конечно…

– Вот видите, профессор! – торжествующе воскликнула маркиза. – Он сознался!

– Простите, в чем? – полюбопытствовал я. – Разве я совершил что-то противозаконное?

– Да! Вы изобразили меня в таком виде… – перехватив полный неподдельного интереса взгляд мастера фон Бердена, маркиза внезапно осеклась. Потом с силой сжала пальцы на подлокотнике кресла, раздула ноздри и процедила: – Это непростительно!

– К сожалению, я все еще не понимаю, что вы имеете в виду, леди. Вы не могли бы сформулировать свои обвинения точнее?

Леди де Ракаш снова вспыхнула, как маков цвет, и замолчала, судорожно подыскивая слова. А мастер Умдобр многозначительно усмехнулся в бороду и мягко пояснил:

– Полагаю, магесса де Ракаш хотела сказать, что вы умышленно внесли сюда некоторые иллюзорные элементы несколько… вольного содержания, и именно это вызвало ее искреннее возмущение.

– Да что вы говорите? – изумился я. Какое возмущение? Вообще-то я надеялся, что она будет в бешенстве. – Простите великодушно, но я почти уверен, что ничего такого, да еще со злым умыслом, не собирался делать!

Угу. Ключевые слова здесь «почти» и «не собирался». Да и умысел у меня был самый что ни на есть добрый.

– Кстати, а посмотреть на них можно? – внезапно поинтересовался я, глядя на магистра честными глазами.

– Да-да, – снова оживился мастер фон Берден. – Я бы тоже хотел взглянуть. Ведь, как бы ни были серьезны обвинения маркизы, без доказательств мы не сможем судить о степени виновности юного барона.

Ректор сокрушенно развел руками:

– Боюсь, леди была неосторожна и в порыве негодования удалила вышеупомянутые иллюзии, поэтому показать их я вам не могу. В данный момент отчет безупречно чист и не содержит ни единого следа ментальной магии.

– Так у меня есть еще один, – спохватился я и под удивленными взглядами полез в сумку. Вытащил оттуда вторую стопку таких же листов, перевязанных, как и первая, тонкой тесемочкой, и с торжественным видом взвесил на ладони. – Вот. Пожалуйста.

Маркиза де Ракаш замерла, впившись глазами в компрометирующие ее бумаги, а потом заметно дрогнувшим голосом спросила:

– От-ткуда это?

Я повернул голову и с удовлетворением заметил, как побледнело ее красивое лицо.

– Вы же велели сделать отчет в двух экземплярах. Я сделал.

– Д-дайте сюда…

– Господин ректор, – словно не услышав, почтительно произнес я и, сделав два быстрых шага, аккуратно положил отчет ему на стол. – Можете ознакомиться.

Магистр странно кашлянул, покосившись на несчастную маркизу, которая уже, видимо, представила, что он там увидит, и впала в настоящий ступор. Затем неторопливо развязал тесемочку, в полнейшей тишине просмотрел один лист, второй, третий. Выудил из стопки самый нижний листок. Пробежав глазами последние строчки, неожиданно нахмурился, зачем-то вернулся к середине отчета. Потом хмыкнул, пролистал еще несколько страниц и наконец отложил бумаги в сторону.

Я выжидательно замер, всем видом изображая смирение.

– Ну что могу сказать… – с непроницаемым лицом заключил магистр, словно не замечая вжавшейся в кресло маркизы. – Отчет действительно хорош и в точности соответствует первому экземпляру. Помарок, правда, в нем меньше, однако ни одной иллюзии я не заметил…

Я бодро кивнул, потому что их там и не было, а леди Ракаш растерянно замерла.

– Ч-что?! Их нет?!

– И поэтому, – продолжил мастер Умдобр, – у меня нет оснований подозревать в недобром умысле находящегося здесь адепта.

Угу. Я, хоть и сволочь, но все же не настолько, чтобы морально уничтожать излишне самоуверенную леди, да еще в присутствии посторонних, за такие пустяки, как попытка ударить меня молнией на уроке. Поэтому второй отчет я сделал без подвоха.

И леди де Ракаш, судя по всему, это оценила. Потому что сперва ее взгляд испуганно метнулся на стол ректора, затем – на меня, еще чуть позже – на коллег и наконец – снова на стол. Когда ей стало ясно, что магистр не шутит, ее бледное лицо вновь порозовело, а из груди вырвался отчетливый вздох облегчения, но я предпочел его не заметить.

– Однако, – неожиданно хмыкнул мастер Умдобр. – Учитывая данные вашего досье, молодой человек, я вполне могу предположить, что, имея предрасположенность к ментальной магии, вы действительно могли… неосознанно, конечно… наложить на один из отчетов… или на один из ваших рисунков, которые, признаться, произвели на меня впечатление… некую иллюзорную составляющую. Особенно если во время написания отчета позволяли себя излишне эмоциональные мысли в отношении леди де Ракаш.

Я смущенно ковырнул носком ботинка пол и потупился.

– Ну, разве что случайно… Ментальная магия такая непредсказуемая, а леди Лилитана столь красива…

– Поскольку ваши способности к самоконтролю все еще оставляют желать лучшего, то образы получились нестойкими и легко поддались внешнему воздействию. Чем и объясняется их исчезновение из первого отчета и полное отсутствие во втором.

Точно. Как он здорово все объяснил! Мне даже напрягаться не пришлось.

– Соответственно доказательств вашей вины я здесь не усматриваю, – заключил магистр. – Но поскольку слова леди де Ракаш имеют для руководства академии определенный вес, то я не могу просто так от них отмахнуться и вынужден сделать вам предупреждение, адепт Невзун…

Я встрепенулся.

– Способности к ментальной магии – весьма своеобразный талант, – пояснил свою мысль ректор. – Его нельзя оставлять без присмотра и тем более использовать без должного контроля. А вы, насколько мне известно, еще не посетили ни одного занятия по данной теме, которая хоть и является самостоятельной дисциплиной, все же входит в курс по изучению магии жизни.