Но как их брать? Если просто взять и начать шарахать по ним из пушек, то башня может просто сложиться внутрь и тогда слух проверить просто не получится. Так что придётся либо брать башни штурмом со значительными потерями, либо как-то проникать вовнутрь. Во всяком случае, город необходимо захватить, пока его хозяин не пришёл за своим имуществом.
Глава 19. Казнь
Две огромнейших армии стояли напротив друг друга, останавливаемые лишь молчанием собственных командиров. Два брата. Два потомка великого отца. Два кровных врага. Они свели сюда тысячи и тысячи человек, чья кровь станет страшной платой для решения судьбы государства. Сотни разноцветных знамён развивались на ветру, что уже сейчас пропах кровью и гнилью, а чёрные вороны разлетелись по сторонам, ожидая будущее пиршество.
Ненавидели ли эти люди друг друга? Может быть. Ждали ли их дома семьи? Да. Хотели ли они умирать? Точно нет. Однако сейчас это мало кого волновало. Их жизни сейчас зависели только от двух людей, ставших врагами только из-за одной крови, которая текла в их жилах.
От многотысячных армий, растянувшихся на огромном поле, отделилось десять человек – по пять от каждой. Они стали сближаться на своих чудесных крепких конях, сверкая отполированными доспехами в лучах приветливого летнего солнца, совсем не подходящего для будущего грустного пейзажа. Эти десять человек сейчас приковывали на себя взгляды тысяч, а тишина стояла такая, что, казалось, в сердцах людей даже не бились сердца. Они встали друг от друга в трёх метрах и, казалось, уже были готовы разорвать друг друга на части.
Первым говорить начал всадник, на чьём сюрко было изображено синее солнце. Остановив коня чуть впереди своих людей, он поднял забрало своего шлема с золотым венцом, обнажая взглядам людей своё точёное светлое лицо, свободное от волос и бороды.
- Брат, я в последний раз предлагаю тебе решить всё миром. Распусти свои войска и преклони колено. Отец меня назначил королём и его решение справедливо. Хотя бы в память о его величии мы должны закончить это бессмысленное кровопролитие!
- Феодор, ты не достоин носить короны! Ты привёл на это поле чужеземцев, чтобы убивать своих поданных! Знал бы отец, как ты поступишь с его наследием, то задушил бы тебя ещё в колыбели! Твоё правление было бы худшим за всю историю нашего рода!
- Значит будет битва. Знай, Кловис, мне жаль. Искреннее жаль, брат!
Делегации развернулись и быстро поскакали к своим порядкам. Войска замерли в ожидании, надеясь на то, что земля сегодня не пропитается кровью. Однако, сейчас братья совсем забыли о своей родственной связи и помнили лишь о том, что на кону стоит владение над королевством, а значит любая цена сегодня будет приемлемой.
Красный Рыцарь встал впереди всей своей многочисленной кавалерии, он не видел, но чувствовал, как в страхе дрожит сердце его брата. Он знал, что сегодня Высокие Предки озарят улыбкой именно его, ведь только истинный король должен править Ларингией.
- Во славу Ларингии! В атаку!
Я стоял в доме, поправляя надетое на себя снаряжение, надеясь, что несколько дополнительных листов стали защитят моё уже побитое жизнью тело. Тактика была глупой, но самоотверженной до степени дибилизма. Я руководствовался тем, что если нельзя зайти к врагу, то необходимо сделать так, чтобы враг вышел к нам. Для этого Фабрис подготовил для меня несколько небольших пропитанных какой-то жидкостью мешочков, которые должны будут нещадно чадить и уничтожать лёгкие наших упёртых противников. Эти самые мешочки нужно будет каким-то образом закинуть к врагам. Вот для того, чтобы подойти поближе, я и накинул на себя дополнительного металла.
Схватив большой прямоугольный металлический щит, я взглянул на Фабриса. Старый лекарь смотрел на меня с вопросом в глазах. По нему было понятно, что он сильно сомневается в моих шансах на выживание в этом глупом предприятии. Его можно было понять, ведь попади случайный неудачный болт мне в голову, прямо так в щель шлема, то не спасёт меня никто.
- Может как-то по-другому поступим? – спросил наконец Фабрис, - У нас же ещё есть время.
