По поводу этой даты заслуженный профессор японской литературы и филолог Б. Чемберлен замечает, что с такою же самой степенью достоверности можно указать время вступления на престол царя Гороха или же истинный объем скорлупки, которую волшебница мановением чародейского своего жезла превратила в парадную карету для своей крестницы Золушки.
В, Ранцов, Очерки истории Японии, СПб.., 1904* * *
Вплоть до конца войны японских детей учили не историческим фактам, а мифам. Их учили, что Япония – священная земля, управляемая непрерывной династией потомков Дзимму. Их заставляли заучивать девиз Дзимму: «Восемь углов мира под одной крышей». Идея, заложенная в этом девизе, как и сам праздник основания государства (Кигенсецу), составляла духовную основу агрессивной, империалистической, воинствующей, ультранационалистической Японии.
Газета «Иомиури», февраль 1964* * *
Дело, стало быть, не только в том, что заимствованный из легенд факт лишен научной основы. Праздник, отмечавшийся вплоть до капитуляции Японии под именем Кигенсецу, оставил о себе недобрую память.
Народу внушали, что божественное предназначение Страны восходящего солнца – собрать «восемь углов мира под одной крышей». Именно так был назван 37-метровый каменный монумент, воздвигнутый на юге Японии в 1940 году, когда шумно отмечалось «2600-летие восшествия Дзимму на престол». (В том же самом году правители Японии подписали «тройственный пакт» с Гитлером и Муссолини, объявили о роспуске всех политических партий и профсоюзов).
Солдаты уходят на войну. Тот, кто шагает во главе колонны, вместо винтовки несет на плече двухметровую деревянную ложку, исписанную иероглифами. Это увеличенная до гигантских размеров самодзи – круглая лопаточка, какими в японских семьях раскладывают рис из котла в миски. Подарить большую самодзи – значит выразить пожелание: греби добычу лопатой. С таким напутствием провожали войска.
А вот встреча. Тот же строй, та же походная форма, только без винтовок. Бережно, словно только что полученную награду, каждый прижимает к груди аккуратный белый ящичек. Колонна награжденных? Нет, это возвращаются домой останки тех, кто погиб на заморских фронтах. Три миллиона урн, обтянутых белым траурным крепом, – вот трофей, который принесла японскому народу война.
Оба эти снимка помещены в альбоме «История Японии в войне». Сборник ценен тем, что целиком состоит из документальных фотографий, которые в свое время были изъяты военной цензурой.
Расправы над чужими пленными и брустверы из трупов своих солдат. Разграбление Шанхая, Гонконга, Манилы, Сингапура и горящие после воздушных налетов японские города. Когда видишь сейчас эти снимки, поставленное на них когда-то клеймо «запрещено» воспринимается уже в совсем ином смысле – как выражение воли народа, в конституции которого провозглашен навечно отказ от войны.
За шовинистический угар, за алчные планы господства над Азией пришлось расплачиваться дорогой ценой. Война, начатая на Азиатском континенте и тихоокеанских просторах, приблизилась к берегам самой Японии.
Пришлось делать ставку на пилотов-смертников, камикадзе, в надежде, что они, подобно «божественному ветру», разметавшему флот Хубилая в XIII веке, избавят страну от угрозы вторжения. Подобным же оружием были и управляемые человеком торпеды. Их назвали «Кайтен», что значит «повернуть судьбу». Так от культа Дзимму с его девизом: «Восемь углов мира под одной крышей» – военщина довела страну до культа самоубийств.
Тайна «Осенних вод»
Пригородная электричка вырвалась из-за поворота, когда машинист вдруг увидел впереди человека, распластавшегося на рельсах. Сработал рычаг экстренного торможения, но было поздно.
Так при загадочных обстоятельствах оборвалась жизнь начальника управления вооружений Морита. Под колесами оказался один из высокопоставленных чинов военного ведомства, который именно в ту пору должен был решить, кому передать заказ на два дивизиона ракет «Ника-Геркулес» стоимостью в 50 миллиардов иен и на два дивизиона ракет «Хок» стоимостью в 40 миллиардов иен. «Сражение за 90 миллиардов» развернулось между давними соперниками – монополистическими группами «Мицубиси» и «Мицуи» – как раз в том самом году, когда мифическая дата восшествия Дзимму на престол вновь была объявлена государственным праздником.
Через три недели после гибели Морита заказ на «Ника-Геркулес» был передан фирме «Мицубиси дзюкогио», а подряд на «Хок» был поделен в пропорции 7 : 3 между фирмами «Мицубиси дэнки» и «Тосиба» (группа «Мицуи»).
