Читаем без скачивания Радиоактивная война - Иван Стрельцов

Охранники двигались как опытные солдаты, готовые в любую секунду ответить ураганным огнем. Они совсем не походили на тех увальней, которые сопровождали Осьмухина по городу. Умение перевоплощаться – один из козырей телохранителей.

Пройдясь вдоль ограды, бодигарды перекинулись парой фраз на французском, потом гаркнули на собак, которые с обиженным визгом унеслись прочь от забора.

«Французы наверняка птенцы Иностранного Легиона, – наблюдая за удаляющимися охранниками, решил Кольцов, – уж эти умеют сражаться и ценить свою жизнь. Вола за хвост вместо службы тащить не будут. Охрана виллы почти идеальна, никаких внешних признаков сигнализации, что и должно соответствовать образу добропорядочного и законопослушного бизнесмена. Зато внутри выдрессированные доберманы, которые надежнее любой электроники, и охранники с крупнокалиберным оружием. Пройти через такое можно, разве что усыпив всех или уничтожив. Да, видимо, без консультации покойного военного разведчика полковника Шубина не обошлось, куда там обычному партократу знать тонкости обеспечения безопасности объектов и людей».

Больше не имело смысла лежать под оградой «добропорядочного» бизнесмена. Выбравшись из укрытия, Глеб сунул в рюкзак маскировочную накидку и быстрым шагом направился в сторону туристического поселка.

Сладкий сон Глеба совершенно не вовремя прервал вскрик:

– Подъем, господин сыщик! Время не ждет.

– Что такое? – невнятно переспросил спросонья Кольцов, протирая глаза и удивленно глядя на стоявшего перед ним репортера.

– Пришло мое время, – с пафосом произнес Малкин. Как успел заметить сыщик, журналист вырядился в костюм, на пухлом пальце демонстративно прокручивал брелок с ключами от «БМВ».

– Какое такое твое время? И вообще, что происходит?

– Боевые пловцы сходят на берег, и я хочу познакомиться с ними поближе. В конце концов, мы с ними граждане одной страны, и нам есть о чем поговорить вдали от родины.

– А ты не боишься, гражданин, осененный звездно-полосатым флагом, что земляки, едва лишь что-то заподозрив, в момент свернут тебе шею, как паршивому куренку? У этих парней рефлексы действуют куда быстрее, чем мыслительный процесс, – попытался вразумить бравого репортера Глеб.

– Я буду осторожен. – Прыти у американца заметно поубавилось.

– Ну да, так говорят девственницы, отправляясь на вечеринку, – хмыкнул сыщик. Щелкнув пальцами, добавил: – А потом: вот и все, а ты боялась, даже платье не помялось.

– Прекратите меня пугать, мистер Кольцов, – возмутился Малкин. – Я побывал в десятке «горячих точек» и что такое опасность, знаю не понаслышке.

– Вот и отлично, рабочее настроение обеспечено. Теперь еще один нюанс. Может, акула пера и видеокамеры возьмет меня в качестве прикрытия своей драгоценной жизни?

– Нет, вы остаетесь здесь, – сквозь зубы процедил Роберт Малкин тоном начальника.

– Яхту нельзя оставлять без присмотра. Я с нее глаз не спускал, и то появились эти чертовы наутилусы откуда ни возьмись. Кто знает, что на этот раз произойдет.

– Логично, – согласился Глеб, уже окончательно проснувшись.

Репортер решительно выбрался из трейлера. Кольцов взял бинокль и прилежно уставился на покачивающийся на волнах «Посейдон». На корме, как обычно, сидел рыбак со спиннингом.

Наблюдая за яхтой, сыщик по-прежнему пытался сложить мозаику из фактов, но то ли улик не хватало, то ли факты были притянуты за уши, картинка расследования получалась весьма смазанная.

За раздумьями, построением версий и день пролетел. Уже вечерело, когда пятеро ихтиандров вернулись на яхту. Их доставил моторный катер, которым управлял смуглолицый юноша, зарабатывающий на жизнь тем, что устраивал морские прогулки для небогатых туристов.

Опытный глаз детектива моментально заметил, что боевые пловцы находились в изрядном подпитии. Вывод напрашивался самый простой: на сегодня не намечалось никаких мероприятий.

Туристический лагерь постепенно наполнялся гомоном вернувшейся с пляжа молодежи. Каждый вечер этот временный поселок превращался в человеческий муравейник, внутри которого можно было долго оставаться незамеченным снаружи.

«Молодец, девка, настоящий кладезь для оперативной работы под прикрытием», – мысленно похвалил сыщик Софи, заваривая себе чай. Он только к вечеру ощутил сосущий голод и, не зная, когда появятся его напарники, решил перекусить. Кипяток в стакане приобрел темно-вишневый насыщенный цвет, а помещение их временного пристанища наполнилось ароматом фруктового чая.

