Финч пожал плечами.
– Не сомневаюсь, что адвокаты этой женщины изучили состояние дел. Возможно, она сама игнорирует их советы. Поговаривают, она его любит.
Недвусмысленно фыркнув, Натаниэль сказал:
– Эйдриан обаятельный. Но уверен, он не любит ее. Эйдриан ценит лишь ее деньги. Если завтра она все потеряет, он в мгновение ока расторгнет с ней брачный контракт.
– Возможно, но Гонория Монтроуз умная женщина. Может быть, Эйдриан и женится на ее кошельке, но она сама выходит замуж за его титул. В наши дни среди богатых американок стало модным выходить замуж за титулованных, хотя и обедневших англичан, – возразил ему Финч.
– Вы узнали что-нибудь еще? – спросил Натаниэль.
– Да.
– Что? – спросил Натаниэль, удивленно посмотрев на адвоката.
– Почему вы не сказали мне, что основали игрушечную компанию в Сент-Луисе, но обанкротились?
Натаниэль вздохнул. Он не хотел обсуждать свои неудачи.
– Я не люблю говорить об этом.
– Полагаю, что у вас были трудности с приобретением кредита на материалы. Вам не хватило наличных, чтобы расплатиться с кредиторами в срок, поскольку вы практически не производили продукции. Также у вас были проблемы со своевременным получением материалов.
Натаниэль искоса посмотрел на Финча.
– Спасибо, но я не просил подводить итоги. Я прекрасно помню, что произошло, и не нанимал вас исследовать мое финансовое состояние.
– Затем вы обанкротились, – продолжал адвокат, не обращая внимания на слова Натаниэля.
Чейз хмуро смотрел на Финча, но тот не уступал. Натаниэль прикрыл глаза.
– Да, я обанкротился и совершенно не хотел повторять все снова… – замешкался Чейз, – пока не встретил Джеймса.
– Я понимаю, – ответил Финч. – Джеймс обладал способностью убеждать людей поверить в свои силы. После общения с ним люди верили, что все их желания достижимы. И у вас, мой друг, есть та же способность.
Натаниэль покачал головой и открыл глаза.
– Пожалуйста, не надо сравнивать меня с Джеймсом. Я бы никогда не оставил свою жену и дочь.
Мистер Финч вздохнул.
– Ну хорошо. Скажем, Джеймс был безответственным. Он по-своему любил свою семью, но не мог заниматься одним делом долгое время. Наверное, он относился к числу тех, кому не нужно было жениться вообще.
Адвокат помолчал и спросил:
– Вы планируете рассказать Маре о своем неудачном бизнесе?
Натаниэль к этому не был готов. Во-первых, это было бессмысленно, а во-вторых, ставило под угрозу то шаткое доверие, которое он смог получить со стороны Мары.
– Нет.
– А вы не думаете, что она имеет право знать об этом? Она ведь ваш партнер.
– Мара не имеет к этому никакого отношения. Все прошло, – произнес Натаниэль, отталкиваясь от стены. – Зачем ворошить прошлое? У нее и так хватает поводов для беспокойства.
– Но она будет волноваться гораздо больше, если узнает об этом от кого-то еще.
– Этим кем-то планируете стать вы?
– Нет, но я надеялся, что вы сами ей все расскажете. – Финч внимательно посмотрел в глаза Натаниэлю и со вздохом добавил: – Я знаю, что вы чувствуете. Вы полагаете, что должны защищать ее от волнений, но правда открывается всегда, хотим мы того или нет. Как вы думаете, что она почувствует, если все-таки узнает правду, которую вы от нее скрыли?
Натаниэль не отвечал. Он отвернулся и посмотрел в распахнутую настежь дверь фабрики. Помолчав, Финч продолжил:
– Натаниэль, в ваших руках не только ваше будущее, но и будущее Мары. Не забывайте об этом и не травмируйте ее.
– Я и не думал.
Финч прокашлялся.
– Ну, в общем, вы знаете, чем вымощена дорога в ад.
Натаниэль возвратился на фабрику, с силой захлопнув дверь. Да, он знал, что дорога в ад вымощена благими намерениями. Знал лучше, чем кто-либо другой.
Когда он вошел в кабинет, увиденное поразило его, мигом вытеснив все мысли о брате. Мара сидела на коленях перед чемоданом мужа, спрятав лицо в складках синего шелкового платья. Услышав ее приглушенные рыдания, он остановился в дверях.
– Мара?
Она резко выпрямилась, и Натаниэль увидел ее мокрое от слез лицо.
Мара спешно вытерла слезы, встала и попыталась выйти из комнаты, но Натаниэль сделал шаг навстречу и положил руку ей на плечо. Чтобы заглянуть в ее лицо, ему пришлось наклониться.
– Мара, что случилось?
– Ничего, – ответила она, но заплаканные глаза говорили сами за себя.
Через плечо Мары Натаниэль посмотрел на предметы одежды, сложенные аккуратными стопками в чемодане, на отложенные ею вещи и на пустую картонную коробку и платье из шелка. Вновь взглянув на Мару, Чейз спросил:
– Что это?
– Подарок от Джеймса, – немного волнуясь, ответила она осипшим голосом. – Бальное платье. Его подарки всегда были глупыми и бестолковыми. Наверное, он хотел возвратиться в Лондон с этим платьем.
Натаниэль мягко погладил Мару по плечу:
– А по-моему, очень красивое платье.
Губы Мары, сжатые в обескровленную линию, дрожали, а в глазах блестели слезы.
– Это самое бесполезное платье от самого бестолкового мужчины. Ну куда я надену его? – Голос Мары дрожал. Видно было, что она с трудом справляется с эмоциями. – Должно быть, очень дорогое. Ну почему бы ему просто не выслать мне денег? Тогда бы я могла ими воспользоваться.
Натаниэль несколько раз провел рукой по волосам Мары, желая успокоить ее.
– Он хотел подарить вам не платье, а мечту. Мечту о той жизни, которую он желал для вас.
– Мечты, фантазии, сладкие обещания! Какой прок от них? – сказала Мара, отстраняясь от Натаниэля и поднимая перед собой платье. – Какой прок от этого платья?
– Вы бы могли когда-нибудь надеть его.
Мара усмехнулась.
– Ну конечно. Я постоянно хожу на балы и приемы. Приглашения приносят мне каждый день с утренним чаем. Разве не так?
Лицо Мары забавно наморщилось, подбородок опустился, платье соскользнуло на пол.
– Я и танцевать-то не умею, – прошептала она. На ее щеке блестела слеза. – Джеймс обещал научить меня. – Смущенно посмотрев на лежащее на полу платье, Мара печально добавила: – Но так и не сдержал обещания.
Закончив фразу, Мара стремительно вышла из комнаты. Натаниэль не стал останавливать ее. Он наклонился, поднял платье и задумчиво провел пальцами по складкам воздушного шелка. Ему было жаль, что он не может научить Мару танцевать, не может вернуть ей звонкий смех и избавить от душевной боли, но больше всего ему было жаль, что он не может заставить ее понять, что именно мечты наполняют жизнь смыслом. Что только ради них и стоит жить.
Глава 15
Эйдриан нахмурился, глядя на маленького человека, сидевшего в кресле напротив. Озадаченно поставив чашку, он переспросил:
