– Не знаю насчет хорошего психолога, но зануда из тебя точно хорошая.
* * *
Оскода. Отель «Голубой горизонт».
– Почему ты не выбрал коттедж, в котором останавливался в прошлый раз? – спросила Кэролайн.
– Я взял тот, что был свободен.
– А мне кажется, что ты просто испугался. – Кэролайн повалилась на кровать и поманила к себе Моску. Он выругался и вышел на улицу. – И не волнуйся, я разберу наши вещи! – крикнула Кэролайн. Он снова выругался.
Теперь закурить, пытаясь успокоиться, оглядеться, вспомнить детали. Интересно, если бы в прошлый раз он не опоздал, то стоял бы сейчас здесь или нет? Сохранила бы ему Кэсиди Клири жизнь? Моска отыскал взглядом коттедж, где в прошлый раз останавливалась Клири. Коттедж пустовал. Пускают ли сюда туристов? А коттедж, где был убит Кейси Бредерик? Клири привязала его к кровати и перерезала ему горло. Национальная футбольная лига лишилась лучшего плеймейкера. «Интересно, заменили кровать, на которой он умер, или нет?» – подумал Моска.
Он увидел пожилую пару, вышедшую из коттеджа, где были убиты Тэд и Линда Ферроуз. Знают ли эти старики о том, что случилось в их номере? Будет ли это важно для них? Моска вспомнил свои попытки написать книгу о том, что случилось здесь. Нет. Не попытки. Это было требование общества, возжелавшего получить от него эту книгу, ему самому не было до этого никакого дела. Иногда, перечитывая свои предыдущие творения, Моска удивлялся, как вообще он мог раньше что-то писать, словно все эти книги принадлежат кому-то другому. Вся его прежняя жизнь принадлежит другому. Единственное, к чему удалось приспособиться, – яблоневый сад, требовавший простого и незамысловатого ухода. Сад, кормивший его, помогавший ремонтировать дом. А что касается творчества, то… Черт, даже с женщинами начались проблемы. С женщинами, которых у него всегда было в избытке. Так, по крайней мере, говорили старые друзья, переставшие быть друзьями после трагедии в отеле «Голубой горизонт». Все изменилось.
Моска вышел на пляж. Вдали, на глади озера, были видны рыбацкие лодки. Местная девочка в дождевике выгуливала крохотную собаку с белой кудрявой шерстью и звонким голосом.
– Вспоминаешь Кэсиди Клири? – спросила Кэролайн. Она подошла к Моске сзади, обняла. – Вспоминаешь свою свихнувшуюся девушку?
– Она не была моей девушкой.
– Тогда почему она не убила тебя?
– Может быть, именно поэтому? Так, по крайней мере, писали в некоторых книгах.
– Так она убивала только тех, с кем у нее был роман?
– Выходит, что так.
– Значит, здесь были только мужчины?
– Нет.
– О!
– Удивлена?
– Не знаю. Думаешь, если я брала деньги за секс, то уже видела все зло этого мира?
– А ты не видела?
– Нет. – Кэролайн прищурилась, вглядываясь в затянутую туманом даль озера Гурон. – Ты это видишь? – спросила она.
– Вижу что? – Моска нахмурился.
По стеклянной глади озера из тумана медленно выползало индейское каноэ. В центре сидел старый индеец в потертых джинсах и армейской куртке. Сильные руки ловко управлялись с двухсторонним веслом. Каноэ достигло берега, ткнулось носом в песок. Старик открыл глаза, огляделся, словно только что пробудился ото сна… Индеец поднялся, выпрыгнул на берег, вытянул из воды свою лодку. Его движения были гибкими, как у кошки. Его взгляд был колким, изучающим. Он прошел мимо Моски и Кэролайн, заставив их смутиться, отвернуться.
– Наверное, он работает здесь, – растерянно сказала Кэролайн. Моска кивнул, освободился от ее объятий.
– Пойду позвоню жене, – сказал он. – А то решит, что я попал в неприятности.
– Или что тебя похитили, – Кэролайн улыбнулась, подмигнула Моске. – А я-то думала, что это ты украл меня. Оказывается, наоборот.
– Никто никого не крал, – заворчал Моска, словно действительно боялся, что его могут обвинить в похищении.