– Всем привет, – снаружи донесся голос француженки. Девушка сияла улыбкой в тридцать два белоснежных зуба, в руках держала цветной пакет из плотной бумаги с логотипами какого-то дорогого магазина. – Это тебе, – Софи протянула Глебу сверток, внутри оказалась большая пластиковая коробка. Кольцов выложил ее на столик и щелкнул замками, поднимая крышку. В коробке лежали два австрийских пистолета «Глок-17» и четыре запасные обоймы, снаряженные золотистыми бочонками патронов.

– Неплохой подарочный набор, – поглаживая полимерный корпус одного из пистолетов, проговорил Глеб. – Но почему два? Я ведь не ковбой.

– Ты сам говорил, что истребитель, и тот в одиночку не летает, – Софи кокетливо улыбнулась. – Вдруг понадобится тебя прикрыть, а я, как ты уже знаешь, в Штатах состояла членом национальной стрелковой ассоциации и даже призы брала.

– Ладно, в ходе процесса разберемся, – нарочито грубовато ответил Кольцов и все же не удержался и достал «Глок» из коробки. Оружие как родное легло в ладонь, указательный палец уперся в спусковой крючок. – Прямо подарок к Рождеству.

– Ну что же, если я для тебя как Санта Клаус, то не буду скупиться на подарки, – Софи веселилась, как ребенок. – Сегодня я побывала в лизинговой компании месье Осьмухина. С главой фирмы, правда, повидаться не удалось, но «жучка» я все-таки умудрилась сунуть под стол в приемной. Кстати, секретарше Мадлен я приглянулась, она даже пригласила меня в кафе пообедать, а потом... – здесь Софи звонко рассмеялась, – а потом назначила свидание.

– Розовая, что ли? – удивленно спросил Кольцов, вовремя вспомнив, каким цветом обозначают женскую однополую любовь.

– Многоцветная, – ответила Софи, игриво сверкнув глазами.

– То есть?

– Девица оказалась бисексуальной. Через полчаса в офисе ее поджидал менеджер по аренде. Между голубками состоялась вполне интимная беседа, из чего я и сделала соответствующие выводы.

– Это не особо порядочно, подслушивать чужие интимные разговоры, – наставительно проговорил Глеб, но в его словах француженка не уловила осуждающих ноток.

– Меня прощает то, что, кроме тайных чужих страстей, я узнала и довольно ценную информацию, – ни капли не смутившись, ответила девушка уже серьезно.

– Как я понял, это второй подарок от Санта Клауса.

– Именно. Кроме всего прочего, менеджер упомянул, что пришла депеша из Министерства здравоохранения Ливии. Оказывается, кроме десяти кабинетов радионуклеидной терапии и рентгенустановок, им требуется еще плавучий госпиталь такого же направления. Правительство Джамахерии решило провести диспансеризацию прибрежных районов.

– И что насчет этого плавучего госпиталя? – поинтересовался Глеб.

– Менеджер также сказал, что все готово и на судне уже закончен монтаж необходимого оборудования. Осталось только дождаться перевода денег из Триполи. – Софи сделала паузу и тихо добавила: – Вот такой мой улов.

– Для начала очень даже неплохо, – задумчиво сказал Глеб. Перед ним четко выстроилась часть мозаики.

«Радионуклеиды, рентгены, те самые установки, что создают необходимый фон, позволяющий незаметно провезти на судне ядерные заряды. Все гениальное просто, особенно это касается покупателя. Кто бы еще мог купить эти изделия, кроме страны, которую из списка изгоев вычеркнули совсем недавно и у которой нефтедолларов не меньше, чем песка в пустыне. Вот и выходит, что заряды джамахерийцы приобретут за любые деньги. В противном случае скупость может обернуться пеньковой веревкой, как в случае с Саддамом».

Чай в стакане безнадежно остыл, и от него шел не густой аромат, а несло дешевыми духами. Аппетит у сыщика пропал окончательно.

– А где наш фронтовой корреспондент? – внезапно спохватилась Софи, переодеваясь за ширмой.

– Он, как и все остальные, решил поиграть в «воров и полицейских», и отправился выслеживать внезапно появившихся боевых пловцов. Считает, что он, как американец с американцами, сможет с ними договориться. Правда, неизвестно для чего.

– Если фрогмэны заподозрят в нем внедренного агента, его убьют на месте. – На лице девушки появилась серьезная озабоченность.

– Ну, значит, мы больше никогда не услышим его скулеж об утерянном эксклюзивном ружье, аппаратуре на десятки тысяч долларов и бесценном отснятом материале, – буркнул Кольцов, любуясь австрийским пистолетом.