— Каррен Глимминс! — объявила я, задрав нос как можно выше. — Ассистент магистра Виктредиса!
Бургомистр потрясенно молчал некоторое время. Я его отчасти понимала.
— Ассистент? — переспросил он на всякий случай.
Но меня уже было не остановить.
— По требованию магистра я была прислана Советом Лиги после первого случая с трупом у мельницы. Чтобы не вызывать лишних слухов и сплетен, магистр принял решение выдать меня за служанку. В связи со сложившимися обстоятельствами мы пришли к выводу, что далее скрывать правду нет смысла. Лига уже уведомлена об эсвордском вампире, и ответственность за его уничтожение было решено возложить на нас.
— Ах вот оно как, — глубокомысленно произнес бургомистр, с недоверием смерив меня взглядом, но не решившись высказать свои подозрения вслух.
— Надеюсь, господа, что вы удовлетворены моими объяснениями, — с достоинством сказала я, пользуясь его заминкой. — Я вынуждена вас покинуть — магистру необходима моя помощь. Еще раз прошу прощения за вмешательство.
И я вышла из зала ратуши чеканным шагом, расправив плечи и вздернув нос. Меня провожали потрясенными взглядами самые именитые жители Эсворда, у которых на ушах висело столько лапши, что их к земле должно было пригнуть.
На улице я нервно вздрогнула всем телом, точно лошадь, укушенная оводом, и припустила со всех ног к дому.
«Представить доказательства смерти монстра!» Это же надо такое ляпнуть! Что мне им представить? Чучело теггэльвского суслика из кабинета Виктредиса? Да уж, Каррен, натворила ты дел…
ГЛАВА 12,
в которой Каррен осознает, что наделала, но не сдается, усугубляя свое положение. Заметки о мечах, кольях, вампирах и кладбищах.
Дом встретил меня непривычной тишиной. Я невольно поежилась и вошла внутрь, преисполненная тоской и неясным томлением.
На кухонном столе все также лежал надкушенный огурец, а на краю плиты чернела полностью сгоревшая сковорода. Я вздохнула. Именно этим двум предметам надлежало символизировать мое вступление на должность поместного мага. И никакой таинственности, красивых образов, фатальных событий… Просто огурец и сковорода.
Это не вдохновляло. Да и кушать хотелось сильно.
Привычный свист кипящего чайника слегка умиротворил меня. Давненько уж я не позволяла себе спокойно посидеть за столом, никуда не торопясь и не переживая из-за незавершенной работы. Из любого положения вещей следовало извлекать какую-то пользу. Например, наесться напоследок. Я отломила себе хороший ломоть хлеба, намазала его маслом и начала неторопливое чаепитие. Что нам какой-то вампир? Куда он денется? Подумаешь, надо убить вампира до конца полнолуния! Это вам не стойло вычистить и не поленницу дров наколоть… Тут я подавилась хлебом, увлекшись столь наглым самообманом, и надсадно закашлялась.
Если раньше я предполагала, что подменить Виктредиса на посту поместного чародея не составит труда, то теперь мое мнение полностью переменилось. Зельями, отварами и вправлением грыж уже было не обойтись. От Виктредиса требовали ни много ни мало уничтожить вампира — соответственно уничтожать его придется мне. Назад пути не было. Если бы мой обман теперь раскрылся, вряд ли чье-то заступничество спасло бы меня от Армарики. Я отчетливо понимала, что зашла слишком далеко, куда дальше, нежели в Академии.
О борьбе с нежитью я имела самое общее представление. Единственным аналогом таковой могло считаться мое сражение с гарпией в незапамятные времена да непримиримая война с тараканами на кафедре изящной словесности в бытность мою служанкой при преподавателях. Противостояние это длилось около года и закончилось моим поражением (тараканы захватили еще и кафедру ликантроповедения). Однако даже я знала, что нельзя вступать в битву, не изучив предварительно ситуацию. Помнится, моя бабушка что-то говаривала на этот счет, мол, мелочей не бывает, потому как ежели мелочь стукнет по темечку, упав с большой высоты, то и голову проломить может.
Честно говоря, в тот момент я сомневалась, что дело дойдет до настоящей схватки не на жизнь, а на смерть. Слишком уж многое я знала о поместных чародеях, чтобы не считать подобную мысль бредовой. С другой стороны, считалось, что Виктредис мог бы справиться с эдакой бедой, а уж признать себя менее толковой, нежели мой унылый господин, я не могла. С третьей стороны, маячил грозный призрак Стеллы ван Хагевен, которая могла поспорить по уровню подлючести с любым вампиром. И наконец, с четвертой, самой приятной стороны, внутренний голосок нашептывал следующее: главное в данной ситуации не убить вампира, а потянуть время, для чего необходимо убедить городской совет в том, что упырь изничтожен.
Для достижения данной цели требовалась сущая ерунда: не допустить появления новых жертв и раздобыть где-то фальшивые останки кровопийцы. Так как, по поверьям, после гибели от вампиров остается лишь кучка праха, с останками проблем не должно было возникнуть. Вон в камине золы нагребу. С жертвами дело обстояло несколько сложнее, но другого выхода я не видела и надеялась, что как-нибудь справлюсь. Полнолуние должно было рано или поздно закончиться, монстр — утихомириться, а мне через десять дней следовало со спокойной душой покинуть этот город. И пусть тогда с этой бедой разбирается всемогущая Лига.
Конечно, в ходе этих разбирательств может всплыть мое выступление на сегодняшнем городском Совете, но к тому времени контракт уже будет расторгнут и разыскать меня на просторах княжества станет куда сложнее. Подумаешь, назвалась ассистенткой! Пока выяснится, что Виктредиса в это время уже не было в городе и я действовала по собственному почину, меня и след простынет!
Единственное уточнение, которое следовало внести в этот план, так это то, что при его претворении в жизнь мне следовало остаться живой и по возможности здоровой (непокусанной). Это был очень важный нюанс. Не настолько уж было плохо в Академии, пусть даже и в сочетании со Стеллой, чтобы погибнуть из-за нежелания туда отправляться.
Следовательно, план был таков: в ближайшие дни мне нужно было действовать так, чтобы не вызвать подозрений у эсвордцев, и испортить вампиру охоту.
А портить кому-либо что-либо я умела.
Допив чай, я не суетясь встала из-за стола и направилась в библиотеку, которая по совместительству являлась и кабинетом Виктредиса. Раньше туда меня допускали только пыль с книг смахнуть да столешницу протереть, как особу неблагонадежную. Теперь же я могла войти туда по полному праву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