Загадочная смерть начальника управления вооружений, казалось бы, давала отменный материал для падкой на сенсации буржуазной прессы. Никакой шумихи, однако, не последовало. Газеты вопреки обыкновению отмолчались, и данный пример можно было бы считать исключением, если бы ему не предшествовал другой.
Незадолго до таинственной гибели Морита в токийских газетах вскользь промелькнуло первое – и единственное – упоминание о том, что перед самым концом войны Япония стояла на пороге создания секретного оружия, на которое возлагались последние надежды: пилотируемого самолета-снаряда «Сюсуй» («Осенние воды»). А между тем сообщение это было поистине сенсационным хотя бы потому, что о работах над «Сюсуй» за все послевоенные годы в Японии не говорилось ни слова.
Пришлось отправиться по следам вроде бы случайной газетной заметки.
– Вот здесь, на этом школьном дворе, размещался наш засекреченный исследовательский центр. Кое-что напоминает о нем и сейчас. Тот бронеколпак в углу – не дот, а подземный склад ракетного топлива. А эти прокопченные бетонные плиты у спортплощадки – следы испытательного полигона, – рассказывает Тадахиро Ямада, житель города Мацумото, затерявшегося среди заснеженных гор префектуры Нагано. Он преподает математику в той самой школе, где когда-то втайне рождался проект «Сюсуй».
Надежно укрытый горными кряжами от обоих побережий, городок Мацумото знал о войне лишь понаслышке. Но с конца лета 1944 года оклеенные бумагой оконные створки все чаще стали вздрагивать по ночам от каких-то глухих взрывов.
Сначала думали, что это американские бомбы, – хотя что могло понадобиться «летающим крепостям» в этакой глуши? Но вскоре старики, выжигавшие уголь в окрестных горах, заметили, что ночному громыханию вторят вспышки пламени на школьном дворе.
Школа, расположенная на отшибе, была реквизирована для военных нужд. Старшеклассников отправили отбывать трудовую повинность, а малышей распустили по домам. Однако даже они не могли полюбопытствовать, для кого потребовалось освободить место: не только территория школы, но и дороги, ведущие к ней, были оцеплены и строго охранялись.
Прошел слух, что в школе испытывают какое-то новое оружие. Будущее показало, что разговоры эти отнюдь не были беспочвенными.
После Сталинграда банкротство доктрины молниеносной войны становилось все очевиднее не только на Западе, но и на Востоке. Авантюра, начатая внезапной атакой на Пирл-Харбор, явно оборачивалась для Японии катастрофой. Как в Берлине, так и в Токио в ту пору все больше мечтали о чуде в образе какого-то секретного оружия, способного изменить ход войны. На фоне того, как в Германии был создан самолет-снаряд «фау», а в Японии человек-торпеда «Кайтен», возникла идея создать некий гибрид того и другого. В императорской ставке сочли, что если самолет-снаряд типа «фау» будет управляться пилотом-смертником, его боевая эффективность резко возрастет.
Как и на каких условиях согласился Гитлер представить своим союзникам чертежи нового оружия, остается неизвестным. Одной истории о том, как эта техническая документация была через Испанию доставлена на борт японской подводной лодки, хватило бы на целый детективный фильм. Главные приключения были, однако, еще впереди. В июле 1944 года подводная лодка при неясных обстоятельствах затонула близ Сингапура. Часть секретных документов удалось спасти, но некоторые чертежи были безнадежно испорчены морской водой.
Пришлось посылать в Берлин дополнительные запросы. Однако, не дожидаясь ответа на них, в горах префектуры Нагано начались работы по осуществлению проекта «Сюсуй».
– Как раз в ту пору, – рассказывает Тадахиро Ямада, – я в числе других специалистов управления военного производства при фирме «Мицубиси дзюкогио» был откомандирован в город Мацумото. Там к нам присоединилась группа офицеров из штаба ВВС императорской армии.
На десятом месяце работ стало ясно, что на дополна-тельные пояснения из Берлина рассчитывать нечего: в мае 1945 года гитлеровская Германия капитулировала. Возможно, именно поэтому первые испытания японского пилотируемого самолета-снаряда, проведенные 7 июля в Иокосука, окончились неудачей. Ракетный двигатель заглох вскоре же после взлета, и «Сюсуй», потеряв управление, врезался в одну из аэродромных построек. Пилот, катапультирование которого не предусматривалось проектом, стал смертником еще до первого боевого вылета.
