Проблемы фонетики английского языка с его крайне трудным произношением волновали Шоу всю жизнь. Он возмущался тем, что в английском языке каждая гласная имеет несколько разных звучаний, и мечтал о создании такого алфавита, который точно передавал бы все эти оттенки; перед смертью он даже завещал значительную часть своего состояния тому, кто изобретет такой алфавит. Разумеется, он был скоро изобретен, на нем был даже отпечатан «Андрокл и лев»; но никакого практического значения или влияния на изучение английского языка он не оказал.
Итак, Шоу попытался соединить красивый миф о Пигмалионе с пропагандой научной фонетики. В предисловии он уверял читателей, что проповедь фонетики — его единственная цель. На самом деле пьеса гораздо глубже и богаче по содержанию. В ней поставлена острая социальная проблема природного равенства людей и их классового неравенства. Только произношение отличает уличную цветочницу от герцогини; но и овладев безукоризненным произношением, изящными манерами, Элиза Дулиттл остается такой же бесправной и нищей.
Это и психологическая драма о любви, которая почти превращается в ненависть. Это и гуманистическая пьеса, показывающая, как бережно нужно подходить к живому человеку, затевая какой-то эксперимент.
Цветочница Элиза Дулиттл — яркая, незаурядная натура. Ее обаяние мы чувствуем вначале, когда она еще говорит на нелепом уличном жаргоне. Она является к профессору фонетики Хиггинсу и, наивно предлагая жалкие гроши, просит обучить ее красиво говорить. Она не собирается стать герцогиней: она только мечтает поступить продавщицей в большой цветочный магазин.
Обучение Элизы закончено в короткий срок, благодаря ее редким способностям. Но Хиггинс не думал о живой душе человека, которая была у него в руках. Эксперимент окончен, и Элиза должна снова вернуться в мир трущоб. По крайней мере, ей кажется, что она должна это сделать, и ее охватывает отчаяние. Что касается Хиггинса, то он просто не задумывался о ее судьбе. Он и не подозревает, что не может жить без Элизы.
Элиза остро испытывает свою нищету и неравенство. Она осыпает Хиггинса неожиданными для него и не вполне заслуженными упреками: «Вы меня вытащили из грязи!.. Теперь вы благодарите бога, что все уже кончилось и можно бросить меня обратно в грязь!.. Что со мной будет? Что со мной будет? На что я гожусь? К чему вы меня приспособили? Куда мне идти? Что мне делать?.. Лучше бы вы меня не трогали! Что из моих вещей принадлежит мне?.. Я хочу знать, что я имею право взять с собой. Я не желаю, чтобы меня потом называли воровкой!..»[39]
Отчаяние Элизы искренне и трагично; ветер трагедии врывается в тесный мирок салонов, где проверялись результаты эксперимента. Потрясенный читатель забывает, что Элизе, в сущности (как это часто происходит в пьесах Шоу), не угрожают никакие беды. Хиггинс и его друг Пикеринг, конечно, позаботятся о ней и, во всяком случае, место в цветочном магазине, о котором она мечтала, ей обеспечено. Кроме того, ее отец-мусорщик внезапно разбогател, а юный аристократ Фредди просит ее руки.
Но Элиза в этот момент говорит от лица миллионов обездоленных девушек, — вот почему так волнует ее речь. И, кроме того, в ней есть оттенок безнадежной, отчаявшейся любви. Грядущая разлука с Хиггинсом и желание стать для него всем терзают Элизу. Но ведь и он не может с ней расстаться; произошел обратный мифу процесс превращения окаменевшего ученого в человека.
Конец «Пигмалиона» неясен. Все действующие лица отправляются на свадьбу отца Элизы и ее мачехи, ликующий (по непонятной причине) Хиггинс поручает Элизе купить для него галстук и перчатки, и зритель понимает по-своему прозрачный намек лукавого драматурга. Элиза будет женой Хиггинса!
