Все, дальше можно уже не объяснять. Теперь понятно, почему столько сложностей. Небось у дедулек прогрессирующий маразм, вот и выдумывают кучу всяких нелепостей.
— Ничего подобного! — возмутился рыжий, дергая рукой в фонтане. Меня окатило брызгами воды. Эй! Холодно, между прочим! — У эльфов не бывает маразма! Мы не подвержены человеческим заболеваниям.
Ага-ага. А зимой как будто не он чихал и кашлял трое суток, отказываясь вылезать из-под одеяла, хрипло матерясь в адрес жутко холодной погоды (по моим прикидкам, тогда было около минус семи градусов) и каждый сеад требуя чашку горячего отвара. Вот когда я набегался больше, чем за все тренировки. Простывший эльф — это бедствие если не мирового, то материкового масштаба точно.
Элли сердито зашипел, но ничего не сказал в ответ. Ха, значит, я прав!
— Ты будешь меня слушать или нет?
Под тяжелым взглядом желтых глаз я поежился. Вот когда я начинаю вспоминать, что мой друг… А друг ли он? Да, именно друг… Что мой друг уже больше трех столетий является наемным убийцей, причем одним из лучших. И с кем я связался?
Эльф, уже привычно подслушивающий мои мысли, рыкнул и резко протянул руки к моей шее, явно намереваясь придушить. Я дернулся и, вскочив, попытался отпрыгнуть.
Плюх! Бульк! Это я, не заметив, ухитрился наступить на кончики собственных волос. Разумеется, я не удержал равновесие и с головой окунулся в воду.
— Да чтоб тебя … и …! — взвыл в голос. Блин, а вода-то ледяная! Элли, хихикая, с видом объевшегося сливок кота, протянул мне руку. Рывок…
— Ах, ты … и …! Чтоб тебя … … в … …!
Ого! А я так материться не умею! Ну-ка, повтори — я не все запомнил.
Элли, сидя рядышком со мной под струями фонтана, хищно прищурившись, смотрел на меня. Не напугал! Я не боюсь подобных взглядов с того самого момента, когда, будучи еще пятилетним карапузом, перекрасил всех кукол моей сестренки при помощи зеленки в нежно-изумрудный цвет. Вот тогда было страшно! А сейчас… Пфе! Пустяк.
Рыжий обреченно вздохнул и, выбравшись из воды, помог вылезти и мне. Мое счастье, что на улице, несмотря на относительно раннюю весну, уже около плюс двадцати. А то простыл бы в момент.
Клыкастик задумчиво почесал подбородок, явно что-то припоминая, взмахнул рукой… Ох-хо. Высушить-то он нас высушил, но после такой сушки мои многострадальные волосы завились мелкими колечками и встали дыбом. Это что еще такое?
— Убери это! — раненым бизоном взревел я. Эльф, смеясь как ненормальный, буквально рухнул на бортик фонтана и приглашающе похлопал рукой рядом с собой.
— Сядь. Да не смотри ты так на меня! — воскликнул он в ответ на мой разъяренный взгляд. — Я просто постараюсь привести твою голову в порядок. А заодно и вспомню, как плетения делаются, — уже тише пробормотал себе под нос он.
Да? Ох, что-то мне не верится. Впрочем, выбора у меня все равно нет. Сам я это кудрявое безобразие в порядок точно не приведу, а идти в таком виде по улицам, изображая из себя нестриженого барана, мне не улыбается. Нам двоим еще очень повезло, что на площади никого нет. Кстати, а почему?
— Потому что через пару дней начнутся бои. — Нет, все-таки иногда неконтролируемая телепатия начинает меня раздражать. Слова сказать нельзя! — Обращаться к богам сейчас бессмысленно как обычным жителям, так и гладиаторам. Все равно рядом с ареной во время боев будут находиться жрецы — кому надо, там и подойдет к ним.
Нет, я такого не понимаю. Одно дело — попросить благословение у жреца, и совсем другое — прийти в храм. Не зря храмы называют «домом бога». Там даже атмосфера другая! Впрочем, это только мое мнение. Мало ли, какие обычаи в этом мире связаны с религией? Может, тут в храмы ходят раз в год, по великим праздникам?
Я осторожно — не свалиться бы снова! — сел на бортик фонтана и повернулся к рыжему эльфу спиной. Ну, мастер-ломастер, действуй. И только попробуй дернуть меня за волосы сильнее, чем надо! В глаз дам.
В следующий момент я почувствовал, как длинные пальцы Эллисаана аккуратно разбирают мои многострадальные волосы на множество тонких прядей и начинают что-то из них мудрить. Ну-ну. Близнецы последнее время сооружали мне исключительно боевую прическу степняков. Лэни даже исполнил свою мечту и как-то раз вплел мне в косу несколько лезвий, отысканных совместными усилиями тройняшек в оружейной. Тяжелых! Итог: распоротая по шву рубашка, превращенные в лохмотья брюки, куча царапин на моей спине и ногах и отрезанный кончик уха у Аррила, который в неудачный момент оказался рядом. Больше я таких экспериментов не допускал. А сам же я в состоянии только заплести обычную косу, ближе к концу обычно переходящую во взъерошенное помело. Посмотрим, что получится у эльфа.
— Кстати, — вспомнил я то, с чего все началось. — Может, все-таки расскажешь мне про третье совершеннолетие?
Пальцы желтоглазого на секунду замерли, запутавшись в моей шевелюре, но потом снова начали переплетать отдельные прядки. Элли вздумал было устроить мне лекцию часов эдак на …дцать по культуре и обычаям родной расы, но я взбунтовался:
— Элли! Если ты все это не рассказал раньше, то тем более мне не нужно узнавать об этом сейчас. Я просто попросил тебя объяснить мне про три совершеннолетия. Как это возможно?
Эльф за моей спиной тяжело вздохнул и наконец начал рассказ.
Все оказалось куда интересней, чем я ожидал. И оригинальнее.
Считается, что маленький эльф — не совсем разумное существо, которое опасно оставлять одного. Глупо, конечно, но такие обычаи. Так что первое время с эльфенком сидит кто-нибудь из родителей или, если семья может себе это позволить, специально приглашенная нянька. Или нянь — поскольку эльфята считаются редким явлением, то воспитывать их могут как мужчины, так и женщины, никакой дискриминации здесь нет. Более того, воспитывать ребенка — честь. Считается, что дети — подарки богов и их надо холить и лелеять.
Ну-ну. Дети — цветы жизни… на могилках своих родителей. Представляю, сколько за тридцать лет у всех этих родителей-воспитателей появляется седых волос!
В тридцать лет эльфенок справляет свое первое совершеннолетие. С этого момента он может свободно передвигаться между та'алами и по всему эльфийскому Лесу. Несмотря на то что среди эльфов тоже хватает отморозков, детей они никогда не тронут, так что юный эльф может чувствовать себя в безопасности. Кстати, именно с тридцати лет начинается усиленное обучение магии или воинскому искусству, в зависимости от предпочтений эльфа. Ну, или, если предпочтений пока нет — тому, что выберут родители.
Следующее совершеннолетие наступает в сто лет. Через месяц после его празднования эльфа (или эльфийку) благословляют на подвиги и метафорическим пинком выкидывают из Леса. Как обтекаемо выразился Элли, после некоторой заминки, «для накопления жизненного опыта». Угу. Лети, птичка…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
