Так что да, я признавал Марджану и готов был даже симпатизировать ей. А ещё защищать её, разумеется, несмотря ни на что — как предполагаемую пару своего побратима, как симпатичную мне женщину. У меня даже не было особых терзаний из-за распространившегося в местной прессе виз-изображения, на котором она будто бы сидит у меня на спине (на самом деле я ловил её, чтобы не позволить упасть, но у кого-то из репортёров получился особенно удачный кадр). Наоборот, мне нравилось наблюдать, как каждый раз вытягивается лицо Дина при взгляде на газеты. Песня же!
В общем, всё это было очень хорошо, даже замечательно: и поездка в Тавельни, помогающая вырваться из непроглядного болота, в которое превратился мой дом, и возможность счастья для близкого друга (я изо всех сил старался не завидовать, честно), и множество симпатичных человеческих студенток, пускающих на меня слюни. Всё было хорошо, кроме одного: я опасался, что Дин обманется, как я недавно. И изо всех сил старался образумить его, пока ситуация не вышла из-под контроля.
Во имя продолжения собственного рода Дин обязан отыскать свою пару.
Как, собственно, и я сам.
— Хорошо, — сказал я, сбрасывая на время такую удобную, уютную маску шута. — Что именно ты хотел обсудить, Рой?
— Нашу линию поведения — с учётом того, что теперь каждая собака в Тавельни знает о нашем визите.
Я лениво усмехнулся.
— А какая у нас может тут быть линия поведения? Я вас прошу. Вы видели, что о нас уже пишут в газетах? Вот, так держать. Всё очевидно: не светить ни один из наших истинных мотивов. Для всех мы — богатые наследнички на отдыхе, вкрай оборзевшие от собственной вседозволенности. Не слишком умные, не слишком опасные венценосные детки с золотой ложкой во рту.
— Те, кто поумнее, не купятся на этот спектакль, — заметил Дин.
— Тех, кто поумнее, не так много, как принято считать, — отбрил я. — И вообще, пойдём знакомиться с новым куратором? Это будет Марджана Лофф, и я уже предвкушаю нашу следующую встречу!
Дина, бедняжку, снова перекосило. Любо-дорого смотреть! Но я, если честно, спешил встретиться с Марджаной не только… не столько ради того, чтобы полюбоваться на сердитого побратима. Хотя и это, конечно, приятно.
На самом деле я посчитал, что, если уж Дин не хочет слушать голос разума в моём лице, то я могу обратиться, так сказать, к другой стороне.
Более вменяемой… как минимум, на вид.
*
Марджана Лофф оказалась той ещё штучкой. Она очень ловко, изящно стребовала с нас обещание, цитирую, “позаботиться о нравственности человеческих студентов в Новогоднюю Ночь”. В переводе с дипломатического на обычный это значило, что на развлечения с восторженными юными особами было наложено строжайшее вето.
Не буду врать, что сильно стал из-за этого страдать. Благо проблем с поиском партнёров для секса у меня отродясь не наблюдалось, а моё предвкушение “разгульной Вел-Лерской жизни” было больше игрой на публику, чем реальным положением вещей. Вообще, говоря о положении: сколько бы тел я в итоге ни положил за последнее время себе в кровать, это не помогало заполнить внутреннюю пустоту.
Быть может, становилось даже хуже. Но в этом я не собирался признаваться никому, включая самого себя.
Так или иначе, мне по большому счёту было наплевать на прелести местных студенток — хотя роль обделённого и обиженного я по этому поводу собирался отыграть от и до. Но вот кое-что в словах профессора Лофф меня царапнуло.
“Если вы хотите проверить их на парность, то почему бы для начала не попытаться узнать их получше?” — спросила она, когда кто-то из студентов-драконов попытался заикнуться о поиске пары.
И вот по этому поводу мне таки было, что сказать.
По счастью, профессору Лофф тоже хотелось пообщаться со мной наедине (интригующе, да-да). Так что я, исподволь бросив на Дина торжествующий взгляд (ну любо-дорого же наблюдать, как его кроет!), наконец-то остался с нашим милым человеческим куратором наедине.
И сразу взял дракона за хвост.
