Предложение для банка было закончено. Конечно, Мара могла бы еще раз проверить его, до того как передаст Натаниэлю. Она вытащила документ из пачки законченных дел и начала перечитывать.
Почему он поцеловал ее? Этот вопрос мучил ее, но, боясь думать об этом, Мара пыталась сосредоточиться на цифрах. По крайней мере они были просты и понятны. А вот мужчины всегда являлись непостижимой тайной для Мары. Прожив с Джеймсом в браке двенадцать лет, она так его и не поняла. Одно она знала точно – Натаниэль Чейз был намного более глубокой и сложной личностью, чем Джеймс.
Неужели он считал ее, Мару, привлекательной?! Про себя Мара знала точно, что она некрасива. Смотрясь в зеркало, она видела только жесткие черты лица. Но, может быть, прошлой ночью все было иначе? Определенно, после той ночи она изменилась.
Прочитав до конца документ, Мара обнаружила, что совершенно не думает о том, что читает. И она пошла к вечно заваленному бумагами столу Натаниэля, прикидывая, куда бы положить документ, чтобы его сразу заметили.
Положив листок поверх кипы бумаг, Мара собралась было вернуться, но увидела пиджак, небрежно брошенный на спинку стула. Она улыбнулась, вспоминая события прошлой ночи. Видимо, Натаниэль забыл его.
Она сняла пиджак со стула и решила повесить его на одном из бронзовых крюков, прибитых Боггсом около двери. Сделав пару шагов к двери, Мара почувствовала чистый пряный аромат – тот самый, который вдыхала прошлой ночью. Воспоминание об этом повергло ее в смятение.
«Зачем же вы поцеловали меня?» – прошептала она и потерлась щекой о мягкую черную ткань. Прижавшись к ней губами, Мара вновь ощутила жар на губах, прикосновения его крупных пальцев, ласкающих шею, и приятную дрожь. Она чувствовала это снова и снова, балуя себя роскошью, которую не позволяла себе в течение долгого времени. «Я желаю…» – начала Мара вслух и задумалась.
Впрочем, никакие свои мечты и мимолетные желания Мара вслух никогда не высказывала.
Звук шагов на лестнице прервал ее мечтания. Быстро повесив пиджак на один из крюков, она отошла в сторону. Когда Натаниэль с подносом в руках вошел в кабинет, Мара уже сидела за столом. Перед ней лежала открытая бухгалтерская книга, в руке карандаш. По всему можно было сказать, что она все утро работала, не вставая.
Зря она посмотрела на него. Все самообладание разом покинуло ее. Подумать только! Один танец, один поцелуй – и все так изменилось. Мара больше не могла смотреть на сильные руки Натаниэля, не вспоминая, как они касались ее волос. Один вид его дорогих кожаных подтяжек вызывал в ней воспоминание о твердости мускулатуры под ее ладонью, которая во время танца лежала у него на плече. А шейный платок напоминал ей, как этот шелк был повязан на ее шее.
Мара смотрела на его сильные губы и чувствовала на своих губах вкус его поцелуя.
Она больше не хотела быть одна. Не хотела одна нести все трудности. Но все же она боялась довериться ему. Когда Мара смотрела на Натаниэля, все ее существо заполняла сладостно-горькая тоска. «Я хочу…» – в который раз начинала Мара, но так и не договаривала.
Натаниэль прошел к столу и поставил поднос.
– Доброе утро, – спокойно произнес он.
По выражению его лица Мара совершенно не могла сказать, о чем он думает.
Она посмотрела в сторону:
– Доброе утро. – Почувствовав, что нужно сказать что-то еще, она спросила: – Ну как, хорошо прогулялись вчера вечером?
Не отвечая на вопрос, Натаниэль лишь молча смотрел на Мару. Подняв глаза, она встретилась с его взглядом и без слов поняла: «Нет».
Меж тем Натаниэль жестом пригласил ее к столу:
– Будете?
Заинтригованная, Мара присоединилась к нему. Она испытывала любопытство, смешанное с опасением, но о прогулке больше спрашивать не стала. Она заняла кресло, а Натаниэль сел напротив.
– Я думала, вы захотите прочитать, что я написала, прежде чем мы пойдем в банк, – сказала она, наливая чай. – Предложение для банка лежит на вашем столе.
– Хорошо, – ответил он. – У меня сегодня до обеда встреча с Артуром Гамиджем, а после обеда еще несколько встреч. Я все прочитаю позже. А сейчас расскажите мне суть делового предложения.
Мара передала Чейзу чашку с чаем.
– Нам нужно три тысячи фунтов.
Внимательно посмотрев на нее, Натаниэль достал из корзинки булку. Он спросил:
– А это даст нам достаточно средств, чтобы выполнить имеющиеся заказы?
Мара кивнула.
– А как насчет выполнения дополнительных заказов, которые могут к нам поступать?
– Наших средств хватит на производство тысячи двухсот комплектов. Я думаю, нам не стоит соглашаться на дополнительные заказы, пока мы не узнаем, покупают ли эти.
– Если моя встреча с Гамиджем пройдет хорошо, заказов будет больше.
– Но все наши заказы пока лишь отгружаются. Если поезда покупать не будут, магазины нам просто вернут товар и потребуют возмещения его стоимости. Тогда у нас будут тысячи единиц неходового товара и никакой возможности заплатить по счетам.
Натаниэль сделал глоток:
– Но, Мара, мы об этом уже говорили. Это стандартная практика при работе с новой компанией или новым продуктом. И Чарлз Хэррод, и Уильям Уитли убеждены, что поезда продаваться будут. А такие люди знают, что пользуется спросом.
Мара явственно вздохнула. Натаниэль продолжил:
– Мы уже сейчас планируем взять большой заказ и установить свое господство на рынке. Стоит другим производителям игрушек увидеть, что производим мы, как они быстрыми темпами разработают собственную версию. И к весне следующего года в Англии буквально все производители игрушек будут иметь в своем ассортименте подобные поезда.
– Но ваш поезд запатентован, не так ли? – спросила Мара, намазывая джемом половинку булочки.
– Конечно, и здесь, и в Америке. Но патент защищает вас от конкурентов, выпускающих точно такое же изделие. Обычно же компании-конкуренты лишь немного меняют его и продают практически то же самое, что и вы. Нам с самого начала необходимо заявить о своем лидерстве.
– Сколько… – Мара на секунду замолчала и, откладывая нож, продолжила: – Сколько же тогда мы должны просить у банка?
– Полагаю, что мы сможем удвоить наши продажи еще до Рождества. Так что нам потребуется как минимум восемь тысяч фунтов и еще две тысячи на непредвиденные расходы.
– Десять тысяч фунтов?! Да это стоимость всей нашей компании. Нам никогда не дадут столько.
– Дадут. Я же, в конце концов, брат виконта и могу получить кредит просто под имя.
Мару охватила паника. Она вскочила:
– Но мы не можем…
Натаниэль встал и обошел стол.
– Можем!
– Десять тысяч фунтов, – простонала Мара, закрывая лицо руками. – Десять тысяч.
