Кровь демона позволяет мне бежать со скоростью лучших бегунов Земли, что лишь немного медленнее повозок. Даже забавно, что самый быстрый транспорт — это общественный. Сидишь ты такой пердишь в условном «Гелике», а за стеклом на огромной скорости проносится «маршрутка». Обычно такое только на югах можно увидеть, когда «Армен» летит по серпантину за шаурмой…
Добегаю до Нижнего Города и понимаю, что его пытаются оцепить. Главная улица уже перекрыта, и полицейские разбредаются по обе стороны и заслоняют собой более узкие улочки. Но я сильно сомневаюсь, что личного состава хватит, чтобы провернуть столь масштабную операцию.
Быстрым шагом иду налево, пытаясь обогнать стражей правопорядка и попасть в Нижний Город. Можно было бы подойти к ним и спросить в чём же дело, но кто мне скажет? Я же полукровка, хоть и одет в дорогой костюм.
Через полдюжины кварталов мне удаётся опередить их. Не привлекая внимания, я забегаю в узкий переулок и стараюсь уйти из вида подбегающих полицейских. Ещё пара поворотов и вот я внутри.
Выхожу на главную улицу, которую перекрыли первой, и пытаюсь понять, что же здесь всё–таки творится. Люди суетятся, носятся со своими пожитками. Кто–то кричит, кто–то пристаёт к другим, иными словами, обычная жизнь Нижнего Города.
Но вот когда один из таких «приставал» подходит ко мне, тут–то до меня и доходит, в чём же дело. Похоже, игра началась…
_____
Рубрика «Осталось за кадром»
Через два часа после казни наркоторговцев Клавиус Болтон возвращается в родовое имение и идёт в покои своего брата Жерара.
— Он всё знает! — Клавиус входит без стука, заставая брата в постели со служанкой.
— Стучать надо! — возмущается Жерар и активной жестикуляцией показывает своё недовольство.
— Пошла вон! — Клавиус орёт на служанку.
— Простите, господин… — она убегает из комнаты, едва успевая подобрать свою одежду. — Мой главный делец запел!
— Что? Ты уверен?.. — до Жерара постепенно начинает доходить вся серьёзность ситуации.
— У Михаила есть свой человек в стане Майерсов. Я узнал об этом ещё вчера, но не поверил… — Клавиус подходит к столу, полному угощений, берёт бутылку дорого виски и отпивает прямо из неё. — Его казнили! Ты понимаешь, что это значит? Милиан даёт понять, что он всё знает!
— И что мы будем делать?..
— Что делать, что делать… Муравью хуй приделать! — гаркает Клавиус.
— Скоро свадьба… — вслух размышляет Жерар. — Думаешь, он её отменит?
— А какой повод? Хотел бы отменить, выступил бы открыто… Нет, тут дело в другом, — Клавиус во второй раз прикладывается к бутылке. — Он ждёт, пока мы совершим ошибку… Выжидает, словно паук…
— И как нам быть? Может быть, избавимся от него? — предлагает Жерар.
— Ага, обязательно. А потом твой сыночек женится на Мелисе Майерс, и заживут они долго и счастливо… Ну–ну, конечно…
— Ты же у нас голова, придумай что–нибудь!
— Придётся пойти на крайние меры… Сука! — Клавиус бьёт по столу, да так, что с него слетает половина посуды. — Вот что мы сделаем…
Глава 17. Поиск компромисса
— Ей, рогатый, есть чё? — нарик угрожает мне ножом.
— Я похож на барыгу? — развожу руками. — Иди да закупись у своего дельца.
— Нет ни у кого «соли»! — выкрикивает шатающийся из стороны в сторону мужичок, которые мылся последний раз в прошлом году. — Монеты тогда гони! Я не шучу!
— Ни у кого нет «соли», говоришь?.. Это интересно… — с умным видом трогаю подбородок. — Прям вообще ни у кого? Может, ты плохо искал?
— Да я весь Нижний Город обошёл! — ревёт он. — Голяк! Сказали, что лорд отжал всю соль! Зажравшийся утырок…
— Вот оно что…
— Деньги, говорю, давай! Хватит мне язык заговаривать! — нарик идёт на меня.
