Когда британское десантное соединение приближалось к Мадагаскару, японцы тоже начали готовить десантную операцию. Ее целью был захват острова Мидуэй, входившего в состав Гавайев. С 24 по 27 мая огромные силы Объединенного флота вместе с войсковыми транспортами и судами снабжения начали выдвигаться на восток. Еще раз американская разведка предупредила заранее о намерениях противника. Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Нимиц имел достаточно времени, чтобы подготовиться к отражению удара. Однако японцы превосходили его во всех классах кораблей. Главной силой японского флота были авианосцы Нагумо — «Акаги», «Кага», «Сорю», «Хирю», на которых базировалось примерно 270 самолетов. Против них Нимиц сумел выставить только «Энтерпрайз», «Хорнет» и «Йорктаун», имевшие 233 самолета. Первый контакт имел место рано утром 4 июня, а к концу дня американские авианосные пикировщики потопили все 4 авианосца адмирала Нагумо. Хотя «Йорктаун» был тяжело поврежден японскими самолетами и 7 июня затонул, торпедированный японской подводной лодкой, битва при Мидуэе стала блестящим примером решительной победы одной из сторон. Для англичан это означало, что они больше могут не опасаться рейдов в Индийский океан, вроде того, который был проведен японцами в апреле. С точки зрения стратегии, последствия боя были еще более далеко идущими. Это бой означал конец периода японского превосходства. Почти 6 месяцев японцы сметали все на своем пути, но после битвы при Мидуэе у союзников больше не было необходимости ограничиваться обороной. Уже близился день, когда мы восстановим свою морскую мощь и сможем атаковать оборонительный периметр, который прикрывал захваченные японцами территории. Такое огромное значение имели несколько часов морского боя.
Глава X. Наивысшая точка успехов Оси. 1 января — 31 июля 1942
«С помощью господства на море и его непоколебимой силы при своей постоянной ненависти к духу агрессии она (Англия) выгоняла противника на поле боя на континенте, где его ждало окончательное поражение».
А. Т. Мэхен, «Влияние морской мощи на французскую революцию и империю», том 2
Пока эскадра адмирала Филлипса и другие соединения союзников в Юго-Восточной Азии гибли под чередой страшных ударов, обрушившейся на них, а Восточный флот адмирала Сомервилла в Индийском океане чудом избежал такой же участи, сам Королевский Флот тоже попал в жестокий шторм и в Атлантике, и в Арктике, и на Средиземном море. Можно было ожидать, что вступление в войну Соединенных Штатов принесет немедленное облегчение британским морским силам на этих театрах, но это не произошло. Более того, это привело лишь к ухудшению ситуации в Битве за Атлантику. Соединенные Штаты перебросили все лучшие корабли на Тихий океан, а Дениц умело использовал временную неготовность американцев. Он отправил свои подводные лодки на охоту к восточным берегам США, где судоходство продолжалось, как в мирное время. Американцы не предприняли никаких мер предосторожности. Количество германских подводных лодок, участвовавших в операции «Удар в литавры», было совсем небольшим, не более дюжины. Однако американские суда следовали самостоятельно, и немцы собрали богатый урожай совсем небольшой ценой. В январе и феврале 1942 германские субмарины потопили 44 судна в канадских прибрежных водах. В марте они передвинулись южнее, потопив 43 судна у берегов США и в Карибском море. При этом танкеры составляли заметную долю среди потопленных судов. Это было особенно опасно, так как мы уже испытывали нехватку танкерного тоннажа.
