знала, что она победит.
— Пошла вон, — тихо прошептал Коннор, — Собирай свои вещи и убирайся из этого дома. Я видеть тебя не могу. Как низко. Ты не человек.
Его слова ранили не только Флоранс, но и меня. Я схватилась за низ живота, который вдруг стал болеть, и бросилась в спальню. Свадьба превратилась в самый страшный кошмар. Захлопнув дверь, упала на кровать и разрыдалась.
За окном стемнело, когда Коннор вошел в спальню. Он встал на колени так же, как недавно стояла его мать.
— Прости, милая, — он протянул ко мне руку, но я отбросила ее. — Не злись. Я не думал, что этот день ты запомнишь вот таким.
— Где твоя мать?
— Уехала в Лондон, наверное, — бесстрастно ответил Коннор.
— А Дора?
— Они с отцом и моей сестрой забрали Винсента и переночуют у меня в квартире. Они едут в Ванкувер завтра вечером. Мне плохо. Без тебя мне плохо, и я не справлюсь.
И только сейчас я поняла, что уже нарушаю клятву, что дала несколько часов назад.
Я поднялась с кровати и села на пол рядом с мужем. Обняв его, шептала, что все наладится.
Дверь распахнулась и в спальню влетела Нина.
— Ребята, скорее пойдемте! Леди Ивлен умерла!
Глава 29
Дом опустел. Леди Ивлен похоронили рядом с родителями Филиппа и девочкой по имени Кэтрин. Людей на кладбище было совсем мало. Лишь Филипп с новообретенной семьей, несколько его деловых партнеров и все, кто еще оставался жить в особняке. Флоранс стояла одна и наблюдала издалека, словно боялась подойти. И только после того, как все покинули мрачное место, она бросилась к свежей могиле и, упав на нее, заплакала. Коннор дернулся в ее сторону, но я сильно сжала его руку чуть выше локтя.
— Оставь ее, — я погладила его по лицу кончиками пальцев. — Ей нужно выговориться.
— Она виновата в ее смерти! — прошипел любимый, выдирая руку. — Если хочешь, пойди ты к ней. Успокой. Она ведь такая хорошая.
— И пойду, — я толкнула его. — Какой бы она не была, она все еще твоя мать. И ты не имеешь права ненавидеть ее, слышишь?
Не дожидаясь ответа, твердой походкой вернулась к могиле.
— Я посижу с вами, можно? — спросила женщину, которая словно постарела лет на десять.
Без макияжа. В простеньком платье и с пучком седых волос, она сейчас казалась старухой.
— Спасибо, Тина. Я так виновата перед всеми. Коннор сильно зол? Ненавидит меня, верно? — всхлипнула женщина и погладила сырую землю. — Мы никогда не говорили с матерью по душам, но я любила ее. Правда. Я осталась совсем одна. А теперь ступай. Я хочу посидеть с ней.
Я кивнула и прошла вдоль тропы к выходу. Коннор стоял у ворот.
— Я не могу ее простить, Тина.
— Зря. Семья — это важно. Нужно ценить каждый момент, проведенный с близкими, иначе потом будет слишком поздно, — я обняла его. — Поедем домой.
— Я даже домом особняк назвать не могу, — тихо ответил муж, помогая мне поудобнее усесться в мой желтенький автомобиль.
Дора с дочерью хлопотали на кухне, помогали Саре накрыть на стол. Нина куда-то сбежала. Коннор отправился к отцу. Они не успели уехать в Канаду с семьей и собирались завтра навсегда покинуть особняк.
Я понимала, что как раньше уже не будет. Я снова одна, хоть и замужем. Дора, что заменила мне родную маму, обрела свое счастье и навсегда уедет. Я, конечно, буду навещать их, но это совсем не так, как бегать в ее спальню по вечерам и просить совета. Пришло время вырасти по-настоящему.
Уже стемнело, и на улице запели сверчки. Полная луна заглядывала в распахнутое окно гостиной. С утра Коннор сорвал все старые шторы, и в комнате стало светло, но было заметно, что мебель давно обветшала. Кое-где было видно ободранную обивку из старого бархата. Тайна старого особняка была разгадана, обнажив уродливую обстановку.
— Может, поедешь с нами, — тихо спросила Дора, наблюдая за мной. — Страшно оставлять тебя здесь. Сара поможет с готовкой, но кто поможет с уборкой и всем остальным?
— Я справлюсь, — не глядя на женщину, тихо ответила. — Пора брать бразды правления в свои руки, верно?
— Верно, но помни, что я всегда буду рада видеть тебя, — женщина обняла меня, как раньше. — Я буду скучать, кудрявая.
* * *
Все лето я занималась огромным домом в одиночку. Коннор занял свое законное место в компании, что давным-давно основал его прадед, а я сама пыталась справиться с ремонтом и дизайном каменного монстра. К сентябрю он стал выглядеть иначе.
Больше не было стен из парчи и старинной мебели с выцветшим от времени бархатом. Теперь это был полностью современный особняк с красивой мебелью в светлых тонах. Нетронутым остался лишь синий кабинет Филиппа.
Флоранс так и не объявилась, хотя я не раз пыталась связаться с ней. Она действительно покинула США и поселилась в старинном поместье в пригороде Лондона. В доме, где она выросла.
Мистер Поттер долго тосковал по прежней хозяйке, но все же привык ко мне. Вечерами, когда я ложилась почитать свой яркий томик "Унесенные ветром", он ложился рядом и, уткнувшись носом в мой довольно огромный живот тихонько урчал.
Отношения с Коннором не ладились. От лечения он категорически отказывался, а его состояние лишь ухудшалось. Как мне объясняли медики, травма головы была нешуточной. Это отражалось на его настроении.
Наступила полночь, а Коннор так и не появился. Я вышла на кухню и услышала звук пощечины и всхлип Нины.
— Ты возьмешь бабки, сделаешь аборт и свалишь из города, — словно змея зашипел Паркер. — Ты что удумала, дрянь? Женить меня на себе захотела? Ты была удобной, не более. Мне не нужны дети, тем более от тебя.
Девушка выбежала из кухни и наткнулась на меня.
— Ты это слышала? Он думает, что счастье в деньгах! — кричала Нина. — Подавись ты ими, урод! — теперь она кричала на Паркера.
Оказалось, что Нина ждет от него ребенка. И если когда-то она была помешана