— До свидания, — рисую алхимический круг. — Изменение Формы!
Мужик проваливается на несколько метров под землю и останется там до второго пришествия. Я же решаю не идти по оживлённой улице, которая полнится съехавшими с катушек наркоманами, и использую «Ступени», чтобы взобраться на крышу ближайшего здания.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Местные халупы построены по лучшим чертежам бразильских фавел, а поэтому шагая по их верхушкам, можно добраться практически в любую часть города. Главное, только не провалиться в какой–нибудь притон или блядёжник.
Мой путь лежит к Михаилу, ведь только он может сказать, что тут происходит. Без «соли» начнётся такой бунт, которого Рейвенхол ещё не видел! Даже если взять заниженную статистику, которая называет наркоманом каждого десятого жителя, то это больше двадцати тысяч натуральных зомби, настроенных против лорда.
И почему–то мне кажется, что «соль» убрал с рынка далеко не Милиан, ведь в данный момент ему это невыгодно. А вот спалившимся на торговле Болтонам кровь из носу надо устроить нечто подобное. В теории они даже могут выйти победителями из этой ситуации…
Если народ выдернет стул из–под пятой точки лорда, то Болтоны могут выступить в роли спасителей и раздать страждущим их любимый наркотик. Конечно, в благих целях. Возможно, и бесплатно, дабы поднять свой авторитет в глазах народа. Да и перед королём смогут предстать белыми и пушистыми, сказав, что по–другому поступить было нельзя. А уже затем начнут бороться с заразой, которую сами и распространяли.
Будь я на их месте и обладая необходимыми ресурсами, то так бы и сделал. А там и никакая свадьба не нужна, ведь под шумок во время бунта можно и всех Майерсов попросту перерезать, свалив всё на разгневанных горожан.
Если всё так, то неясно, кем в этой стратегии является Михаил, и что он делает. Скорее всего, мой «кореш» отвечает либо за «крышу», либо за распространение. А может, и за то и за другое. Если я прав, то сейчас он должен сидеть как на иголках и ждать результатов бунта, ведь такую выгоду он просто не может упустить.
По крышам добегаю до Братства и натыкаюсь на Томми, выгружающего белые мешки из полицейской повозки. Ему помогает Редгар — он заносит их внутрь здания. Более никого рядом нет, что довольно странно. Через открытую дверь я замечаю отсутствующую девушку–администратора. Хотя кто–нибудь всегда стоит за стойкой, но, похоже, сейчас Братство пустует.
Я незаметно спускаюсь на землю и прячусь за углом, ожидая услышать что–то полезное. Однако к несчастью, из важного мужики говорят лишь о количестве повозок, которые они были вынуждены разгрузить. В остальном проклинают устоявшуюся систему, в которой простолюдин может только и делать, что брать за щеку. В остальном низший слой абсолютно бесправен по отношению к благородным с большими кошельками.
Пока я стою и слушаю их ворчание, стоит упомянуть о самом понятии «благородный». Ты можешь иметь сколько угодно денег, но благородства тебе это не придаст. Эта система сравнима с зоновскими понятиями…
Во–первых, ты должен жить по неписаным правилам, что уже автоматически упраздняет возможность для простолюдина стать благородным. Возможно, ими станут его дети, но никак не он сам. Конечно, бывают исключения, но такого человека посвятить в этот клуб должен лично король. Однако на своей памяти я не припомню, подобных случаев.
Во–вторых, ты как минимум должен заполучить расположение лорда, а лучше всё того же короля. Периодически организовываются званые ужины, на которых иногда провозглашают благородными новые семьи. И да, если тебя таковым назвал лорд, то в остальных городах ты всё также останешься нуворишем. Но зато попасть на приём к королю становится более реально.
Чаще всего кандидаты договариваются с местным лордом и отчуждают в его пользу значительную часть своего состояния — это такого рода вступительный взнос, показывающий серьёзность намерений. Однако и плюшки неплохие: помимо повышения собственного ЧСВ и автоматического увеличения размеров пениса, ты получаешь неприкосновенность, сравнимую с депутатской. Благородного человека полиция может задержать только с поличным или по указанию лорда, в остальном для закона он невидим.