В британском Адмиралтействе побоище, которое учинили подводные лодки в январе — апреле 1942, во время «второго счастливого периода», как его назвали командиры подводных лодок, вызвало самую серьезную тревогу. Большинство погибших судов было английскими, но они погибли в водах, которые Адмиралтейство не контролировало. Более того, мы ясно понимали, что этих потерь вполне можно было избежать, если бы только американцы ввели конвойную систему или, хотя бы, использовали свои корабли и самолеты для сопровождения судов вместо бессмысленного патрулирования и охоты. Большая американская военно-морская миссия прибыла в Лондон еще в июле 1940, и мы передали американцам весь наш кровью наработанный боевой опыт и все детали наших последних изобретений. Мы пытались втолковать им, что даже слабо защищенный конвой обеспечивает торговым судам большую степень безопасности и дает лучшие шансы на уничтожение подводной лодки, чем охота и патрулирование. В наших морских штабах вызвало подлинный ужас сообщение, что торговые суда следуют поодиночке, как в мирное время, и свободно пользуются радиосвязью. Они двигались по отлично известным прибрежным маршрутам, даже не гася ходовых огней. Все это буквально выкладывало немцам добычу на блюдечке. Мы пытались оказать на американцев давление всеми возможными способами, но только в мае у Восточного Побережья была введена конвойная система. Прошло еще 2 месяца, прежде чем она начала применяться в Мексиканском заливе и Карибском море. Эффект этого сказался немедленно. Как только подводные лодки начали встречать эскортируемые торговые суда, их успехи круто пошли вниз, а сами они начали нести потери. Поэтому они начали переходить в другие районы в поисках более легких целей. Таким образом, в июне и июле подводные лодки, чей радиус действия был значительно увеличен после прибытия подводных танкеров, добились серьезных успехов только в Карибском море и в Мексиканском заливе. Но уже в августе, когда начала действовать американская система «перекрывающихся конвоев», их результаты и здесь начали быстро сокращаться. В разгар погрома, устроенного торговому судоходству в Западном Полушарии, мы отправили американцам две дюжины противолодочных траулеров. Потом 2 эскортные группы были из центральной Атлантики переведены к побережью США. Наконец, мы передали американскому флоту 10 корветов. Опытная эскадрилья Берегового Командования была переведена на западный берег Атлантики. Сделать это нам было нелегко, так как Дениц был слишком опытным стратегом, чтобы в это время оставить в покое трансатлантические конвои и позволить нам раздробить свои противолодочные силы. В мае он отправил в море новую волчью стаю, чтобы возобновить атаки в Северной Атлантике. Еще одна группа лодок начала действовать возле Гибралтара. В обоих случаях противник добился определенных успехов. В июле, когда бои в американских водах немного затихли, с новой силой возобновились атаки волчьих стай. Снова Битва за Атлантику покатила по знакомым рельсам.
Немцы имели все основания быть удовлетворенными результатами действий своих подводных лодок в первые 6 месяцев 1942. На всех театрах они потопили 585 торговых судов общим водоизмещением более 3 миллионов тонн. Более того, за этот период немцы построили более 100 новых лодок, тогда как потеряли всего 21 единицу. Для Адмиралтейства было ясно, что такой «размен», если он будет продолжаться, очень быстро приведет нас к катастрофе.
Оказавшись в критической ситуации, Адмиралтейство начало рассматривать вариант, который мог принести быстрое облегчение, а именно: усилить Береговое Командование за счет самолетов Бомбардировочного Командования, бомбивших Германию. Штаб флота решил, что бомбардировочное наступление не дает заметных результатов, — а сегодня мы знаем, что так оно и было на самом деле, — и мы вполне можем проиграть войну, если потери торговых судов сохранятся на том же уровне, как в начале 1942. Самым лучшим и, скорее всего единственным способом восстановить положение, заявило морское командование, было «значительное увеличение сил нашей береговой авиации, действующей над морем». Адмиралтейство попросило Королевские ВВС взять на себя «постоянную и увеличивающуюся долю ответственности за морские коммуникации». Однако министерство авиации совсем не рвалось сокращать масштабы воздушного наступления. Вопрос был перенесен на обсуждение кабинета. После долгих споров премьер-министр решил немного сдвинуть приоритеты в нашей воздушной войне. Компромисс был достигнут обещанием постоянного усиления авиации Берегового Командования по возможности без ослабления бомбардировок Германии. Хотя это решение было трудным, прошел еще год, прежде чем оно было реализовано в полной мере. Мы понесли просто катастрофические потери в судах и грузах, прежде чем дальняя авиация Берегового Командования начала играть существенную роль в борьбе.
Возможно, самым благоприятным предзнаменованием были результаты совещания англо-американских морских штабов в начале 1942, когда немецкие лодки развернули массированное наступление в западной Атлантике. До сих пор ответственность за весь театр и контроль за судоходством лежали на Адмиралтействе. Но вступление в войну Соединенных Штатов позволяло переложить на союзника часть тяжелой ноши. В результате совещания в июле Атлантика была разделена на британскую и американскую «стратегические зоны». Демаркационная линия проходила по меридиану 26? W. Была установлена линия «Смены Оперативного Контроля» — СОК. Сначала она соответствовала линии разделения стратегических зон, но в ноябре 1942 была перенесена на 47е W. К востоку от этой линии судоходство контролировало Адмиралтейство, а к западу — американское министерство ВМФ. Контроль над каждым конвоем и отдельными судами перемещался из одного центра в другой, как только они пересекали линию СОК. Так началось тесное сотрудничество в Атлантике, которое продолжалось до самого конца войны.
