Муссолини стал получать и более реальную поддержку. Джиакомо Теплиц, президент Миланского коммерческого банка, за которым стояла шелковая и текстильная промышленность, был готов внести на счет партии сумму не меньше той, что внесли банкиры Кредитного банка, представлявшие крупнейшие автозаводы, — триста тысяч лир. Миланские масоны и генеральныей секретарь конфедерации промышленности Джино Оливетти были также настроены благожелательно»[116].
В августе 1922 г. социалисты объявили всеобщую забастовку. Муссолини предъявил ультиматум правительству Луиджи. Факты — или правительство прекращает забастовку, или это делает он. Власти проявили нерешительность, и фашисты остановили движение поездов и трамваев, а от Таранто до Мерано были подожжены более ста штаб-квартир социалистов.
Фашистские отряды двинулись на Рим. Ряд министров предложили королю Виктору-Эммануилу III ввести чрезвычайное положение и поручить армии навести порядок. Но в последний момент вызванный из загородной резиденции король не стал подписывать этот декрет.
30 октября 1922 г. Муссолини прибыл из Милана в Рим, где был принят королем во дворце Квиринале и назначен премьер-министром страны.
Пользуясь безнаказанностью, фашисты по всей стране развернули террор против своих политических противников. Так, 18 декабря 1922 г. они устроили кровавую бойню революционным рабочим Турина. За ночь фашисты зверски убили более двадцати туринских рабочих на глазах их жен и детей.
Участились случаи нападения фашистов на священнослужителей — членов народной партии. А в конце ноября 1923 г. они разгромили в Риме квартиру бывшего премьера Натти. Еще через месяц фашисты избили Джованни Амендолу — лидера оппозиции в парламенте.
6 апреля в Италии прошли парламентские выборы. Проводились они по новому фашистскому избирательному закону, по которому партия, получившая относительное большинство голосов, приобретала не менее двух третей всех мандатов. Это делалось с целью обеспечить большинство фашистской партии в парламенте. Часть либералов (правые и центр) выступили в блоке с фашистами.
Рабочие выступили на выборах разъединенно. Так, кроме Компартии, в выборах участвовали еще две социалистические партии — максималисты и отколовшиеся от них в конце 1922 г. реформисты.
Однако, несмотря на полицейские репрессии против оппозиционных партий, фашисты набрали чуть больше половины голосов (4,5 миллиона из восьми). В парламент прошло 133 кандидата от оппозиции, в том числе от народной партии — 39, от социалистов-реформистов — 25, от социалистов-максималистов — 22, от коммунистов — 19. За компартию на выборах проголосовало около 300 тысяч человек. Но это был успех Компартии, которая, несмотря на фашистский террор, получила на три мандата больше, чем на выборах 1921 г., в то время как реформисты и максималисты потеряли вместе около двух третей (62 %) мандатов, полученных ими в 1921 г., когда они баллотировались как одна партия.
По всей Италии начались массовые политические выступления с требованием отставки Муссолини. Тем не менее Бенито удалось удержаться у власти.
В 1925 г. Муссолини провел несколько реакционных законов: об избирательной реформе, о профсоюзах, о печати, о местной администрации и т. д. Так, по новому закону о печати префекты теперь имели право конфисковывать по своему усмотрению тиражи газет, что нанесло последний удар по остаткам свободы печати. Теперь оппозиционная печать была фактически уничтожена.
4 ноября 1925 г. произошло первое покушение на Муссолини, совершенное социалистом Цанибони. В следующем году покушений было уже три, но все неудачные. Однако это развязало руки Муссолини для жестокой расправы с оппозицией. Так, после каждого покушения всю Италию сотрясали фашистские погромы против революционных рабочих и коммунистов, несмотря на то что последние отвергали индивидуальный террор, и все покушения были не их рук делом.
После четвертого покушения на Муссолини, в ноябре 1926 г., фашистское правительство приняло «чрезвычайные законы», которыми окончательно уничтожались остатки буржуазно-демократических свобод. Теперь в Италии устанавливалась неограниченная (тотальная) диктатура фашистов. Все политические партии и организации, кроме фашистской, запрещались и распускались. Прошли многочисленные аресты революционных рабочих, коммунистов, антифашистов. А для расправы с антифашистами правительство создало специальный «особый трибунал».
