лицо. Такой силуэт он уже видел в ту ночь, когда вёз труп в Мухоловку.
— Ты же от Броспего, да? — солдат Кранца отпустил меч, и тот скользнул обратно в ножны. — Ты куда тогда подевался? Господин Родейн выкупил нас из тюрьмы, а тебя мы там не видели.
— Мне помог мой господин, — Химера не врал. Просто его господин был мудрым Настоятелем, а не толстосумом из Трисфолда.
— А чего крадёшься тут? Броспего-то уже в курсе про это место?
— Утром узнал.
— Господин же не хотел ему пока говорить про девочку, — солдат почесал затылок. — Ну, ладно. Раз сказал, значит, всё по плану.
— Она здесь? — Химера почувствовал, как слова сами вырываются из него. — Лейна Броспего здесь?
— А где же ей быть? Как привезли, так и сидит, дней шесть уже. Я её, правда, не вижу почти. Ей больше Альхиор и Кольбар занимаются. Пойдём к ним, поздороваемся, скажем, что всё удалось и Броспего уже в курсе.
Наёмник Кранца повёл Вариона прямиком к широкому крыльцу с мраморными перилами. Лис смотрел на солдатскую спину и еле сдерживался, чтобы не плюнуть в неё. Вся их шайка с первого дня держала Лейну здесь, в проклятой усадьбе, и делала вид, что помогает Вадмару искать её, громя Верхний рынок. Он жалел лишь о том, что убил только двоих из них тёмным вечером в Купеческом квартале.
— Много вас тут? — спросил на ходу Химера.
— Шестеро наших и Альхиор. Самые надёжные, — не поворачиваясь, ответил наёмник. — Остальные в Подворье: господина Родейна же надо защищать.
— И притворяться, что ищете дочь Броспего, так? — Варион старался прозвучать иронично, но ненависть просочилась-таки в его слова. — Загреметь в тюрьму, меня за собой утащить?
— Слушай, так вышло уж, — промямлил солдат. — Тебя на той улице вообще не должно было быть. А уж герцогской гвардии — тем более.
Наёмник поднялся по грязным ступеням и взялся за ручку двери. Тяжесть всех последних дней, от ночи в Рыбном переулке до заключения в темнице, овладела Химерой. Он сам не заметил, как меч перетёк из ножен в сжатую руку.
Удар получился отменным, и заточенный клинок пробил неаккуратный шов на спине наёмника. Лезвие прошло насквозь, уткнулось в закрытую дверь. Удивлённый собственной силой, Химера смог вытащить меч, лишь упёршись ногой в задницу солдата. Тело ещё билось в агонии и выплескивало сгустки крови, когда рухнуло на пыльное крыльцо. Варион не стал утруждаться и вытирать лезвие. Лишь отодвинул тело ногой и распахнул двери поместья Яголл.
Внутри усадьба казалась уже не такой заброшенной. В огромной прихожей стоял запах воска, перемешанный с чем-то вкусным и неуловимо знакомым, но в то же время далёким, как память о детстве. Широкую лестницу словно совсем недавно подмели и вернули былой лоск роскошного тёмного дерева. Химера подозревал, что Лейну держат в погребе, но сначала хотел разобраться с чародеем. Последний успел за семь дней стать злейшим врагом Лиса, и ему полагалась особая участь.
Варион до сих пор не представлял, как будет сражаться с врождённым магом, но надеялся взять его неожиданностью. А если не выйдет, задержать ублюдка до прихода Броспего и шаадамарцев. Быть может, всем скопом они совладают с загадочным Альхиором.
Химера начал поиски там, где чародей предстал ему в видении, и поднялся по широким ступеням. Коридорчик второго этажа был украшен причудливыми статуями, когда-то белыми, но теперь покрывшимися серым налётом. Напротив лестницы Лиса встречали фигуры мускулистого мужчины и обнажённой женщины с кувшином, а один из углов украшало существо с телом грузного человека, цепкими четырёхпалыми руками и вытянутой головой с кручёными рогами. Варион никогда не видел козлоголовых упиров, но представлял их именно такими.
Лис замер между статуй и разглядывал четыре двери, что вели вглубь второго этажа. Альхиор мог скрываться за любой из них, как и оставшиеся пятеро наёмников Кранца. Неверный выбор мог стоить Химере возможности найти Лейну, а то и собственной жизни.
Он позволил судьбе сделать этот шаг за него и открыл ближайшую дверь справа. Она вела в узкий, некогда богатый зал. Краска с высоких стен облупилась, а из мебели тут остался только круглый стол, за которым двое солдат кидали кости.
— Чего такое? — встрепенулся сидящий лицом ко входу наёмник со шрамом поперёк бледного лица.
Второй солдат не сразу понял, о чём говорил его напарник, но успел схватить клинок, приставленный к его стулу, и отбить первый выпад Химеры. Защита стоила ему равновесия, и со второго раза Лисий меч без препятствий добрался до шеи наёмника.
Боец со шрамом оказался лучше готов к схватке. Он не стал обходить стол, а оттолкнул его ногой. Солдат навалился на Химеру с серией хлёстких выпадов. Пусть Варион и предпочитал работать кинжалом, фехтованию с мечом в Приюте учили ничуть не меньше. Удары он отбивал, но с каждым парированием отходил всё дальше назад.
Наёмник принял движения Химеры за слабость. Он обхватил рукоять обеими руками и вложил всю силу в рубящий удар сверху, но Варион оказался готов. Стиснув свой меч, он подался вниз и принял удар. Кисти пронзила тупая боль, колени подогнулись, но он выстоял. Лис увидел возможность забрать инициативу и навалился на врага плечом.
Наёмник отлетел обратно на середину комнаты, едва не запнувшись о труп напарника. Теперь был его черед защищаться. Химера наносил удар за ударом и уже солдат со шрамом пятился в дальний конец комнаты под перезвон стали. Враг терял хватку и не заметил, как его спина встретилась с дверью, что вела в следующую комнату.
Лис ударил дважды, и клинок наёмника жалобно звякнул о каменный пол. Химера рассёк его грудь, пронзил живот и врезал подошвой меж двух ран. Двадцать лет без ухода и ремонта взяли своё: дверь с хрустом сорвалась с петель, увлекая за собой раненого наёмника.
Варион уже не мог остановиться и бросился следом. Он сбился со счёта, сколько раз его меч пронзал истерзанное тело врага. Кровь забрызгала новую стёганку, попала в глаза и в рот. Железный привкус на языке лишь распалял ярость Химеры, и привести его в чувства смог только дрожащий девичий голос.
— Дарон?
Глава 13. Молись всем богам, Лис
«Жрецы Далёкой Звезды боятся чародеев. Оно и правильно. Как заставить людей годами молиться о чуде, если есть те, кто его сотворит гораздо быстрее?»
Император Двинн Второй, «Летопись Годаранской империи».
— Я трахать тебя не собираюсь, — доселе улыбчивое лицо молодого человека помрачнело.
— Дарон, что за слова? — Лейна попятилась, но её ноги словно сковали
