— Пройдите за ширму и снимите с себя всю одежду, — наконец, произнес бородач голосом Левитана, и Дмитрий подумал, что курсантам наверняка придет в голову идея дать ему такую кличку. — Кстати, меня зовут Евстигней, — продолжал он, будто уловив мысли Одинова.
Дмитрий стоял перед ним, в чем мать родила, а Евстигней держал в руках лист бумаги и делал в нем какие- то пометки, тщательно осматривая тело курсанта. Изловчившись, Дмитрий ухитрился разглядеть эти пометки. Оказалось, Левитан фиксировал все его родинки и шрамы!
И, словно опять уловив немой вопрос курсанта: зачем?! — Евстигней пояснил:
— Узкие специалисты, морфоскопологи, утверждают, что ни одна родинка или родимое пятно не появляются на теле человека случайно. Это знаки судьбы. То же самое можно сказать и о шрамах.
Обнаружив яркую родинку на правой ступне Дмитрия, он повеселел.
— Очень счастливый знак. Что ни намечтаете — все сбудется.
Отметки фортуны, присутствующие на коже Дмитрия, он фиксировал на рисованном силуэте человека, используя для точности изображения расчерченную сетку. Закончив с этим, сфотографировал обе ладони Дмитрия и подошвы ног.
— То, с чем вы пришли сейчас, может измениться уже в процессе обучения, — проговорил Евстигней с нотками назидательности.
Потом он записал время рождения Дмитрия и был доволен, что тот знал не только час своего появления на свет, но и минуты.
— Отлично, — несколько раз повторил он, потирая руки. — Хвала вашей матушке, что она сохранила для вас эти цифры. Для астролога подобная подробность очень важна, поскольку может существенно повлиять на предсказание. Одевайтесь.
Пока Дмитрий возился за ширмой, через внутреннюю дверь, по- видимому, из смежного помещения, в кабинет вошла девушка, судя по легкой походке и мелодичному голоску.
— Вызывали, Евстигней Георгиевич?
— Вносите эти данные в компьютер, голубушка. Посмотрим, какой прогноз в совокупности получится у молодого человека по фамилии. гм. Одинов.
Она выпорхнула из кабинета. Дмитрий успел увидеть лишь гладкие волосы до талии, короткую юбчонку и ноги фигуристки.
— Свободны, товарищ курсант, — кивнул ему Евстигней. — Кто там у нас следующий?..
Перед самым ужином стали подводить итоги, получив компьютерную обработку данных. Выявив способности курсантов и степень их готовности к обучению, администрация центра приступила к формированию учебных групп, подбирая для каждой из них соответствующую программу. Здесь не собирались стричь всех под одну гребенку, а поступали мудро, используя справедливый принцип: каждому по способностям. И по потребностям!
Собеседование перед окончательным формированием учебно- тренировочных групп проходило в директорском кабинете, дверь которого была обтянута натуральной кожей светло- коричневого цвета. Святая троица — как мысленно окрестил Дмитрий начальственное трио: матрону, мужчину с тростью и директора центра — сидела за широким столом, и перед каждым из них стоял раскрытый чемоданчик — ноутбук, с экрана которого считывалась информация.
— Вы показали себя в числе лучших в нынешнем наборе слушателей, — сдержанно похвалила матрона с приятной улыбкой на деликатно накрашенных губах. — В вашей анкете значится, что Вы окончили Новосибирское высшее военное командное училище, разведывательный факультет. Скажите, не приходилось ли Вам у кого- нибудь учиться, хотя бы на самом примитивном уровне, оккультным наукам, целительству, магии, ясновидению?
— Я посвящен в боевой казачий Спас, сударыня, — Дмитрий не стал вдаваться в подробности, справедливо полагая, что этим людям прекрасно известно: в систему боевого Спаса входят так называемые малые Спасы — целительство, охранительные действия, магические приемы и другие вещи, помогающие бойцу выжить в экстремальных условиях.
Сидящих за столом, по всей видимости, его ответ удовлетворил.
— У вас есть близкие люди, которыми вы дорожите? — вежливо поинтересовался мужчина с тростью.
— Да.
— Это любимая женщина?
