поцеловав меня в лоб. — Пойдем и ничего не бойся.
Виктория так и не объявилась, и я не могла понять, почему. Частенько оставалась наедине с Филиппом. Он говорил, что ее мать больна и девушка не может оставить ее, хотя мечтает встретиться с родной матерью. С отцом она общалась регулярно. Звонила ему и рассказывала о том, как растет малыш Винсент. И мне было обидно за Дору. Разве она не заслужила того же? Она до сих пор не знала о том, что ее дочь жива.
Мы шли по коридору. Ноги немного подкашивались, но я старалась держаться. Несмотря на то, что свадьба была задумана скромной и без гостей, мне все равно было страшно.
Пройдя по длинной аллее, я дошла до той самой беседки, которую увидела в первые дни моего пребывания в особняке. Она стала моим убежищем. Именно здесь я пряталась от Флоранс, когда Коннор отсутствовал. Сейчас она была украшена розами и красивыми белыми орхидеями. Дора вручила мне небольшой букет и подтолкнула в спину.
— Иди же, не заставляй мужчину ждать, — прошипела женщина.
Я подняла глаза и увидела довольное лицо любимого мужчины. Филипп помог мне подняться по ступенькам. Священник в колоратке зачитал пару отрывков из старенькой Библии, после чего мы обменялись клятвами, и я была уверена, что свою я никогда не нарушу.
Сара приготовила небольшой фуршет. В доме были лишь свои и чертов Паркер, на котором повисла Нина, словно обезьянка на ветке пальмового дерева. И это был первый раз, когда я видела мужчину полностью одетым. В первую встречу я смогла рассмотреть лишь его голый зад.
Коннор отправился искать Филиппа. Даже сегодня он думал лишь о работе. Это отвлекало его от гнетущих мыслей, и я старалась не злиться, хотя сегодня он мог бы забыть о проблемах и делах. Этот день был особенным, но в тот же момент не был. Словно не было этой свадьбы. На самом деле я уже давно считала Коннора мужем, и то, что происходило в беседке, было лишь формальностью, которую необходимо было соблюдать. Не хотелось, чтобы мой ребенок был рожден вне брака.
Сегодня даже Флоранс решила почтить нас своим вниманием и вручила мне в подарок винтажный браслет. Массивное золотое украшение с рубинами было настолько тяжелым, что оттягивало кисть руки, но я ценила внимание женщины и приняла подарок с радостью.
Стоя у окна, смотрела на цветущие розовые кусты. Однажды Коннор хотел срезать цветы, чтобы поставить в вазу, но я запретила. Мне казалось, что они живые и им больно. На кустах они смотрелись гораздо лучше, чем в вазе, где быстро увядали. Даже цветы напоминали мне о Карле, чья жизнь медленно угасала.
Я заметила, как у ворот остановилась желтая машина такси, и из нее вышла темноволосая стройная девушка и маленький мальчик. Водитель помог ей достать из багажника пару стареньких чемоданов и сумку, после чего сел в автомобиль и уехал, оставив девушку у ворот. Я внимательно присмотрелась к незнакомке и побледнела. Несмело переминаясь с ноги на ногу, прямо у огромного розового куста стояла Виктория.
И в этот же момент я услышала громкий и злой голос Коннора.
— Значит, ты как мать? Всю жизнь изменял? Кто эта девушка, что звонила тебе? — орал мой муж на собственного отца. — Я ответил на звонок твоего смартфона, папа. Она назвала тебя отцом, сказала, что ее мать умерла, и она решила приехать к тебе. Какие еще секреты ты хранишь? Почему в этом доме все покрыто таинственной дымкой лжи? — продолжал выплевывать он злые фразы в лицо бледного Филиппа.
Все притихли. Дора поморщилась. Видимо решила, что у Филиппа была другая женщина. Флоранс, схватилась пальцами за столешницу и выглядела не лучшим образом. Она понимала, что прямо сейчас решается ее дальнейшая судьба.
Говорить с Коннором я сейчас не хотела и понимала, что он не станет слушать. Настолько злым и холодным он казался. Единственным правильным сейчас было, выйти из дома к воротам.
— Дора, — окликнула бледную женщину. — Вы должны пойти со мной. У ворот вас ждут.
Глаза Филиппа стали огромными, он схватился за грудь и посмотрел в окно. Коннор вышел с нами.
— Кто эта девушка? — мой муж слегка прищурил глаза. — Дочь отца?
— И Доры, — сзади послышался тихий голос Филиппа. — Милая, — он схватил за руку женщину, пытаясь оправдаться. — Я не мог сказать раньше.
Но Дора словно не слышала его. Будто заколдованная она шла навстречу дочери. Я ожидала обморока или чего похуже, но сила этой женщины, была несравнима ни с чем.
— Здравствуй, мама, — тихо сказала Виктория и буквально бросилась в объятия Доры.
Та обняла ее, но потом отстранилась, всматриваясь в лицо девушки. Словно хотела убедиться, что это не сон. Что девушка настоящая.
— Я знала, что ты жива, чувствовала, — всхлипнула Дора, обхватив лицо дочери ладонями. — Столько лет я ждала этого. И вот ты здесь. Каждую ночь я молилась Господу Богу, чтобы сжалился надо мной и вернул мне дочь, и он услышал мои молитвы.
В стороне стоял испуганный Винсент. Мальчик плакал, потому что не мог понять, что происходит. Я подошла и, присев на корточки прижала его к себе.
— Что происходит, папа? — тихо спросил Коннор, прижимая пальцы к вискам. — Как это возможно? А кого же вы похоронили тогда?
И Филипп рассказал ему историю рождения дочери. Рассказал и о той роли, что сыграла в этой страшной истории его мать. Коннор скривился и крепко сжал голову руками, корчась от боли. Затем рванул в особняк. Я побежала следом, боясь, чтобы он ничего не сделал с Флоранс.
В гостиной сидела Карла и с укором смотрела на дочь.
— Как же ты могла, Флоранс? — сокрушалась женщина, брезгливо глядя на дочь.
Дверь распахнулась, и в гостиную вошли Филипп и Дора с дочерью и внуком. Малыш прижался к матери и дрожал.
Флоранс встала на колени и заплакала. И самое странное было в том, что мне было безумно жаль эту женщину.
— Простите меня. Все вы. Простите. Я не хотела, чтобы все было именно так. Я была молода и несчастна. Квентин предложил отдать девочку, и я согласилась. Это я назвала ее Викторией, потому что
