На опушке леса Тарзан вновь набрел на след девушки, вышел к реке, переплыл на другой берег. Затем установил, что девушка двинулась на юг и последовал за ней.
Через некоторое время к запаху девушки примешались другие, незнакомые, представляющие собою смесь запахов мангани и тармангани, – великих обезьян и белых людей, как мужчин, так и женщин.
Тарзан убыстрил шаг. Инстинкт дикого зверя подсказывал, что девушке и, возможно, ему самому угрожает опасность.
По мере продвижения запахи становились все сильнее, а вскоре послышались крики.
Перебравшись на деревья, где он очутился в родной стихии, Тарзан моментально ощутил прилив уверенности. Здесь он вновь стал самим собой – Повелителем джунглей.
Перелетая с ветки на ветку, он услышал разъяренный голос самки, близкий к человеческому, но с преобладанием звериных ноток. Узнав язык великих обезьян, Тарзан чрезвычайно заинтересовался. Через несколько секунд он оказался над странными существами – полулюдьми-полугориллами. Поодаль он увидел обнаженного молодого человека, убегавшего в лес с Рондой на плече, за которым гналась белая девушка с копной золотистых волос, развевавшихся на ветру. Как и все остальные, она также была нагишом.
Молодой человек летел стрелой, чувствуя за спиной золотоволосую самку. Поглощенные гонкой, они не замечали ничего вокруг. Между тем Тарзан поравнялся с похитителем Ронды и обогнал его. Быстрый бег утомил золотоволосую самку, которая стала постепенно отставать.
Сквозь листву деревьев Тарзан увидел, что лес заканчивается и за ним начинаются скалы. Спрыгнув на землю, он потерял несколько ценных секунд, и похититель вырвался вперед, устремляясь к скалам. Тарзан помчался вдогонку, слыша за спиной топот ног золотоволосой фурии.
Как только Тарзан увидел обнаженных юношу и девушку, а также чудовищных гибридов, он сразу вспомнил рассказ бога о мутантах, основавших свое племя в этом конце долины. Эти создания являлись результатом насильственного эксперимента над природой.
Однако Тарзан не стал углубляться в размышления по этому поводу. Все его помыслы были направлены на то, чтобы догнать юношу и освободить Ронду.
Похититель бежал легко, словно не ощущая веса девушки, а Тарзан невольно восхитился его силой и выносливостью.
До скал оставалось совсем немного. Перед ними на земле валялись каменные глыбы, отколовшиеся под разрушенным воздействием времени. Сами же скалы представляли собой гряду изломанных вершин, испещренных пещерами.
Достигнув скалы, юноша стал прыгать с камня на камень с ловкостью горного козла. Тарзан чуть поотстал, ибо местность была ему совершенно незнакома и на поиск дороги уходило время. Следом за ним мчалась дикарка.
Забравшись повыше, похититель затолкал Ронду в пещеру, а сам повернулся лицом к преследователям.
Тарзан резко свернул вправо, чтобы подняться на выступ над противником, но тот, разгадав его маневр, перерезал дорогу.
– Назад, иначе я убью тебя! – закричал юноша на языке великих обезьян.
Тут из пещеры высунулась Ронда.
– Стенли! – удивленно воскликнула она.
– Полезай наверх! – приказал ей Тарзан. – Я задержу его, пока ты не заберешься наверх. Оттуда пойдешь на юг к краю долины.
– Попытаюсь, – отозвалась Ронда и стала карабкаться по скале.
Снизу ее увидела дикарка, поспешившая предупредить своего приятеля.
– Крич-ча! Она убегает!
Позабыв про Тарзана, юноша бросился за Рондой. Тарзан не стал его догонять, а взобрался выше, двигаясь к Ронде по диагонали.
Подгоняемая ужасом, Ронда взбиралась наверх гораздо быстрее, чем могла от себя ожидать, и благодаря ее скорости Тарзан сумел опередить преследователя прежде, чем тот настиг девушку.
Осознав неудачу, юноша повернулся к Тарзану с диким рычанием, и его красивое лицо исказилось в зверином оскале. Он явно не собирался уступать пленницу без боя. Со своей стороны, Тарзан не стремился вступать в поединок на скале, где они оба неминуемо полетели бы вниз и разбились насмерть.
Бросив взгляд через плечо, он увидел приближавшуюся дикарку, следом за которой появились страшилища-мутанты. Ситуация становилась критической. Рассудком Тарзан понимал, что должен уклониться от схватки, однако события развивались против его воли.
Разъяренный юноша ринулся на обидчика, подбадриваемый звериными криками своих соплеменников, и они сошлись в смертельной схватке, норовя вцепиться друг другу в горло клыками. Так они стояли на узкой площадке, обхватив друг друга железными руками и оглашая воздух звериным ревом, пока не рухнули вниз.
Ронду Терри охватило отчаяние. Она застряла на скале, а Оброски, чье появление вселило в нее надежду на спасение, скорее всего, разбился насмерть. А если даже и уцелел, то его сейчас добьют чудовища. Теперь Ронда уже не жалела себя, она оплакивала Стенли Оброски. Горечь утраты была столь острой, что девушка невольно смутилась, пытаясь разобраться в своих чувствах.
Однако Тарзан вовсе и не собирался умирать.
В силе и жестокости он не уступал своему противнику, а умом и отвагой превосходил его. Поэтому Тарзан не только сам спровоцировал это падение, но и изловчился оказаться сверху. В результате его соперник с размаху ударился головой о камень. Теперь он на некоторый срок выбыл из борьбы.
Едва они приземлились на следующем выступе, как Тарзан вскочил на ноги. Снизу к нему быстро лезли монстры во главе с дикаркой, которая была совсем близко и уже тянулась к его щиколотке, чтобы стащить вниз. И тут у Тарзана возникла идея.
Перегнувшись, он схватил дикарку за волосы, рванул на себя и забросил взвывшую от боли девушку себе на спину. Дикарка визжала, царапалась, кусалась, однако Тарзан молча терпел, пока не взобрался повыше. Там он опустил ее на землю и накрепко связал веревкой, несмотря на отчаянное сопротивление. Между тем мутанты едва не настигли его. Взвалив дикарку на плечо, Тарзан полез наверх, направляясь к широкому выступу, где под неприступной скалой застыла Ронда.
Сюда-то и притащил Тарзан внезапно присмиревшую дикарку, а когда поставил ее на ноги и повернул лицом к себе, то обнаружил прелестное улыбающееся личико. Однако разглядывать ее было некогда, так как к ним с криком карабкались мутанты.
– Назад! – закричал Тарзан. – Иначе я убью ее! Идея Тарзана использовать девушку в качестве заложницы была сама по себе неплоха, но, как это нередко бывает с хорошими планами, она полностью провалилась.
– Они не остановятся, – сказала дикарка. – На меня им глубоко наплевать. Ты увел меня, значит, я принадлежу тебе. Они убьют нас и съедят. Отгони их камнями, а я покажу дорогу отсюда.