- Не знаю. У нас нет информации о том, что сейчас делает Кловис. Вдруг уже сейчас он прётся к нам со своими полками, а мы тут телимся, как крестьянка в первый раз на сеновале.
- Надежды были слабыми. Руку береги главное.
Совет был очень важным. Единственным местом, которое сейчас не было прикрыто железом, так это моя права рука. С дополнительным весом на ней кидать снаряды было очень неудобно, а потому её решено было заблаговременно освободить от брони. Подняв тяжёлый прямоугольный щит, обитый стальными листамм, я кивнул Фабрису и вышел из-за поворота. Идти было проблематично: на мне всё же было добрых полцентнера стали, никак не добавлявшей мне мобильности. Метр за метром я переставлял ноги, не решаясь подняв головы от кромки щита, мысленно отсчитывая метры до каменной стены башни. На моём поясе слегка тлело несколько мешочков размером с крупный кулак, дымок от которых заставлял меня постоянно моргать. Останавливаться было нельзя, ведь даже двумя руками было нести прижатый к телу щит, который весом был не меньше пуда, а потому приходилось страдать. Сердце бешено стучало, гулко отзываясь в голове и постоянно заставляя желтеть о том, что вовремя не начал заниматься силовыми тренировками. Конечно, это бы не спасло меня от постоянно вонзающихся в щит тяжёлых бронебойных болт, но нести весь вес было бы легче.
Наконец, остановившись в полутора десятках метров от стен башни и, закрывшись щитом, стал ждать и наедятся на то, что канониры не подведут меня. Прикрыв глаза, я начал считать бьющиеся в щит снаряды. Ударилось их не меньше двадцати, прежде чем рядом со мной пролетело ядро. Чугунный шар, разогнанный таящейся в порохе силой, врезался в каменную стену башни на высоте шести метров. Этот единственный выстрел был необходим, чтобы удачно забросить успевшие мне надоесть подарочки. Пока защитники башни были ошеломлены, я сильнее подпалил мешочки о намотанный вокруг торса зажжённый фитиль и стал один за одним их забрасывать в появившуюся дыру. Мешки летели, оставляя за собой в воздухе дымные дуги, а рука нещадно умоляла прекратить издевательство. Наконец из дыры повалил тяжёлый, стелящийся дым, внутри которого вряд ли можно рассмотреть что-то на расстоянии вытянутой руки. Можно было отступать.
Как ни странно, но задом двигался я куда как быстрее, видя, как из башни выбегают её защитники, тут же расстреливаемые притаившимися внутри зданий стрелками. Меня одолевала гордость за Фабриса и счастье за то, что он находится о моём отряде, ведь иначе пришлось бы положить не один десяток человек на штурме одной только башни.
Обливаясь потом, я стал сдёргивать с себя элементы защиты, дожидаясь пока дым перестанет валить оттуда, а ждать пришлось долго. Бойцы перестали вываливаться из строения через пять минут, а дым валил ещё с полчаса и только после этого удалось направить внутрь латный отряд. В саму башню мне удалось войти одним из последних и там сразу же появилось подтверждение моим догадкам – внутри был лаз, скрытый обычным ковром. На удивление он был заперт навесным замком с нашей стороны, а значит, что с большой вероятностью никто через него не ушёл.
- Штурмуем? – кивнул на люк в полу один из моих офицеров.
- Да. – твёрдо и чётко ответил я, не смотря на неизвестность нашей дальнейшей судьбы.
Ключ от замка искать не стали и просто сбили его двумя мощными ударами моего тяжёлого штурмового щита. Во внутрь мы входили двойками – впереди щит, а позади аркебузир. Коридор был достаточно широким и здесь хоть и с трудом, но могли разместиться двое мужчин в полный рост. На такой дистанции аркебузы будут пробивать людей насквозь, а потому лишними не будут. Коридор оказался длинным – примерно с четверть километра, которые мы прошли быстро.
С той стороны нас также ожидал запертый люк, который пришлось вышибать двумя одновременно хлопнувшими мешочками с порохом. Сверху мы также оказались в каком-то тёмном каменном помещении. Охранников было двое, но одному голову прорезала большая щепа, отлетевшая от люка и вонзившаяся ему в мозг через глазницу, а второго, оглушённого взрывом, припечатала пуля от вылезшего аркебузира, размозжившая мозг об стену.
