большинство из них были такими же, как Пин Цяньжу, то есть, не почувствовали особой разницы, что уж говорить о какой-то там «родословной», но, заяви они, что до сих пор являются «обычными людьми», и мифрил мог бы с ними не согласиться.
Похоже, «обычные люди» вдруг перестали быть обычными.
Плоды трехтысячелетнего молчания Чиюань, наконец, взошли. Кровь давно исчезнувших кланов, в той или иной степени, проявилась в каждом человеке.
Многие из тех, кто стал носителем особых способностей, жаловались на странное самочувствие. Их было так много, что они не помещались в приемных ни обычных, ни специализированных больниц. Между тем, во второй половине года, повсеместно начали происходить мощные энергетические выбросы. Поговаривали, что командир оперативников знаменитого «дома престарелых» из Цзянчжоу так переутомился, что отправился в больницу для проведения коронарного шунтирования.
А ведь с возрождения Чиюань прошел всего лишь год.
Человечество, наконец, перестало спорить о том, «как сильно изменится общество» и «нужно ли пересматривать шесть великих родословных». На первом месте теперь стоял вопрос нехватки ресурсов в специализированных больницах.
И планы Сюань Цзи «уйти на покой» окончательно рухнули.
Когда Сюань Цзи пришел в этот мир, чтобы предаваться одиночеству, Чиюань уже давно остыл. Великий демон исчез, и все вокруг погрузилось в тишину. Хранителю огня предстояло охранять пепел. Одинокая жизнь была трудна, но с печать из костей Чжу-Цюэ сложность его работы не шла ни в какое сравнение с тем, чем занимались его предки.
Теперь же мир ожил, печать разрушилась, не оставив после себя никаких инструкций.
Старый революционер столкнулся с новыми проблемами. Три тысячи лет в Чиюань не ступала нога демона, пока не пришел Сюань Цзи и с удивлением не обнаружил, что вновь превратился в новичка, понятия не имеющего, что именно должна делать… птица.
Его Величество же, напротив, больше интересовали проблемы древности. После возрождения Чиюань Сюань Цзи предстояло вновь выучить все то, что он изучал когда-то в детстве.
И все эти знания он, три тысячи лет спустя, с процентами вернул Дань Ли.
Можно было с уверенностью сказать, что теперь они с Дань Ли были «квиты».
Шэн Линъюань мог консультировать Сюань Цзи лишь в технических вопросах. Взгляды великого демона на жизнь не совпадали со взглядами современного общества. Если у Сюань Цзи что-то не получалось, он расстраивался. Но он не мог вечно полагаться на Его Величество.
Так что Сюань Цзи по-прежнему приходилось работать каждый день, и эта работа становилась все сложнее.
План по восстановлению Управления еще не был выполнен, и Сюань Цзи не спешили снимать с временной должности. Он до сих пор состоял в Отделе ликвидации последствий, и оперативники из других филиалов каждый день «брали его в арену».
Но кое-что все-таки изменилось. Управление оснастило своего штатного Чжу-Цюэ машиной. Даже дронам нельзя было свободно летать в городской черте, что уж говорить о Сюань Цзи.
Но, похоже, его ценили больше, чем краснокнижное животное… Такое ископаемое, как он, стало настоящим национальным сокровищем. Все расходы на жизнь покрывались государством, и о кредитной карте можно было забыть.
Но радость Сюань Цзи продлилась всего два дня. Он понял, что даже у законченного праведника нескончаемые благословения в какой-то момент начинали вызывать несварение желудка.
С тех пор, как был построен дворец Дулин, а меч демона небес оказался разбит, он утратил свои привилегии. Годами он жил в бедности, свободный он всякого бремени. Зачем было разрешать ему бездумно тратить деньги налогоплательщиков? Лишь недавно Сюань Цзи понял, что высокая платежеспособность ничто по сравнению с возможностью тратить свои собственные, честно заработанные деньги.
Потому он потребовал от организации, чтобы ему платили за нагрузку, а то, как он живет и чем расплачивается вне рабочего времени, никого не касается. Так всем было бы намного удобнее.
Скрепя сердце, сосед пригласил Сюань Цзи к себе, чтобы показать, где лежит корм, а после пошел его проводить:
— Собаке не обязательно гулять. Она может пользоваться собачьим туалетом. Я знаю, что вы сильно заняты на работе, она не доставит вам хлопот.
— Не беспокойтесь, мы все равно ходим на прогулки и можем взять ее с собой, — сказал Сюань Цзи. — У нас семья затворников, лишь бы полжизни из дома не выходить. Все равно сейчас все можно купить онлайн. Но я так от скуки умру. Если не буду вытаскивать его развеяться, он в пол врастет.
Шэн Линъюань ничего на это не ответил.
Что там принесло эхо? Кажется, кого-то давно не наказывали.
Не успел Сюань Цзи войти в квартиру и бросить ключи в прихожей, как его тут же окутал черный туман.
— Я верну… Эй, я еще не разулся!
Невиданная сила подхватила его, словно нечистые духи из священных писаний. Туман занес Сюань Цзи в кабинет и бросил в объятия Шэн Линъюаня.
Шэн Линъюань отложил свои рукописи на стол и поднял руки, чтобы поймать связанного. Черный туман, окутавший пальцы Его Величества, прошел сквозь воротник Сюань Цзи, заставляя того наклонить голову, и губы Сюань Цзи оказались в полуцуне он губ Шэн Линъюаня… Но продолжения не последовало. Его Величество остановился и с улыбкой вскинул брови:
— Что ты там говорил? Ну-ка повтори.
Сюань Цзи открыл было рот, намереваясь сообщить, что готов рассказывать о вредных привычках Его Величества хоть целый день, но стоило ему вдохнуть исходящий от Шэн Линъюаня аромат чая, как его разум опустел, словно вымытая тарелка. Он не смог вспомнить ни слова.
Мысли превратились в кашу, но в следующий же миг Сюань Цзи ойкнул и едва не подскочил.
Этот дьявол засунул свои холодные руки ему под одежду.
— Шэн Линъюань! — в ярости заорал Сюань Цзи.
Черный туман рассеялся, и Шэн Линъюань рассмеялся.
Сюань Цзи нахмурился и попытался перехватить его руки, но, опустив глаза, заметил лежавшую на столе рукопись. Его Величество восстанавливал «Книгу шаманов Дунчуаня».
Когда-то ученики господина Юэ-дэ уничтожили шаманский курган, и все хранившиеся в нем реликвии были утрачены. Все, что осталось от их культуры — лишь несколько фрагментов, спасенных Сюань Цзи… и воспоминания Шэн Линъюаня.
За последние месяцы Шэн Линъюань привык писать стилусом и гелевой ручкой, да и ошибок при наборе текста на клавиатуре становилось все меньше и меньше. Шэн Линъюань начал немного понимать пиньинь, современную пунктуацию и уже неплохо разбирался в ряде распространенных аббревиатур. В кабинете Сюань Цзи хранилась целая куча вульгарной беллетристики, и Его Величество перевернул ее всю, включая множество популярных зарубежных текстов.
Его усердие принесло свои плоды, но, похоже, дела все равно обстояли не слишком хорошо.
Когда Шэн Линъюань