Кэролайн проводила его взглядом. Мимо прошла девочка в дождевике. Ее собака облаяла Кэролайн. Девочка извинилась. Где-то далеко громыхнул раскатистый удар не то грома, не то выстрела. Пожилая пара постояльцев отеля «Голубой горизонт» вышла на пляж. Им было лет по семьдесят-восемьдесят. Кэролайн поздоровалась с ними, сказала, что они соседи. Старики улыбались, но явно хотели побыть наедине. Кэролайн закурила, наблюдая, как они уходят вдоль пляжа, снова обернулась, услышав шаги. Нет. Никого. Показалось. Кэролайн нахмурилась.
Старик-индеец сидел на земле под старым деревом, скрестив ноги. В руках у него дымилась старая трубка. Кэролайн нахмурилась сильнее, почувствовав знакомый сладкий запах.
– Это что, марихуана? – спросила она индейца. Он поднял на нее темные, колючие глаза, но не ответил. Кэролайн встала так, чтобы дым попадал на нее. – Точно марихуана, – она не смогла сдержать улыбку. – Не знала, что вам разрешено курить марихуану. Слышала, что разрешают использовать на церемониях пейот, но… – она снова улыбнулась. Индеец продолжал хмуро смотреть на нее. Лицо у него было коричневым, сморщенным. Брови и ресницы седые. Седые волосы заплетены в косу. – Можно я вас сфотографирую? – спросила Кэролайн, доставая мобильный телефон. Индеец не двинулся с места. Сверкнула вспышка. – После отправлю друзьям в твиттер. – Кэролайн подошла ближе к индейцу. – Вы знаете, что такое твиттер? – Индеец затянулся трубкой, прикрыл глаза. – Давно вы здесь работаете? Слышали историю о Кэсиди Клири? Мой парень, с которым я приехала, говорит, что знал ее. Она собрала в этом отеле своих друзей и убила их всех. Почти всех. Моего парня она не тронула, и теперь он испытывает из-за этого чувство вины. Ее зовут Кэсиди Клири. Вы слышали о ней? – Кэролайн подошла еще ближе. – А ее друга, которого она пощадила, зовут Хэйген Моска. Вы видели его со мной, когда приплыли сюда на своей лодке. – Кэролайн смутилась, не зная, что сказать еще. – Как вы думаете, почему одни люди убивают других людей? – спросила она первое, что пришло на ум. Без ответа. Кэролайн огляделась. – Может быть, виной всему это место? Здесь всегда так тихо? – она растерялась, увидев, что старик протягивает ей свою трубку. – Хотите, чтобы я тоже затянулась? – Кэролайн боязливо огляделась. – Не то чтобы я никогда не пробовала это, просто… Просто это ведь незаконно… – индеец заворчал и снова протянул ей свою трубку, на этот раз более настойчиво и нетерпеливо. – Ладно. – Кэролайн убедилась, что за ними никто не наблюдает. – Но учтите, если что, то я не знала, что в трубке марихуана.
Она заполнила легкие дымом, попыталась сдержать кашель, но не смогла. На лице старика появилась улыбка. Кэролайн вернула ему трубку, растерянно протирая глаза.
– Где вы берете это зелье? – индеец не ответил. – Не то чтобы я хотела купить, просто… – она растерянно обернулась. Казалось, что озеро ожило, зашепталось. – Ого! – Кэролайн увидела, что индеец смеется, и рассмеялась вместе с ним. – Не знаю, как Моске, а мне уже нравится это место! – сказала она. Старик помрачнел. Лицо его снова стало похожим на каменную маску. – Я что-то не так сказала? – растерялась Кэролайн. – Может быть, я как-то неправильно курила вашу трубку? Кажется, я где-то читала, что у некоторых индейцев это целый ритуал и… Черт, – она чувствовала, как голова начинает идти кругом. – То ли ваше зелье такое ядреное, то ли ваше молчание сводит меня с ума. Не пойму. – Кэролайн заглянула старику в глаза. – Вы вообще говорите на английском? – эта мысль показалась ей естественной и логичной. – Господи, ну конечно! – оживилась она. – Вы ни черта не понимаете из того, что я вам тут говорю. Нужно было сразу догадаться, а так…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
