— Нет, нет, Фламбузия, — заверещал Амберфус. — Я ничего не знал.
Фламбузия снова сверкнула зубами.
— Ай-ай-ай, Амби, дорогуша, — пропела она. — И ты ещё называешь себя вейфом. Стыд тебе и позор! Но теперь-то Фламбузия может снова о тебе заботиться?
— Да, — неуверенно прошептал вейф. — Было бы замечательно…
Фламбузия вплотную подошла к ванне и стала передвигать рычаги и нажимать сразу на все кнопки.
— Ох! — взвизгнул Амберфус. — Немного горячевато, Фламбузия, дорогая моя.
— Прости, Амби, я тебя не слышу, — прошипела глыботрогша. — Что ты там говоришь?
— Горячо! — взвыл Амберфус. — Я обварюсь, Фламбузия!
— Я не слышу тебя, Амби, — сладко проворковала нянька, поднимая следующий рычаг.
— Нет… нет… нет… Нет, Фламбузия, пожалуйста! Нееет!
Белый зубоскал, привязанный к серебристой иве, громко фыркнул, втянув носом тёплый вечерний воздух. Его наездник, темноволосый юноша в форме Вольного Улана, стоял на деревянном причале, задумчиво глядя на Северное Озеро и Колыбельный Остров. Из близлежащего леса доносилось весёлое пение толстолапа.
Юноша мечтательно улыбнулся. Внезапно ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Обернувшись, он увидел перед собой старого воздушного пирата с выцветшими от времени и слёз глазами.
— Колыбельный Остров, — прохрипел пират. Было видно, что речь даётся ему нелегко. — Говорят, это родина удивительных снов.
Юноша кивнул.
— Я был там, — сказал он. — И видел такие сны. Я как раз вспоминал их.
— Я так и понял. — Пират Топей пристально посмотрел на юношу, затем перевёл взгляд на озеро. — Жил-был однажды отважный капитан воздушных пиратов. Я долгое время служил под его началом. Он происходил из очень богатой и знатной семьи. Ребёнком он жил в Нижнем Городе, в роскошном дворце. Там на одной из стен парадной гостиной была написана фреска.
Плут впился глазами в воздушного пирата, а тот продолжал свой рассказ.
— Но дворец сгорел. Мать и братья моего будущего капитана погибли в огне.
Плут разинул рот от удивления.
— Мне это снилось! — воскликнул он.
— Мальчик вырос и стал воздушным пиратом, как его отец. Женился на прекрасной девушке. У них родился ребёнок.
— Но произошло что-то дурное, — перебил его юноша. — Мне и это снилось. Они оставили ребёнка… в Дремучих Лесах.
Пират Топей кивнул:
— Но позже, много лет спустя, капитан нашёл своего сына. Я видел эту встречу своими глазами, поэтому могу ручаться за каждое слово. Прошли годы, сын капитана тоже стал воздушным пиратом, как отец и дед. Я служил и ему, пока…
— Что — пока? — Плут затаил дыхание.
— Пока мы не потерпели крушение в Сумеречных Лесах. Я тогда повредился рассудком. Не знаю, сколько времени прошло, пока меня не нашли шрайки. Они продали меня в рабство, но я сбежал в Вольную Пустошь, где отыскал своего племянника Шема. — Он сделал паузу. — Шема Кородёра!
— Кородёра? — выпалил Плут. — Вы сказали — Кородёра?
Пират Топей кивнул:
— Шем приютил меня. Впервые за долгие годы у меня появился дом. Я был безумно счастлив. А потом Шем повстречал Керис, и вообрази мою радость, когда я узнал…
— Что? — поторопил его Плут, судорожно припоминая свои сны в коконе.
— Что она дочь моего старого капитана Прутика.
— Прутика! — воскликнул Плут. — Быть не может!
— Может. Он женился на очаровательной душегубке по имени Силла. Бедняжка умерла вскоре после родов, разбив капитану сердце. Но он нашёл в себе мужество воспитать дочь, названную Керис. Когда девушка выросла и оставила отчий дом, Прутик вернулся в Дремучие Леса.
— Там я его и нашёл! — подтвердил юноша. — Он жил вместе с толстолапами!
Пират Топей улыбнулся:
— Да, я слышал. Итак, дочь капитана Прутика вышла замуж за Шема, и мы жили бы долго и счастливо, если б…
— Ну же, — наседал Плут.
— У молодых родился ребёнок. Чудный маленький мальчик. Темноволосый, кудрявый. Когда ему стукнуло четыре года, Шем и Керис решили свозить его к родственникам в деревню душегубцев. Я умолял их остаться в Вольной Пустоши. Я на коленях стоял! Но они только отшучивались.
— Они не захотели вас слушать. — Плут поглядел на Колыбельный Остров, он только что вспомнил, где видел старика. — Ваш племянник с женой и сыном уехали на закате, а вы смотрели им вслед со слезами на глазах.
Пират Топей снова кивнул.
— Когда я понял, что произошло нечто ужасное и они не вернутся, — с трудом проговорил он, — я отправился следом и обнаружил перевёрнутую телегу, разбросанные пожитки и… — воздушный пират заплакал, — их трупы. Работорговцы убили их, как я и опасался. Но я не нашёл и следа своего внучатого племянника, внука капитана Прутика.
— Его спасла толстолапиха, а позже обнаружила Варис Лодд. Она забрала его в Старый Нижний Город. Он вырос в канализации. Он… это…
— Ты, — закончил за него Пират Топей. — Плут Кородёр!
— А вы мой двоюродный дедушка Тем! — пробормотал Плут. — Я видел… Я видел всё это во сне!
Пират Топей ласково поглядел на юношу. В его глазах плескались скорбь, любовь и бесконечная светлая радость.
— Но, бьюсь об заклад, кое-что тебе не могло присниться. — Он подмигнул юноше.
— Что же? — поинтересовался Плут.
— Держи. — Тем Кородёр порылся в кармане и протянул Плуту маленький округлый предмет. — Я взял её из остывшей руки твоей покойной матери. — Глаза старика снова погрустнели. — Всё время я бережно хранил эту реликвию. Керис унаследовала её от отца, а тот получил от своего. Теперь она твоя.
Плут внимательно оглядел подарок. Это была миниатюра, написанная на кусочке старого лафового дерева. С неё на Плута гордо глядел темноволосый синеглазый юноша. Плут наморщил лоб. Он уже где-то видел это лицо. Точно, в своих фантастических снах.
Молодой Библиотечный Рыцарь в старомодных доспехах стоял на фоне Старого Санктафракса. Плут узнал Обсерваторию Лофтуса и две башни-близнецы аналитиков Дымки.
Тем Кородёр приблизился к юноше.
— Это твой прадедушка, Плут, — сказал он, обнимая его за плечи.
Плут во все глаза глядел на портрет с улыбающимся лицом молодого Библиотечного Рыцаря.
— Твой знаменитый прадедушка — Облачный Волк.
