снаружи? Насколько там опасно? Но я не задал ему ни единого вопроса.
— Нет, я доем, — произнес я и сквозь вновь навернувшиеся слезы приступил к трапезе.
«!*»%!***
Гром вырвал Рейвена из глубокого сна. Пошел дождь. Почти ливень. Он выглянул в окно, убедившись, что безумный эльф, бедствие номер четыре, так и не сдвинулся с своего места. Рейвен наблюдал за ним тридцать пять дней, а эльф за это время ничего не сделал. Абсолютно ничего. Он просто сидел на каменном тротуаре и потерянно глядел на свои ступни. Не ест, не пьет, не спит… Он даже ни разу головой не повернул. Вообще не шевельнулся!
Рейвен видел мало эльфов, они редкие гости на территории Империи, но каждый из них был высок и красив, безупречно белая кожа, гордая осанка, длинные волосы, которым позавидует любая девушка… Но безумный эльф от них отличался. Его кожа грязна, изъедена морщинами, а голова у него плешивая, волосы ломкие и сухие как солома… Выглядело так, будто эльф чем-то болен… А обноски, в которых сидел эльф, делали его неотличимым от бездомных или же зависимых от пудры красного гриба. Но герой понимал, что недооценивать бедствие нельзя… Рэдж не смог убить эльфа… А это говорило о многом.
За тридцать пять дней Рейвен ни разу не вступил с бедствием в контакт. Герой и не собирался этого делать. По его задумке этим должен был заняться Джастин, а Рейвен бы понаблюдал за встречей с безопасного расстояния… В случае чего герой оказал бы Джастину поддержку… Но Джастин отправился в Ньорд. Рейвен устроился на третьем этаже роскошной гостиницы и без энтузиазма наблюдал за эльфом и ждал возвращение паладина. Чуть больше недели назад из Ньорда пришел подробный доклад, о разрушении деревни стаей бринвудских гаргулей. Ничего такого, что было бы опасно для члена Дюжины, но чудищ было слишком много. Спасти деревню и всех её жителей было невозможно. Даже для двоих героев… Так успокаивал себя Рейвен, вспоминая «Невозможную» сложность задания «Атака на Ньорд». Но всё же многое в голове Рейвена не складывалось… А свои мысли герой мало кому открывал.
Рейвен открыл окно своего номера, стянул с правую темную перчатку и высунул руку под капли дождя. До попадания в этот мир Рейвен не знал, что так сильно любит дождливую погоду. Дождь, мира из которого он прибыл, был токсичен, но в этом мире герой мог стоять под дождем часами… Безумного эльфа начавшийся ливень, как и многое другое, никак не заботил. По тротуару уже бежал ручеек, который омывал босые ноги бедствия. Помимо эльфа на улице никого не было. Ночью никого и не должно было быть. Днем обычные люди не замечали эльфа и дело было не просто в неброском виде. Бедствие использовало какой-то трюк с отводом глаз. Прохожие инстинктивно обходили эльфа стороной. А те, кто имел элементарные навыки обнаружения без труда могли его увидеть, они же не обращали на эльфа внимания как раз из-за внешнего вида… Понять, что эльф действительно отводил людям глаза, Рейвену удалось лишь спустя неделю пристального наблюдения. Трюк эльфа совсем не фонил. Его нельзя было ощутить, что подчеркивало умения бедствия.
Вдалеке сверкнула молния, пророкотал гром. В дверь комнаты Рейвена постучали. Герой неспеша обтер мокрую руку об свою черную жилетку и натянул перчатку обратно.
— Кто там? — спросил Рейвен, подойдя к двери, хотя прекрасно знал ответ.
— Свои, — ответил Джастин.
Рейвен отворил дверь и не оборачиваясь вернулся к окну.
— Где пропадал? — поинтересовался герой, усевшись на подоконник.
— Думал о всяком.
Рейвен поджал губы, ему было немного стыдно за Ньорд. С последней их встречи Джастин немного возмужал. Стал немного шире. Юноша сменил свой белый доспех на белый короткий нарядный кафтан, украшенный большим золотым терновым глазом на груди.
— Где твоя броня?
— Попортилась, — безразлично пожал плечами Джастин.
— А меч?
— Тоже испорчен.
— Сам как?
— Бывало и лучше.
Рейвен чувствовал, что что-то было не так. Мог ли Джастин затаить на него обиду? Или гибель Ньорда оставила на нём свой отпечаток? Все-таки это должно было быть для юноши горьким опытом.
— Сожалею о том как всё обернулось в Ньорде.
— Рейвен, Рейвен, Рейвен, Рейвен, — тяжело вздохнул Джастин и положил руку на плечо герою. — Я знаю о чем ты думаешь. Не стоит.
— Но…
— Говорю же, не стоит, — настоял Джастин. — Я получил в Ньорде важный урок… Можно сказать теперь… — на мгновение Джастин задумался. — Я смотрю на мир… Иначе. Вполне возможно мне и поблагодарить тебя нужно. А хотя… — улыбнулся юноша и по дружески хлопнул Рейвена по плечу. — Не, не буду. Цена вышла высокой, не находишь?
Рейвен не знал, как ответить.
— Забудь об этом, — выдержав паузу, продолжил Джастин. — Всем помочь нельзя. Всех не спасти. Вот что я понял. Итак… Что будем делать с эльфом?
Рейвену не понравился ответ Джастина, но возвращаться к теме Ньорда он не стал.
— Попробуем разузнать всё мирно. Ты подойдешь и задашь вопросы.
— Тема?
— Ты не в курсе?
— Я разорвал письмо с заданием, прочитав меньше половины, — невинно улыбнулся Джастин.
— Спроси о «звере в обличье человека» и змеиной короне.
— И всё?
Рейвен кивнул и развел руками.
— Не густо… Ну ладно, я пошел…
— Ээээ, давай ут… — Рейвен не успел договорить. Джастин вылез в окно и спрыгнул. Мягко приземлившись, юноша уверенно зашагал к бедствию. Оказавшись прямо перед эльфом, Джастин простоял около минуты, осматривая его. Снова сверкнула молния. Снова прогремел гром. Для обычного разговора было слишком шумно. Джастин накрыл себя и эльфа плотным куполом из тускло-синего света, приглушая дождь. Паладин пощелкал пальцами, пытаясь обратить на себя внимания, но эльф проигнорировал паладина. Как сидел, пялясь в землю, так и сидит. Джастин сел на корточки перед эльфом и снова пощелкал пальцами, совсем близко к лицу эльфа:
— Эй, есть кто дома?
— …
— Ты знаешь, а ведь мы по-хорошему всё решить хотим. Миром. Не расскажешь мне о «звере в обличье человека»? Или змеиной короне?
— …
— Ничего в голове не щелкает, да? У тебя хорошая защита, для безумца.
Джастин потянулся ко лбу эльфа, но в этот момент тот поднял взгляд с земли. Паладин опасливо одернул руку:
— Так в этой голове всё же что-то есть? Ты заговоришь? — Джастин озадаченно склонял свою голову из стороны в сторону, пытаясь углядеть в тусклых серых глазах эльфа хоть частицу разума. — Ты можешь назвать своё имя? Или мне так и называть тебя эльфом? Я Джастин, а ты…
— Мы оба знаем, тебя зовут не так, — со всей уверенностью