— Ты ведь знаешь, что не права?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Простите? — она приподняла брови, явно удивлённая.
— Вся эта ерунда с "узнать друг друга поближе", — пояснил я. — Ты не права. Никогда нельзя знать наверняка, ты ведь понимаешь? Симпатия, даже самая жгучая, парности не гарантирует. Так зачем узнавать друг друга получше? Чтобы в итоге обеим сторонам было больнее, потому что - не судьба? Пустая трата времени, нервов и душевных сил. Я надеюсь, ты окажешься умнее и не заставишь моего названого брата страдать от неизвестности.
Она явно не знала, как на это реагировать. Я буквально видел, как она примеряет и отбрасывает один ответ за другим, подыскивая нужный.
В итоге выбор пал на непонимание.
— Что? — спросила она. — Понятия не имею, о чём вы, ваше высочество.
Ну вот, а так хорошо всё начиналось…
Впрочем, с этой конкретной — почему бы не сыграть напрямую?
— Можешь называть меня на "ты" и в личной беседе, — усмехнулся я. — Но не надо притворяться, будто не понимаешь. Хочешь сказать, это не ты подглядывала за нами в бане? Потому что магический оттиск прямо-таки поразительно похож, да и божественное вмешательство заставляет провести параллель.
Она смутилась. Бедная девочка! Неужели всерьёз думает, что я буду на подобное злиться?
Да, с Дином забавно получилось: развесёлое божество подбрасывало их с Марджаной друг другу, как новогодние подарки. Но, если честно, со стороны наблюдать за этим процессом было вполне себе весело.
— Это было случайно...
— Не сомневаюсь, - сказал я мягко. - Всё в порядке. Но фактов это не меняет: ты всё слышала. И понимаешь ситуацию.
— На самом деле — нет, не понимаю, — вздохнула она. — С чего вы вообще решили, что я могу быть парой Дина? Я настолько ему понравилась?
Интересный вопрос, на самом деле. И, положа руку на сердце, я тоже считаю, что родственники уж очень спешат с выводами. Конечно, я без вопросов поехал вместе с побратимом искать его пару. Но на самом деле...
— Резонный вопрос, — ответил я в итоге. — Видишь ли, тут совпало вот каким интересным образом: матушка Дина решила навестить отстроенный на деньги её семьи Храм Лесного Царя. Там же она загадала новогоднее желание. Наша жизнь была бы проще, попроси она новую шубку или, например, особняк у моря. Увы, за такими вещами ей к богам идти не нужно, благо дядюшка Кио всегда готов порадовать пару. С другой стороны, как раз перед тем случился один... инцидент... связанный как раз с парностью. И неслабо так взбудоражил драконье сообщество. Все тут же начали волноваться: а отыщут ли их дети свои половинки? Вот госпожа Дайлила, наслушавшись таких разговоров, и пожелала, чтобы её младший не остался в одиночестве. Нас с Роем она тоже упомянула в этом контексте, но, как я понимаю, пронесло. А вот Дин следующим же утром проснулся не у себя в кровати, а у тебя под ёлкой.
— Но вы не знаете точно…
Вот именно! Об этом я и твержу всякому, у кого есть уши: мы не знаем точно, что спятивший рогатый божок имел в виду на этот раз. Я вон тоже однажды поверил “неопровержимым знакам судьбы”. И что теперь?
— Это Межмировое Божество. Что с ним можно знать наверняка? — сказал я честно. — Даже в самых дружелюбных своих ипостасях Морозный Дед — не любитель болтать со смертными, а уж тем более объяснять им причины своих поступков. Мы предполагаем, даём достаточно большую вероятность того, что поняли знамения верно. Не более того.
Она призадумалась.
— А если вдруг выяснится, что мы действительно пара, я смогу отказаться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ну прелесть же, что за девица! Чем-то напоминает мне Дайяну… ту, какой я её видел в самом начале.
— Забавно, — сказал я. — Правда, забавно.
— Что именно? — уточнила она сухо. — Закономерный вопрос, как по мне.
— Закономерный. Но обычно девчонки в этих обстоятельствах его не задают.
— И всё же, я хотела бы получить ответ.
Я ласково улыбнулся этой замечательной девочке.
