Я села, подтянув колени к груди, и руками заслонила глаза от слепящего света. В мужчине ощущалось что-то неуловимо знакомое и это заставляло часто моргать и с усилием всматриваться в очертания фигуры сквозь пальцы. Но смотреть на свет больно, до головокружения. Пришлось плотнее закрыть лицо руками и спрятаться за упавшими на лоб волосами. Незнакомец застыл в двух шагах. Он не издал ни единого звука, но чувствовалось пристальное внимание. Постепенно глаза привыкли к дневному свету, и я решилась взглянуть в лицо мужчины.
— Аморан? — ошарашено прошептала я и вскочила на ноги.
А потом с визгом восторга бросилась на шею своему мужчине, который невероятным образом очутился рядом. Душа ликовала, раскрывалась навстречу родному и близкому человеку. Меня подхватили сильные руки и прижали к груди.
— Аморан, любимый, это какой-то невероятный сон. Ты со мной и это настоящее чудо!
Волосы взвились змеями, пламенным ореолом расползлись вокруг нас. Среди потоков белого света это подобно огненной вспышке, бросившей яркие блики на кожу. Губы осыпали милое сердцу лицо лёгкими поцелуями. Они жаждали ответных ласк, стоило лишь прикоснуться к мягким губам Аморана. Мы окунулись в пьянящий поцелуй, такой же, как при расставании. Не знаю точно, что именно меня смутило: то ли отсутствие знакомого, присущего только моему мужчине запаха, то ли точное повторение поцелуя, как при воспроизведении удачного эпизода фильма. Я отстранилась и внимательно посмотрела в лицо мужчине. По спине пробежал холод, колени подкосились, но отвести взгляд от незнакомых глаз оказалось выше моих сил.
— Ты бог? — благоговейно прошептала я.
Посмела спросить и утонула в непредставимой глубине, что смотрела на меня сквозь прорези зрачков. Вместо зелёных глаз Аморана на лице, как две капли с ним схожем, темнели бездонные провалы. В них вращались скопления миров, мерцали бессчётные звезды, жизнь и смерть сплетались в вечный круговорот. Таких глаз не могло быть ни у одного живого существа. Это даже не глаза, а окна во вселенную, какой её видят боги. Боль застучала в висках от попыток осознать увиденное. Как можно перепутать и не заметить этого сразу? А быть может, гостье лишь сейчас позволено узнать кто перед ней? Такие знакомые губы тронула улыбка, и раздался голос, льющийся сладкой музыкой со всех сторон.
— Я - Оракул Плеяды.
— Тогда зачем…
— Зачем я принял лик твоего возлюбленного? Маленькая частичка меня захотела воссоздать образ, который ты так трепетно несла в сердце, преодолевая путь сюда. И эта частичка возжелала самой ощутить твою радость, испить яркие эмоции, пусть и предназначенные для другого.
Оракул протянул руку, и я приняла её, чтобы подняться на ноги. Смотреть на любимые черты больно и сладко одновременно. Каждая клеточка трепещет от счастья близости, а разум понимает, что это лишь копия, пусть и самая лучшая. Смущение окатило волной, заставляя густо покраснеть лицо и шею. Ведь я кинулась в объятья незнакомого существа, причём обнаженной. Теперь меня затопил стыд за бешеный порыв и интимные эмоции, испытанные в руках чужака. Оракул будто прочитал мысли и окинул гостью странным взглядом. Тело окутала белоснежная ткань туники. Я вздохнула с облегчением, осталось лишь расправить на груди мягкие складки и отпустить неловкость.
— Не стоит смущаться, дева. Твоя физическая оболочка, несомненно, прекрасна, но я не человек и никогда им не был. Хотя иногда даже мне хочется ощутить эмоции и чувства физического мира, по крайней мере, той самой любопытной частичкой, — подмигнул невероятным глазом Оракул.
Мир вокруг пришёл в движение. Мужчина уверенно шагал вперёд, крепко держа за руку, и я быстро перебирала босыми ногами, чтобы поспеть за поступью этого существа. Ведь это его дом, он здесь бог и Владыка. Залитая светом площадка, очертания которой только что тонули в ярких лучах, стремительно менялась. Границы раздвигались, чтобы открыть взору огромный круглый зал, высокие стены которого подпирали небо. Два светила мира Эбилл теперь мягко освещали простые округлые формы этого места. Чёткость и лаконичность линий колон, гладкий, как отшлифованное стекло пол, никаких вычурных завитушек, лепнин и мебели. Ничего лишнего, только максимальная простота и неизменный белый цвет, который разбавляла голубизна неба над головой, да наши маленькие фигурки. У дальней стены в глубоком алькове возникла гигантская статуя орла. Именно к её подножию мы и направлялись.
Я задрала голову, когда поднималась по ступенькам к этому чуду. Появилось непреодолимое желание рассмотреть прекрасную птицу. Мастерство скульптора поражало воображение, каждая даже самая мельчайшая деталь воссоздана невероятно тщательно и достоверно. От совершенства линий брала оторопь. Гордая и величественная осанка Владыки неба и гор, хищный изогнутый клюв, сила и властность во всей фигуре. Казалось, орёл сейчас обретёт подвижность, взмахнёт могучими крыльями и стены задрожат от его оглушающего крика.
— Это… — начала я говорить, чтобы нарушить затянувшееся молчание, но меня снова перебили и ответили на невысказанный вопрос.
— Это тоже одно из моих воплощений, — ответил Оракул.
Мужчина присел на покатую ступеньку у густо оперённых птичьих ног с внушительными когтями. Они чуть двинулись, издавая скрежет по каменному полу. Я вздрогнула и отпрянула в сторону, чуть не упав со ступенек. Человеческое воплощение Оракула, мужчина с лицом Аморана едва успел подхватить меня. Гигантская птица встрепенулась, взмахнула крыльями, и низко склонила голову к нам. Это воплощение Оракула тоже рассматривало меня, но как-то отстранённо и равнодушно. А я-то решила, что он не живой, а каменный. Ошибочка вышла, извините. Теперь орёл выглядел живее всех живых. Тут всё настолько невероятно, что просто не знаешь, чего ждать в следующую минуту.
— Впервые женщина-маг посещает этот мир и причиной всему — Отверженная душа, ищущая свой путь. Признаюсь, ты заинтересовала не только этим. Твоя судьба не определена и не ведома мне. Не так уж много существ в Плеяде миров, о которых я могу сказать то же самое. Среди бесконечности предопределённостей, ты поистине сладкий миг неизвестности! Это волнует, пьянит новизной. Я знаю твоё прошлое, как в мире Земля, так и на Мотейре. Это привычно, так должно быть. Но будущее…Не вижу, не знаю и совершенно очарован этим, — мечтательно проговорил Оракул.
Он откинулся на ступеньки и устремил взор к небу. Я присела рядом, не смея прерывать его, лишь искоса поглядывала на склонённую к нам птицу.
— Я сделаю тебе подарок, Паулина, — переведя на меня глаза, вдруг произнёс мужчина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
