— Господин вице-адмирал, — Денисюк чуть ли не первым из офицеров Федерации обратился ко мне по новому званию, — я ведь правильно понимаю, что именно вы являетесь в данный момент полномочным представителем главы Союза Колоний Внешнего рукава?
— Можно сказать и так, — я с интересом посмотрел на генерала, ожидая продолжения, — но официальных верительных грамот я вам предъявить не смогу. Формально мои дипломатические полномочия распространяются только на Общность лягуров.
— Думаю, сейчас эти детали не столь уж важны, хотя в дальнейшем и следует всё оформить должным образом, — генерал взял небольшую паузу, формулируя свою главную мысль. Я его не торопил.
— Господин вице-адмирал, — наконец, собрался с мыслями Денисюк, — как фактический глава системы Сарин, я прошу вас принять заявку на вхождение трёх наших планет в состав Союза Колоний Внешнего рукава. Мы, конечно, находимся совсем неблизко от системы Бриганы, но я надеюсь, что это не станет препятствием для удовлетворения нашей просьбы. Уверен, что три обитаемые планеты с развитой промышленной инфраструктурой и почти десятью миллиардами населения не будут для вас лишними.
Не могу сказать, что такой поворот стал для меня совсем уж неожиданным, но столь быстро я подобных действий от властей колоний всё же не ожидал.
— Господин генерал, прежде чем дать вам какой-то ответ, я бы хотел понимать, исходит ли эта инициатива от вас лично, или она подкреплена чем-то еще?
— Я бы не стал обращаться к вам с такой просьбой, если бы не был уверен в желании граждан системы Сарин присоединиться к Союзу Колоний Внешнего рукава. Планетарные инфосети практически полностью восстановлены, и правительства планет провели первый за последние сорок шесть лет цифровой референдум, охвативший четыре пятых населения системы. Официальный документ с его результатами прилагается к нашей заявке. Восемьдесят три процента граждан системы высказались за эту инициативу.
Вообще-то, генерал Денисюк явно поторопился. Я понятия не имел, как на подобные действия главы колонии отреагирует адмирал Соколов, а разногласия с новым руководством Федерации в мои планы сейчас совершенно не входили. Мне были нужны все корабли, способные вести бой, а у Соколова их осталось ещё немало.
— Господин генерал, думаю вы понимаете, что граждане системы Сарин высказывали свое мнение под сильным влиянием последних событий, — формулировки для ответа я старался подбирать предельно аккуратно. — Сначала была атака Роя, продемонстрировавшая неспособность и нежелание руководства Федерации защитить систему, а потом помощь всё-таки пришла, но совсем не из федерального центра, а от тех, кого всё это время власти называли мятежниками и сепаратистами. Желание жителей ваших планет обрести стабильность и надежную защиту мне понятно. Вот только сейчас нам всем необходимо действовать вместе. Я говорю не только о лягурах и бывших окраинных колониях, но и о флоте Федерации. Скажу честно, нам совершенно не нужен конфликт, который может вспыхнуть, когда адмиралу Соколову станет известно о вашей инициативе. Слишком велика вероятность, что примеру системы Сарин захотят последовать и другие колонии центральных миров.
— Именно по этой причине я и постарался сделать всё быстро, — спокойно ответил Денисюк. — Быть первым в такой ситуации всегда лучше, чем стоять в длинной очереди. А что касается адмирала Соколова, я думаю вы беспокоитесь зря. Скажу больше, я поставил его в известность о результатах референдума.
— Вот как? — услышанное меня совершенно не обрадовало. Теперь мне точно было не избежать очень непростых переговоров с новым руководством Федерации. — И как адмирал отреагировал на эту информацию?
— Он какое-то время молчал, а потом просто пожал плечами, — спокойно ответил Денисюк.
— И так ничего и не сказал?