3 апреля 1926 г. был принят закон, которым в профдвижении устанавливалась монополия фашистских «профсоюзов». Реформистские лидеры профсоюзов Д'Арагона, Бальдези и другие поддержали этот закон, лично вынеся решение о самоликвидации Всеобщей конфедерации труда.
Муссолини сам себе присвоил новый официальный титул — «глава правительства». Теперь он формально должен был отчитываться за свою деятельность лишь перед королем, а король мог подписывать декреты только с согласия Бенито.
Правительство получило право издавать законы без всякого, даже формального согласия парламента. Так что традиционное разделение законодательной и исполнительной властей было практически уничтожено.
Муссолини понравилось объявлять о своих решениях с балконов официальных резиденций: дворца «Киджи», а затем дворца «Венеция». Собиравшиеся под балконами чернорубашечники и любопытствующие на вопрос Бенито, нужен ли тот или иной закон, в упоении кричали «Да!». А официальные органы информации преподносили соответствующим образом это «всеобщее народное одобрение».
Школьные учебники, которые подлежали одобрению государственными органами, переписывались с тем, чтобы подчеркнуть милитаристскую тематику. Школьникам объясняли, что «учебник и винтовка — это составные части идеального фашиста». Смутные очертания солдата позади мальчика в этом учебнике не оставляют сомнения в том, что уроком является война.
Титул дуче, то есть «вождь», получил официальное признание. Тем не менее не стоит представлять Италию 1920–1930-х годов как царство нищеты и насилия. По указаниям Муссолини было построено «400 новых мостов, включая мост Либерта, длиной четыре с половиной километра, соединивший Венецию с материком; 8000 километров новых дорог, которые постоянно поддерживали в рабочем состоянии 6000 рабочих; гигантский акведук, принесший жизнь в засушливые районы Апулии.
Он был человеком, задавшим темп двадцатому веку: поездка из Рима в Сиракузы длилась теперь пятнадцать часов вместо прежних тридцати. От Калабрии до швейцарской границы шестьсот телефонных станций обеспечивали устойчивую телефонную связь всей страны. Он покорил океан, отправив в плавание два огромных лайнера „Конте Росси“ и „Рим“. В августе 1933 года новый гигант „Император“ пересек Атлантический океан за четыре с половиной дня. В июле того же года он стал хозяином неба, снарядив в исторический перелет Рим — Чикаго двадцать пять самолетов, ведомых министром авиации Итало Бальбо, которому вскоре было присвоено звание маршала авиации.
Он объявил войну криминалитету и мафии, заявив:
— Пять миллионов сицилийцев не должны более быть заложниками нескольких сот бандитов.
Мафия к тому времени уже превратилась в своеобразное зловещее братство, занимавшееся всеми уголовными делами — от контрабанды до заказных убийств.
Муссолини назначил префектом Палермо Цезаря Мори, который начал беспощадную борьбу с мафией, преследуя ее представителей повсюду. Под его руководством было освобождено более миллиона голов крупного рогатого скота, угнанного бандитами, конфисковано 43 000 единиц огнестрельного оружия, арестовано 400 крупнейших мафиози, в числе которых был дон Вито Касцион Ферро, наводивший в течение тридцати лет страх на всю округу. Число убийств в Палермо резко сократилось с 278 до 25 в год.
Дуче культивировал заброшенные земли, решив двухтысячелетнюю проблему, с которой пытались бороться еще Нерон и Юлий Цезарь. Так, например, южнее Рима находился заболоченный район, занимавший территорию 180 000 акров, в котором с мая по октябрь обитали только дикие утки и другие птицы и который был рассадником малярии. Муссолини дал графу Валентино Орсолини Ценчелли, эксперту в сельскохозяйственных вопросах, три года на решение этой проблемы.
И граф выполнил свою задачу. Начав работы с 2000 тосканских рабочих, он увеличил их число до 25 000 и прорыл глубокие канавы по всей болотистой местности, обеспечив свободный сток воды. Ежедневно там в течение шести месяцев гремели до четырех тысяч взрывов, расчищавших землю от корневищ деревьев и зарослей, в которых гнездились москиты. Рабочим приходилось работать в антимоскитных масках, поскольку они носились гам тучами. В ноябре 1932 года, по прошествии всего двенадцати месяцев с начала работ, на этих землях стали селиться первые фермеры, а через месяц дуче под грохот фанфар основал первый в этом районе город — Литтрию.
