нас закончился – надо было дожидаться начала работы этих фирм. В целом это даже хорошо, ибо день нас измотал конкретно. Мы нашли парковку и заняли место какого-то местного работяги. Работникам компаний, пограничникам и другим предоставляли места с навесом, чтобы их машины не расплавились в течение дня.
Между Арменией и Ираном. В ожидании макарон с тушенкой
Девяточка расположилась под крышей, пенки надулись, а в котелке начала кипеть вода. Вокруг – уходящие во тьму силуэты скал, сотни грузовиков и оркестр моторов. Где-то метрах в ста развевался гигантский иранский флаг на флагштоке. Дима с Федей легли на пенки и в ожидании кипения воды задремали. Я же улегся на капот, смиренно ждал и традиционно написал СМС моей даме сердца в Россию. Вода закипела, парни ненадолго проснулись, поели и завалились обратно спать на ближайшие 4 часа. Забавно осознавать, что в тот вечер я съел макароны с тушенкой, приготовленные МЕЖДУ двумя странами. Наверное, это была самая нейтральная кухня в моей жизни.
Пограничный замес
ПЕТЯ
Спустя 4 часа сна пришлось продрать глаза, так как над нами нависло непонятное тело, которое издавало крайне неприятные будящие звуки, что именуются словами. Будучи в спальнике, я совершил сложнейший маневр и перевернулся на другой бок своей оранжевой пенки. Я точно смотрел в направлении этого гада, которого мне уже хотелось стукнуть. К сожалению, я не смог рассмотреть, кого именно мне надо стукнуть, ибо после пробуждения мой взор все еще был в расфокусе, а глаза представляли собой маленькие щелочки. Человек предстал передо мной в обличии размытого пятна, поэтому я решил дать себе немного времени остыть и ясно взглянуть на ситуацию.
Сняв свежую пленку сна, я смог разглядеть следующую картину: мои помятые пацаны, которые с таким же недоумением смотрели в сторону источника звука; стройный юноша в очках с улыбкой, наша девятка под навесом и чертовски большие скалы вокруг. Глаза мои резко увеличились, ибо я даже представить не мог, что нахожусь в окружении настолько огромных устремленных в небо каменных зубьев. Я видел много разновидностей горных систем, но такого я не видел никогда. Эти хребты вылезали из недр земли по одному, будто бы клыки у саблезубого тигра. Вместе они формировали гигантскую долину, словно пасть, в которую мы угодили.
Джентльмен казался приятным на вид, но недостаточно приятным, чтобы с ним разговаривать в 6 утра. В итоге я проснулся, все рассмотрел, удивился и снова заснул. Краем уха я слышал, что весь удар на себя принял Федор, который попытался утолить любопытство этого паренька. Оказалось, что этот человек – наш коллега по несчастью, так как он участвует в Монгол Ралли и тоже приехал на границу. Это и был сигнал к отбою мне и Диме.
Мы проспали еще какое-то время, парковочные места вокруг нас начали заполняться, но среди шума автомобилей спать было уже невозможно. Рабочий день начался для границы, а значит, и для нас. Мы все озаботились вопросом гигиены и пошли чистить зубы в туалет для посетителей, который являлся отдельной маленькой постройкой. Он был весь из белой плитки, там скверно пахло, а вместо унитазов были дырки в полу.
Перекусив какой-то ерундой, мы направились к тому самому монгол ралли-пареньку. Недалеко от нас стояли две машины – какая-то белая старая колымага с экипажем из трех парней и бирюзовый Subaru Domingo под управлением двух девушек в хиджабах. Друзья, я вам настоятельно рекомендую загуглить в данный момент Subaru Domingo, ибо машина – неописуемая. Я никогда ничего подобного не видел и резко убедился в своем необычном вкусе на автомобили – мне захотелось такую же машину.
Мы разговорились с экипажами о проблемах насущных. В них входили: поломки автомобиля, которые были только у нас; визы в Туркмению, которых не было только у нас; отсутствие денег, которое было присуще только нам. Оказалось, что ребята на белой машине живут в Швейцарии и уже работают, однако все равно решили озаботиться вопросом спонсорства и собрали нужную сумму среди друзей и бывших коллег, боссов и разных компаний. Если мне не изменяет память, то за «повесить ваше лого на машинку» они брали около 250 евро. Удивительно, что эта бизнес-модель сработала, ведь в России 250 евро от огромных спонсоров получить на порядок сложнее.
Две девушки в чадрах были родом из Германии и обычно в них не ходили. Каждой женщине в Иране необходимо носить хиджаб на голове. Если этого не делать, то им будут делать замечания на улице, а полицейские и вовсе могут выписать штраф. Так или иначе дамы узнали о Монгол Ралли пару лет назад, когда путешествовали по Средней Азии и увидели где-то в Узбекистане несущиеся малолитражные разукрашенные автомобили словно из фильма «Безумный Макс». Спустя пару лет девушки приобрели сие чудо под названием Subaru Domingo, отправились в путь, и вот мы все здесь. Если подумать, это удивительное событие: три группы иностранцев на суперстранных машинах встретились на границе Ирана. Сейчас я понимаю, что весь этот путь был полон подобных событий, и начинаю ценить каждое из них сильнее.
К нашим экипажам подошел важный иранец в возрасте и начал говорить на фарси. В его речи мы услышали фразу «Карнет де Пассаж», и все вместе кивнули. Он записал номера машин, сравнил данные нашей брички с цифрами в паспорте транспортного средства, который уже был у него на руках и ушел в свое здание. Мы поболтали с коллегами, а после расположились в машине: я улегся на заднем сиденье и начал смотреть фильм, а парни читали на передних «Шантарам». Температура снаружи повышалась очень быстро, но мы уже знали, как с этим бороться. В тех краях мы еще думали, что борьба возможна. Ох, как же мы тогда заблуждались! Так или иначе мы повесили отражающий экран и открыли двери машины. Эти действия защитили нас от попадания большей части солнечных лучей в машину и обеспечили нас легким сквозняком внутри салона. Так и пролетели пару часов.
В один момент в нашем салоне появилась лишняя тень от человека по имени Хуссейн. Это был невысокий улыбчивый мужичок в синем поло и штанах, с легкой бородкой, очень добрыми глазами и толстенными пачками денег в руках.
– Hello, my friends! Where are you from?[58] – с улыбкой спросил Хуссейн на нормальном английском.
– Хело! Раша! – ответили мы на чистейшем «омериканском». На лице Хуссейна отразилось недоумение.
– Вэр? – прозвучало с сильным акцентом.
Мы начали повторять слово «Раша» и перебирать другие его вариации: Раша,