— Ну почему ничего? — чуть изогнул бровь генерал. — Я задал уточняющий вопрос, и адмирал Соколов ответил, что Федерации фактически больше нет, и теперь это только наш собственный выбор, а свою задачу он видит исключительно в том, чтобы флот, созданный совместными усилиями всех колоний, до конца выполнил свой долг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})* * *
После отступления кораблей Роя нам наконец-то удалось наладить нормальную систему связи. Лягуры выгребли все имеющиеся запасы ретрансляторов, а адмирал Соколов нещадно проредил федеральную инфосеть, но зато теперь у нас появилась возможность мгновенной передачи сообщений из центральных миров окончательно распавшейся Федерации на Бригану-3 и в систему Анура.
Я оказался прав насчет того, что вслед за системой Сарин к нам захотят присоединиться и другие колонии. Такую инициативу проявили, конечно, не все. Кое-кто решил пока подождать и посмотреть, как будут развиваться события, но Анну всё равно завалили заявками на вхождение в состав нашего Союза. Госпожа Койц всем улыбалась, выражала признательность за оказанное высокое доверие, но конкретных ответов никому не давала, ссылаясь на то, что сначала нужно победить Рой, и только потом придет время задумываться о новом государственном устройстве.
Пока шли все эти переговоры, с Бриганы-3 в центральные миры потоком шли транспортные корабли с «Сюрикенами» и модулями для модернизации кораблей адмирала Соколова. Флот бывшей Федерации следовало усилить, и я решил пойти по уже проверенному пути, который мы использовали для быстрой модернизации кораблей лягуров перед контрударом по системам Энгвелу и Чафал.
Подготовка флота постоянно требовала моего внимания, и вырваться в систему Шадар я не мог, хотя именно там сейчас завершались работы над сканерами, которые должны были позволить нам найти то место, где Рой достраивал свои линкоры. В итоге мне пришлось отправить туда «Ифрит» Амита Кулкарни. Руководить масштабной разведывательной операцией я поручил именно ему. Лягуры называли командира «Ифрита» каном Кулкарни, что для командира корабля-разведчика было очень высокой оценкой. Среди разведчиков лягуров Амит пользовался большим авторитетом, поскольку именно его корабль чаще всего действовал совместно с их флотом и успел заработать у союзников серьезный авторитет.
Амит должен был провести испытания первой партии из восьми новых сканеров и доставить их в систему Анура. Там их предполагалось установить на корабли-разведчики лягуров, после чего «Ифриту» предстояло вместе с ними отправиться в промышленные кластеры Роя, где строились сегменты корпусов и другие узлы для сборки линейных кораблей врага. Главной целью разведчиков было отследить, куда подпространственные буксиры Роя будут доставлять эти изделия.
Я рассчитывал, что искусственный интеллект, управляющий действиями Роя, уверен в безопасности места, где строятся его линкоры. Тем не менее, я понимал, что он примет все необходимые меры на случай, если мы всё же узнаем координаты этой точки пространства. Два недостроенных линейных корабля оставались единственным шансом врага на победу, и глупо было бы предполагать, что он не сделает всё возможное для их защиты.
Сражение, в котором будет решен исход этой войны, было неизбежно, и все прекрасно понимали, что тянуть с ним нельзя. Жесткая нехватка времени на подготовку означала, что построить новые корабли мы не сможем. В лучшем случае успеем отремонтировать поврежденные, да и то, видимо, не все. Оставалось рассчитывать только на те ресурсы, которые уже имелись в наличии или могли быть подготовлены в течение ближайших дней.
По всем расчетам получалось, что для удара по строящимся линкорам Роя мы сможем собрать флот, который вряд ли обеспечит нам уверенное превосходство над остатками армады Вторжения. Помимо «Черного дракона» я мог рассчитывать на шесть тяжелых крейсеров. Три остались у лягуров, и три — у адмирала Соколова. Легких крейсеров у нас набиралось двадцать четыре, и я надеялся, что хотя бы по этому классу кораблей мы будем иметь перед Роем ощутимое преимущество. В сражении за Солнечную систему легкие крейсера противника понесли очень серьезные потери от огня нашего линкора, а построить новые враг, так же, как и мы, успеть не мог. С эсминцами ситуация складывалась не лучшим образом. Вместе с «Барракудой» их удалось собрать только тридцать шесть, причем это была дикая смесь из кораблей людей и лягуров десятка различных проектов.
