Драко стянул с себя перчатки. Гарри молча смотрел, как тот своими обкусанными ногтями начал вытягивать серебристые осколки из ладоней. Кровь заполняла ранки и стекала по запястью, оставляя на коже тонкий и запутанный алый узор.
— Оторви кусок от моего плаща, — попросил Гарри. — Чтобы собрать стекло.
Драко понял, о чем он, и послушно завернул осколки в тряпочку. Он понимал, что это пустая трата времени, однако подчинился, не глядя Гарри в глаза. Он этой неудобной коленопреклоненной позы его бросило в пот. Передав узелок с осколками Гарри, он вытер повлажневшие пальцы о мантию, оставив на ней кровавые следы.
— Что за черт, — прошептал он себе под нос. — Ты можешь сжать пальцы?
— Я могу сжать их в кулак, — ответил Гарри. Его голос был странно сдавленным.
Драко присел на пятки.
— Слушай, если ты думаешь, что я…
Он не успел закончить фразу: дверь в башню открылась в четвертый раз за этот вечер, Гарри, стоявший лицом к ней, задохнулся — от ужаса ли, удивления ли — Драко не понял, он резко повернулся и вытаращил глаза.
Человек, стоявший в дверях, не был Люциусом Малфоем. И не был Пожирателем Смерти. Это была хрупкаяфигурка в желтом плаще — она казалась горящим в темноте факелом. Между ярким плащом и сияющими волосами белело лицо.
Драко поднялся на ноги, не в силах поверить в происходящее:
— Джинни? Какого черта ты здесь делаешь?
* * *
— Мой Бог… — произнесла Джинни, уставясь на юношей. Ей сначала показалось, что на Гарри черные перчатки, однако, лишь только Драко шевельнулся и двинулся к ней, лунный свет упал на Гарри, и она увидела, что это кровь.
— Что с твоими руками? — прошептала она. — Что произошло? Почему вы тут?
Драко просто стоял и таращился на неё. На его лице смешались все эмоции, невозможно было понять, о чем он думает. Гарри пришел в себя первым, он подошел и взял её за плечи:
— Джинни, тебя кто-нибудь видел?
— Никто, — помотала она головой, — я проследила за Люциусом, когда он шел сюда, а потом спряталась и дождалась, чтобы он ушел. Он меня не видел. Он выглядел совершенно озверевшим — я подумала, что тут не обошлось без Драко, ведь только он способен довести его до такого состояния, — она слабо улыбнулась.
Гарри не улыбнулся в ответ.
Она быстро продолжила:
— Дверь не запирается, так что я просто дождалась, когда Люциус спустится, и вошла сюда. Охраны нет.
— Да, — кивнул Драко, — но, Джинни, что ты тут делаешь? И как ты вернулась в Имение?
У нее ёкнуло сердце. Хроноворот, спрятанный под плащом, тяжелым булыжником оттянул шею.
— Я никуда и не уходила… — начала она, но Гарри перебил ее.
— Сейчас это неважно, — отрезал он. — Ты здесь, дверь открыта — вот это действительно важно. Нам надо убираться отсюда, да побыстрее, пока Люциус не пришел, — все еще держа Джинни за плечи, он повернулся к Драко. — Ты можешь нас вывести из Имения?
Прищуренные глаза Драко напоминали серебряные полумесяцы:
— Черт, во всяком случае — попытаюсь.
Гарри медленно опустил руки. Позже Джинни обнаружила на своем плаще два кровавых отпечатка — на каждом плече. Он легонько коснулся её щеки тыльной стороной руки — так сделал бы Рон или Чарли, пытаясь её ободрить. И тут она увидела в его глазах невыразимую печаль — куда большую, чем можно было бы подозревать в подобной ситуации.
— Малфой, — произнес он, не поворачиваясь к Драко. — Веди нас.
Драко ничего не ответил, хотя, возможно, ответил, — только безмолвно, Джинни не хотелось гадать об этом; тенью — легкой, бесшумной — он проскользнул мимо, она последовала за ним, замыкал цепочку Гарри.
Возвращение по узкой лестнице, ведущей в Имение, напоминало спуск в тюрьму. Джинни слегка охнула, когда Гарри закрыл дверь, и звезды пропали из вида; теперь они оказались в сумрачном замкнутом пространстве, освещенном лишь колышущимся светом факела.
Она шла за тонкой прямой тенью Драко. Резко повернув направо, он толкнул в сторону гобелен, открыв дверь позади него.
— Потайная лестница, — тихонько произнес он и положил руку на дверную ручку. Дверь бесшумно приоткрылась. Прерывисто вздохнув, он придержал ее, пропуская Джинни и Гарри.
Вторая лестница была уже, и на ней вообще не было факелов — слабое свечение шло от стен. Было влажно, даже пахло сыростью, словно они стояли на морском берегу.
— У меня есть палочка, — шепнула Джинни, я могу «Люмос»…
— Нет, — остановил ее Драко, взяв за руку. Что-то больно ударило её по пальцам — опустив глаза, она увидела адмантиновый наручник. — Здесь — никакой магии.
Она кивнула.
Гарри шел впереди, завернув за первый поворот винтовой лестницы. Джинни повернулась и посмотрела на Драко — тот был отстраненным и погруженным в какие-то раздумья. Нет, не такие грустные, как у Гарри, однако, судя по всему, куда более содержательные. За эти дни он стал еще тоньше, приобретя какую-то угловатость. В его красоте стало больше металла, будто жесткость приблизилась к поверхности.
— Скажи мне, что с тобой всё в порядке, — тихонько попросила она его.
— Я в порядке, — его голос был холоден и тускл.
— Я вспоминаю, что, кажется, однажды уже спасала тебя с башни, — сказала она так легко, как могла, пытаясь вызвать улыбку у него на губах.
Его полуприкрытые глаза вдруг распахнулись, и он в упор взглянул на нее:
— А я припоминаю, что однажды сказал тебе, что не хочу, чтобы меня кто-то спасал. Особенно ты.
— Эй, вы, двое, — вы идёте? — прошипел Гарри из-за угла.
Не взглянув на Джинни, Драко развернулся и пошел вслед за ним. Подавив яростный ответ, Джинни двинулась за ним. Едва что-то различая из-за мрака и слез, стоящих в глазах, она споткнулась на узком повороте и уцепилась за верхнюю ступеньку. Рука ухватила её за плечи и не дала упасть. Это был Драко.
— Держись на ногах.
Она сердито отдернулась.
— Не прикасайся ко мне, — рявкнула она.
Гарри с усталым видом ждал их на площадке внизу.
— Даже спрашивать не собираюсь, — заметил он.
— И правильно делаешь, — ответил ему Драко. Джинни показалось, что за его сдержанностью мелькнуло слабое мрачное веселье.
— И не смейтесь надо мной, — заявила она, понимая, что это звучит совершенно не к месту.
— И не мечтай, — ответил Драко, перешагнул через две ступеньки и оказался рядом с Гарри.
— Неблагодарная скотина, — пробормотала Джинни себе под нос и продолжила осторожно спускаться. Юноши ожидали её на площадке, погрузившись в какую-то дискуссию.
— Куда ведет этот переход? — спросил Гарри.
— Он проходит под крепостным рвом. И выходит в сад с розами. Во всяком случае, выходил.
