Женщина брала из кастрюли с подошедшим тестом небольшой комок, руками умело придавала круглую форму и опускала в разогретый жир.
Масло кипело и брызгалось. Капельки жира попадали на раскалённую поверхность плиты и вспыхивали длинными, тонкими, коптящими струйками.
Манипуляции Алины девушек заворожили. Они, конечно, знали, как готовят лепёшки, но то дома, в условиях кухни с применением современных кухонных автоматов. А здесь, в почти первобытных условиях, процесс приготовления их гипнотизировал.
Алина управлялась в приготовлении двумя длинными деревянными. Заострёнными с одного конца палочками. Действуя ими, как дирижёр, она переворачивала лепёшки поджаренной, золотистой стороной вверх, будто руководила оркестром, исполняющим вкусную симфонию, и убирала готовые в круглую миску, застеленную пергаментом.
Посмотрев на девушек, раскрасневшаяся от жара красавица-стряпуха улыбнулась, весело крикнула, что стоим, родные, берём лепёшки и живо завтракать. Девушки схватили миску с дымящимися лепёшками и бросились к столу.
Алина бросила вдогонку.
— Чтобы ничего не осталось! Съесть всё, — прозвучал звонкий голос, — и чтобы я не слышала ни слова о диете!
После завтрака Владимирцев, Шмидт и Косиндо снова предприняли короткую прогулку вдоль берега.
На обратном пути они расслышали приближающий ровный звук лопастей вертолёта со стороны леса. Тёмно-зелёная длинная машина величественно плыла в лазурных небесных водах. После большого круга над рекой, машина опустилась невдалеке на берег, подняв вихрем сор и пустив по воде мелкую рябь.
Владимирцев остановил заторопившихся Шмидта и Косиндо, объяснил, группа будет добираться до лагеря раздельно. И в подтверждение слов из тайги по едва приметной дороге из распадка выскочили шесть двухместных квадроциклов «Yamaha» чёрного цвета.
— Девочки полетят на вертолёте с основным грузом, — сказал Владимирцев, — ребята поедут вместе с моими водителями-инструкторами на этих чудо вездеходах.
Шмидт возразил, что вместе с юношами их двенадцать, а квадроциклов шесть, не считая водителей. Владимирцев успокоил, доберёмся за два рейса, Эдуард Алексеевич полетит с девушками, поможет на месте Белых и лётчикам выгрузить поклажу.
Косиндо немедленно отправился следить за погрузкой вещей; Владимирцев и Шмидт некоторое время разговаривали на отвлечённые темы и затем вернулись к студентам.
Юноши столпились возле квадроциклов и эмоционально обсуждали достоинства и недостатки машин, споря на повышенных тонах между собой. Иногда обращались с вопросами к водителям.
— Кстати, Алексей Оттович, — отвлёк внимание преподавателя от диспутирующих студентов Владимирцев, — не желаете прокатиться за рулём этой дивной машины. Я вот, признаться, отказать себе в этом желании не могу. — Он вдохнул влажный речной воздух полной грудью и закончил. — Это, как я думаю, просыпается первобытная тоска к жизни, наполненной приключениями, к вкусам дикой жизни, потерянным в дебрях цивилизации. Именно эта тоска живет в городском жителе в полуспящем состоянии.
— Или — полубодрствующем, — предположил Шмидт.
Владимирцев тотчас отреагировал.
— Полубодрствовать нельзя! Или бодрствуешь, или спишь, — и, махнув рукой в направлении группы студентов и водителей, сказал: — Пойдёмте. Чем дольше оттягиваешь момент отъезда, тем сильнее желание остаться.
Заметив, что Алина не улетела вместе с девушками, отправила детей и скарб, Владимирцев прокомментировал это упущение, что студенты допустили большую оплошность, так как без её вкусных обедов быстро отощают, и рассмеялся своим словам.
— Минуточку внимания, товарищи студенты, — обратил к себе внимание Фёдор Витальевич, — те из вас, кто хочет управлять квадроциклом, могут сесть за руль, но с неоспариваемым условием — инструктор сзади.
В небе над тайгой. Салон вертолёта. 2 июня 2014 г.
Нагибаясь к самому уху, Надя указала Насте в иллюминатор, смотри, дикие олени. Небольшое стадо животных, вспугнутое рёвом двигателя, бросилось врассыпную, прячась между деревьев. «Красота!» — Настя показала поднятый вверх большой палец.
Зелёный покров леса украшали вкрапления жемчужин-озёр. Колеблемая ветром поверхность бросала в глаза солнечные лучи.
Валя и Эльмира смотрели в другой иллюминатор, делясь впечатлением и кивая на проплывающую внизу тайгу.
Косиндо сидел с закрытыми глазами и считал про себя по-китайски: иль, и, сан…[16]
Тайга, недалеко от заповедника «Ленские столбы». 2 июня 2014 г.
Ревя натужно мощными моторами, квадроциклы уверенно накручивали на колёса пыльные и грязные километры лесных дорог, крупными протекторами вырывая из почвы куски дёрна, разбрасывая за собой, то пыль, то веер мутных брызг из луж, пахнущих тиной.
Одним словом не передать ощущение, которое испытываешь от езды по тайге. Как выразить тот восторг, когда квадроцикл бросает на кочках и ухабах из стороны в сторону, ты подпрыгиваешь над ним на мгновение, похожее на полёт, и ухаешься на пятую точку с неописуемой радостью. Как объяснить, что чувствуешь, когда по шлему бьют ветки молоденьким сосенок и елочек, ты знаешь, глаза защищены, но всё равно рефлекторно закрываешь глаза и так едешь какое-то время.
Ты постоянно выкручиваешь ручку газа, стараясь разогнать живущего в двигателе зверя до максимальных пределов и разозлить его растущей скоростью. Но осторожное похлопывание инструктора по плечу возвращает с горних высей; адреналин понижается и вот ты снова обычный человек.
Сколько восхищения? Не передать …
Мелькающая по сторонам растительность сливается в одну зелёно-коричневую полосу. Что-то внутри подзадоривает. Упоение быстрой ездой охмеляет, и ты ощущаешь себя древним всадником, преследующим дикого зверя на быстром коне.
В небе над тайгой. Район лагеря экспедиции. 2 июня 2014 г.
Из задумчивости Эдуарда Алексеевича вывел второй пилот. Он предупредил, что скоро прибываем на место. Посоветовал, вместо того, чтобы дремать, посмотреть на проплывающий внизу ландшафт и открывающуюся панораму, мол, когда ещё придётся посмотреть на это великолепие с высоты птичьего полёта.
Смотреть было на что.
Внизу зелёный массив тайги разрезала длинная полоса белого песка; вдалеке виднелись жилые постройки посёлка; большой каменный шар, поросший редким ельником и березняком. Располагался возле самого края белой песчаной реки.
Косиндо знал названия этих отличительных и изумительных природных монументов, да вот запамятовал.
— Через пять минут приземляемся, — предупредил пилот и направился в кабину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
