Глава I. «Скверна» развития
Мы отвлеклись на политически актуальное… Это отвлечение может или помочь, или помешать нам разобраться в проблеме развития. Помочь оно может только в одном-единственном случае: если мы, сохранив метафизическое начало в недрах политически актуального, сумеем теперь, не отрекаясь от политики, высвободить это начало. При таком высвобождении политическая метафизика должна естественным путем превратиться в метафизику развития как такового. Но значит ли это, что мы можем от политически актуального перейти к чему-либо неактуальному?
Ни в коем случае! Если мы, перейдя к метафизике развития как таковой, потеряем «политический нерв», это будет невосполнимой потерей. Выигрыш же мы можем получить, только если:
— во-первых, от политически актуального перейдем не к какой попало метафизике (будь то даже метафизика развития), а к чему-то метафизически актуальному,
— во-вторых, политически актуальное и метафизически актуальное окажется взаимосвязано.
Но может ли быть найдено такое метафизически актуальное содержание? Разве корректно говорить о метафизически актуальном? Совместима ли вообще метафизика и актуальность?
Размышляя об этом, я предъявил определенный счет себе самому. «Вот ты, — сказал я себе, — говоришь, что никто из находящихся на чужом для тебя (ну, скажем так, белом) поле не говорит о развитии. А собственно, почему ты так считаешь? И на основании чего? На основании того, что об этом не говорят высокие чины, что нет соответствующих выступлений по телевидению и разворотов в известных политических изданиях? Но разве это достаточный повод для столь огульного утверждения?»
А если все же что-то есть? Я собрал своих коллег, попросил их сделать мониторинг высказываний на данную тему лиц (не только высокостатусных), принадлежащих к не разделяемой, но уважаемой мной белой идеологии. Причем высказываний — за рамками обычного круга популярных СМИ, ориентированных все-таки на политику.
Собранный урожай вряд ли можно назвать обильным. Однако должен признать, что в очень важной для белой идеологии православной среде давно идет вполне содержательная дискуссия о развитии. Только вот эту дискуссию… то ли не замечают, то ли держат в загашнике. А она, между прочим, очень тонко сопряжена с рядом других метафизических дискуссий, которые вроде бы развития не касаются. И при этом имеют некий специфический обертон, вполне не чуждый всему сразу — и политике, и теории развития.
Но вначале все же о том, как разворачивается православная дискуссия на тему развития. Самую глубокую и содержательную аналитическую разработку я прочел не в политических газетах и политических же журналах, а в «Московском психотерапевтическом журнале» (№ 3 за 2005 год), где М.Миронова очень внятно разбирает альтернативные подходы к столь важному для нас всех вопросу в своей статье «Категория «развитие» в психологии и христианской антропологии».
М.Миронова очень тактично и одновременно аналитично рассматривает точки зрения, существующие внутри того сообщества православных интеллектуалов, в которое она сама очевидным образом входит. Как психолога, М.Миронову интересует, по ее собственным словам, прежде всего, «проблема переосмысления категории «развитие» в контексте христиански ориентированной психологии». Однако ее аналитика, как мне представляется, важна не только для психологов, но и для всех, кого волнует проблема развития как такового.
Ведь не зря М.Миронова уже в заглавии своей статьи говорит не только о соотношении проблемы развития с психологией (христиански ориентированной, как она уточнит ниже), но и о соотношении той же проблемы развития с христианской антропологией.
Я уже упоминал, что не раз наталкивался в своей деятельности на очень серьезные и отнюдь не либеральные политические элитные группы с корнями в советской высшей страте, для которых вообще ненавистно или, по крайней мере, совершенно чуждо развитие как таковое. Само слово «развитие» вызывает в этой среде глубочайшее психологическое отторжение. Поскольку я никогда не злоупотребляю сведениями, почерпнутыми в частных беседах и на узких «круглых столах», то в открытой печати я и мог ограничиться только указанием на наличие подобных групп. Без всяких конкретизации, которые я никогда себе не позволю как по причине элементарного человеческого такта, так и из политических соображений.