— Нет.
— Ваш ребенок?
— У меня нет детей.
— Ваша цель в жизни?
— Узнать и выполнить свое предназначение.
— Вам предстоит обучаться по особой программе, — заключил директор центра, Никита Юрьевич, и заиграл на клавишах, вводя в компьютерную память надлежащую информацию. Закончив, поднял глаза на Дмитрия: — Охарактеризовать ее могу так: на людей, подготовленных по этой методике, мы возлагаем самые большие надежды. Завтра, ранним утром и в течение дня у вас несколько раз возьмут всевозможные анализы и сделают замеры различных биофизических параметров организма — это нужно для настройки под ваши данные специального индивидуального прибора, о котором вы узнаете позднее.
— Он блестяще показал себя в Чечне. Особенно в операции «Петля удава», — заметил человек с тростью, когда Дмитрий вышел в коридор. — Наш Евстигней просто в восторге от заложенных в этом парне возможностей! Впрочем, другие специалисты тоже отметили его одаренность. Итак, Одинов. Символическая фамилия! Как известно, Один — верховный бог в скандинавской мифологии. Могучий шаман, мудрец, бог войны, хозяин Вальгаллы — чертога мертвых, где воины продолжают героическую жизнь, совершая великие подвиги после своей физической смерти. Возвращаясь к нашему парню, скажу: несомненно, в нем есть скрытые силы!
— Задача — проявить все то, чем его так щедро наградил Создатель, — задумчиво проговорила женщина. — Из искр раздуть пламя. А материал действительно великолепен.
Глава 9. Григорий Шаталов
Комната Шаталова ничуть не отличалась от той, которая досталась Дмитрию: типовой гостиничный номер на двоих, тесный, но со всеми удобствами. Кондиционер в окне, две тумбочки возле кроватей, застеленных цветастыми покрывалами, шкаф для одежды. На столе с полированной поверхностью аккуратной стопочкой лежали тетради. Из окна виднелся хаотичный рельеф гор в белых и зеленых мазках, вносящих в пейзаж приятное разнообразие. В нем не хватало солнца: капризное светило уже отправилось на покой.
Григорий сидел на стуле и натирал распухшее колено целительной мазью. При этом он насвистывал что- то лихое, казачье, как и подобает воину в перерыве между битвами. Увидев Дмитрия, вскочил, с чувством пожал протянутую ему руку.
— Садись, гостем будешь.
— В такую погоду здесь киснуть?! — пойдем лучше на улицу, — настойчиво позвал Дмитрий. — Там такая благодать — словами не опишешь!
Спустившись по лестнице, они прошли по просторному вестибюлю мимо декоративного уголка, искусно вылепленного из кактусов и цветущих растений с пикообразными, как у лилий, листьями. Вахтенный дежурный, с лицом и фигурой каменного идола, перелистывал страницы журнала «Телохранитель». Заметив идущих курсантов, скользнул по ним скучным взглядом и снова уткнулся в журнал: описание ковбойской техники и трюков было куда интереснее. Где- то наверху, на втором этаже, послышался знакомый мелодичный голосок и тут же пропал. «Помощница Левитана», — подумал Дмитрий и взглянул на товарища. Но Григорий не отличался столь чутким слухом.
За стеклянными дверьми здания, сразу же после крыльца, начинался совсем другой мир, насыщенный своими собственными звуками и ароматами. Он радушно принял их, обволакивая запахами смолистой хвои, настоянной на крепком озоне. Зигзагообразные очертания гор резко выделялись на густеющем фоне неба, в котором уже, как на фотографии, начинали проявляться крупные звезды.
Григорий рассказывал о своей станице, о житье- бытье казачьего племени, живущего по соседству с ингушами.
— Короче, у нас у каждого в доме теперь есть оружие, вплоть до снайперок, — откровенничал он, — и высокими заборами все огородились. Жизнь заставила. Что ни день — то похороны. И гибнут все молодые, честные. Таких в первую очередь стараются вырубить враги, используя древний принцип истребления чужой элиты, уничтожения качества. Вот и приходится защищать самих себя.
— А как ты попал к чеченцам? — спросил Дмитрий.
