- Мы-то ладно, этикеты знаем, представимся. Только, вот, кто вы такие сякие? Вдруг, получится, что мы с Андрюшей выше вас по званию?
Герцог уже состроил свирепую рожу и раскрыл было рот для гневной речи, но тут же захлопнул его обратно. Лялечкина тирада позабавила герцогиню. И она благосклонно улыбнулась.
- Послушай, девочка, даже если бы мы сейчас находились на той стороне гор, в нашем официальном дворце, и то вы никак не смогли бы оказаться выше нас по званию. Потому что мы - единовластные правители этих земель. Герцог Иещеуб и герцогиня Дболряпь Сесуохские. Там, выше нас только Пахан. А уж по эту сторону, даже он не властен. Здесь мы единственные представители дьявола на земле. Я потому с вами столь откровенна, чтобы вы уяснили - еще никто отсюда живым не выбирался. А теперь жду от вас ответов. И не забывайте, откровенных ответов. Итак, кто такие и зачем пожаловали?
- Значит, представители дьявола? - Лялечка недоверчиво посмотрела на герцогиню.
Та высокомерно кивнула.
- Я же говорила, что мы у своих, - быстро шепнула мне Лялечка и вновь обратилась к хозяевам, - тогда скажу правду. Только не кидайтесь сразу мне поклоняться. Не люблю я этого.
Рот герцога вновь распахнулся, на сей раз от удивления. Герцогиня же никак не выразила своих чувств.
- И кто же ты есть, чтобы мы кинулись тебе поклоняться?
- Я - черт! - Полным достоинства голосом произнесла Лялечка, но ее заявление должного эффекта не произвело.
- Значит, черт? - Все с тем же снисхождением в голосе переспросила Дболряпь. - А он тогда кто?
- Он - кардинал. Только невсамомделишний.
- Чудны дела вытворяются. Сначала ведьма с аббатом, теперь черт с кардиналом. Того и гляди, бог с дьяволом заявятся. Только интересно, кто из них бабой будет?
Вот куда мы попали. К тем самым, вернее, к таким же, сатанистам, о которых говорил Люцифер. Те что не верят ни в дьявола, ни в бога.
Герцогиня не стала дожидаться ответа на свой риторический вопрос и продолжила, обращаясь к чертовушке:
- Та, что попала сюда до тебя - колдунья. Плохонькая, но зачатки древнего искусства имеются. Я это почувствовала. А вот то что ты черт, хоть убей, не чувствую.
- И убью, - тихонько буркнула Лялечка, но, к счастью, кроме меня этого никто не услышал.
- Выходит, ты обманываешь меня. А я ведь предупреждала.
- И ничего я не обманываю. Сама посуди, тетечка, какой же я была бы черт, если б меня могла всякая там никудышная ведьма распознать? Плохой черт.
Глаза герцогини расширились от удивления и гнева. Я решил, что наступило время поближе познакомиться с пресловутым кирдыком, да и с крантами в придачу. Однако наглость чертовушки возымела и положительный эффект: возможно, сатанистка усомнилась в своем убеждении, что перед ней простая смертная. Как бы там не было, но Дболряпь почему-то возмутилась только эпитетом, которым ее наградила Лялечка.
- Это с чего ты взяла, что я никудышная ведьма?!
- А даже если и кудышная, все равно, - невозмутимо продолжала бесовушка, - самым-самым кудышным не дано нас, чертей, распознавать. Друг дружку, пожалуйста, угадывайте хоть за километр. А нас - фигушки. Так-то, вот!
- Это получается, что я должна поверить тебе на слово?
- Выходит, что так, - согласилась чертовушка.
- Не привыкла я верить без доказательств. Тебе придется продемонстрировать свои сверхъестественные способности. Если докажешь, что ты настоящая чертовка...
- Чертовушка, - поправила Лялечка, на что герцогиня только хмыкнула.
- Так, вот, если докажешь свое адское происхождение, то я первой, губы сатанистки расплылись в зловещей ухмылке, - кинусь тебе поклоняться. А если не докажешь...
Герцогиня многозначительно замолчала.
- Не собираюсь я ничего доказывать. А если соберусь, то ты же первая пожалеешь, тетечка. Как превращусь в страшнючую зверюку, так и поразрываю всех на мелкие кусочки.
- Ой, как страшно! - С явной издевкой произнесла Дболряпь.
- Тогда посмотрим, - нахмурилась чертовушка.
- Обязательно посмотрим.
Неожиданно в разговор вступил герцог Иещеуб, доселе молча открывавший и вновь захлопывающий рот, словно судак, выброшенный на берег.
- А позволь я над ней поглумлюсь?
От предвкушения предстоящего удовольствия с уголка его оттопыренной губы потекла тонкая струйка слюны, глаза загорелись похабным блеском.
Как-то сами собой сжались мои кулаки.
- У меня насчет ее другая идея имеется. - Охладила пыл супруга герцогиня. - Ты девственница?
- Чертовственница.
- Это как?
- У людей - девственницы, у чертей - чертовственницы. - Терпеливо объяснила Лялечка. - А еще представители дьявола, элементарных вещей не знаете.
- Это тоже подойдет. Для сегодняшнего обряда. Заменим ей ведьмочку. Я в последствии из нее хорошую колдунью воспитаю. Приведите пленницу! Распорядилась герцогиня куда-то в пустоту и пристально посмотрела на меня, потеряв к Лялечке всяческий интерес.
Пришла пора вступать в игру. Я лихорадочно соображал, что же сказать, чтобы мне поверили. Упоминать о личном знакомстве с Бздысыкпуком не было смысла. Слишком неправдоподобно. Хотел было рассказать про Бабахана и подчинение всего султаната нам с Лялечкой, но передумал. Вспомнились наши всех любящие и всепрощающие христиане времен средневековья. Как они друг дружку Варфоломеевские ночи устраивали и прочие религиозные войны. Да что там средние века? До сих пор собачатся. И не всегда бескровно, при помощи только теологии. Что же брать с дьяволопоклонников?
Помня о зловещем предупреждении говорить только правду и об ожидаемых пытках, в случае только подозрения неискренности, понес такую пургу, что сам диву дался. Хотя, справедливости ради, стоит заметить, что начал с чистейшей правды:
- Я Андрей. И на самом деле никакой не кардинал. А очень даже наоборот. Я ненавижу всех папиков и, как могу, истребляю их. - Я вытащил из кармана горсть монет и продемонстрировал мелочь августейшим супругам. - Вот, доказательство. Как вы понимаете, не всякий папик имеет мандат. Так что здесь подтверждение только ничтожной части моих деяний.
Пока я говорил, открылась потайная дверь, и кто-то невидимый втолкнул в зал Кабалку. Герцогиня взглядом велела ей стать рядом с нами.
- Значит ты злодей. Злодей-Андрей. - Задумчиво произнесла Дболряпь, в ее взгляде появилась заинтересованность. - Похвально. А с виду не скажешь.
- Тем и беру. Втираюсь в доверие, а потом хрясть, и царствие небесное служителю господа, на радость Бздысыкпуку.
- Надеюсь, на герцогинь не распространяется твоя ненависть? А то я уже начинаю испытывать к тебе доверие.
- Мирских я не трогаю. Только папиков.
- И как же ты их убиваешь? Режешь? Душишь? Топишь? Или, может, сжигаешь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