Ведь группы, о которых я говорю, искренне патриотичны и к государственности (как к советской, так и пред- и постсоветской) относятся с глубоким трепетом. То, что в этих группах укоренилось такое отношение к развитию, никак их не демонизирует. Напротив, я и оговаривал-то наличие таких групп потому, что они для меня индикативны. Обладая и политическим опытом, и обостренной чувствительностью к угрозам государственной целостности, эти группы, видимо, имеют свои основания для подобного отношения к развитию.
Весь вопрос для меня состоял и состоит в том, сводятся ли эти основания к тому, что лозунг «развитие», провозглашенный в «эпоху перемен», привел к разрушению страны и глубочайшему социальному регрессу? Или же все-таки у этого крайне негативного отношения к развитию есть более глубокий и фундаментальный генезис?
М.Миронова (еще раз подчеркну — с глубочайшим тактом и деликатностью) артикулирует некие возражения против развития, которые кто-то высказал публично, а кто-то, как она говорит, «в частных разговорах». В том-то и беда, что данная тема прорабатывается в основном в этих самых частных разговорах. И, соответственно, не может быть предъявлена в качестве одного из пунктов национальной повестки дня.
Но М.Миронова обращает внимание на то, что тема развития обсуждается все же не только в частных разговорах. Она предлагает к рассмотрению работу священника и психолога Андрея Лоргуса «Методологические проблемы идеи развития». Отец А.Лоргус дал свое понимание этих проблем в докладе на совещании «Преподавание в православных школах вопросов творения мира, жизни и человека». Совещание проводил 29 октября 1999 года Отдел религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, доклад о. А.Лоргуса был опубликован в 2000 году в сборнике «Шестоднев против эволюции» (издательство «Паломник»).
Суммируя возражения против развития, почерпнутые из указанного сочинения о. А.Лоргуса и своих частных источников, М.Миронова формулирует тезисы православных теоретиков, рассматривающих развитие со знаком минус. В большинстве случаев М.Миронова основывается на прямых цитатах из о. А.Лоргуса.
Тезис 1 сформулирован в виде такой прямой цитаты: «Существуют явления, прямо противоположные развитию: явления деградации и регресса. И именно православная мировоззренческая точка зрения больше всего склоняется к ним. Представления о мире, разрушающемся и распадающемся, представления о личности человека, деградирующей, и истории человеческой, находящейся в непрерывном регрессе, свойственны православному пониманию мира и прямо противоположны идее развития».
Тезис 2 сформулирован тоже в виде прямой цитаты: «Духовный опыт показывает, что в настоящее время большинство людей находится в состоянии падения». Комментируя эту цитату, М.Миронова дополнительно указывает, что в кругах тех, кто против развития, много говорится о том, что феномен падения во всей его полноте будет наблюдаться в самые последние времена, о которых повествует Откровение Иоанна Богослова. И что, с точки зрения этих кругов, данное обстоятельство служит дополнительным подтверждением тому, что человечество лишь регрессирует в процессе истории.
Тезис 3 сформулирован опять же в виде прямой цитаты: «Библия не может смириться с таким представлением о человеческом существе, в котором интеллект, психика, речь и иные, собственно человеческие проявления жизни, возникли постепенно в результате развития».
Тезис 4… И вновь — прямая цитата из А.Лоргуса, приводимая М.Мироновой: «В христианском мировоззрении нет места представлению о развитии, в котором некая сущность может порождать и изменять себя «из себя же», не идет здесь речи и о необходимости развития более сложных форм из более простых».
Тезис 5 (который, в отличие от предыдущих, М. Миронова формулирует не в виде прямой цитаты, а, значит, опираясь еще и на свои частные источники): человек не изменился со времен Адама, так как образ Божий был вложен в него при сотворении. Поэтому ни о чем новом в человеке — а следовательно, о его развитии — не может идти речи; правильнее говорить о совершенствовании того, что уже было заложено.
М.Миронова никоим образом не пригвождает А.Лоргуса к позорному столбу в духе перестроечного агитпропа, которому мне пришлось уделить такое большое внимание. Она без тени иронии выражает благодарность о. А.Лоргусу за то, что он «заострил внимание на действительно существующих противоречиях между традиционными психологическими и богословскими представлениями».