Шоу подводит читателей к такому логическому концу, но обрывает пьесу… а в послесловии сообщает, что Элиза выйдет замуж за Фредди, ничтожного юношу, на которого она не обращала внимания. Внезапно вспыхнувшая любовь Элизы к Фредди изображена Шоу в написанном им киносценарии. Но комичные и трогательные сцены, когда Элиза и Фредди ищут укромное местечко, чтобы поцеловаться, и всюду попадают под бдительное око полисмена, не имеют уже ничего общего с «Пигмалионом». Вспоминается упрек Л. Толстого: для Шоу важно поразить зрителей, ошеломить их под занавес каким-нибудь неожиданным поворотом; ради этого он разрушает не только правду античного мифа, но и правду сложившихся отношений. Все ждут брака между Пигмалионом и Галатеей, но упрямый парадоксалист отметает всеми ожидаемый hарру епd и смеется над озадаченным зрителем.
В пьесе «Пигмалион» мы видим характерное для Шоу слияние драматического и комического. Душевная и социальная драма Элизы, своеобразное одиночество Хиггинса, его очень дружеские отношения с матерью и многие другие моменты никак не укладываются в рамки комедии. Но в то же время острым комизмом пронизаны сцены «превращения» Элизы из замарашки в изящную даму: ее появление после принятой ванны, ее «светская» болтовня в салоне, подражание молодых аристократок ее жаргонным словечкам. Комичен и по-своему обаятелен образ ее отца, мусорщика. Он очень умен и откровенен в суждениях, в его словах звучит ядовитая характеристика буржуазного общества. От превращения папаши Дулиттла из оборванного мусорщика в состоятельного джентльмена в сияющем цилиндре веет чем-то диккенсовским. Между прочим, у Диккенса в «Нашем общем друге» тоже есть мусорщик, получающий громадное наследство.
«Пигмалион» был поставлен в начале 1914 года в Лондоне. Главная роль предназначалась для знаменитой актрисы Стеллы Патрик-Кемпбелл, и эта 47-летняя, все еще очень красивая женщина сыграла 17-летнюю цветочницу с потрясающим мастерством. Успех был колоссальный. С тех пор «Пигмалион» не прекращает свое триумфальное шествие по сценам мира. Первая его экранизация была в 1938 г. (по сценарию Шоу); но были и другие фильмы; в Америке была написана по мотивам «Пигмалиона» опера Лоу «Моя прекрасная леди», имеющая большой успех.
Современник и друг Б. Шоу великий английский писатель Герберт Уэллс (1866–1946) пришел в большую литературу из мира науки. Он был ученым-биологом, достигшим немалых успехов.
Г. Уэллс родился в маленьком городке Бромли в семье мелких торговцев. Его родители были слугами в богатом поместье, отец — садовником, мать — горничной. После свадьбы они стали хозяевами фарфоровой лавки в Бромли, но жили бедно. Чтобы подработать, отец стал профессиональным игроком в крикет. Это принесло некоторый достаток, дети учились в хороших платных школах. Но отец на работе сломал ногу, стал безработным, и в дом снова пришла нужда. Лавку пришлось продать, детей — взять из школы. Мать вернулась к своим прежним хозяевам, на должность экономки. Социальные контрасты впервые ярко предстали перед глазами внимательного подростка.
С 14 лет он работает: уборщиком в магазине, курьером, — лаборантом в аптеке. Благодаря редким способностям он самостоятельно подготовился к экзаменам и стал помощником учителя, а затем — студентом Нормальной школы. Это было высшее педагогическое учебное заведение, входившее в систему Лондонского университета. Герберт так успешно занимался биологией, что на него обратил внимание профессор Т. Хаксли, знаменитый биолог-дарвинист. Работая в его лабораториях, под его руководством, Герберт не только окончил университет, но в 22 года получил ученую степень. В следующие годы он написал «Биологический справочник», великолепный учебник биологии, который стал в Англии основным школьным пособием и многократно переиздавался.
Эти успехи были достигнуты ценой тяжелого упорного труда и недоедания. Работая в аптеке, Герберт мог готовиться в университет только по ночам. В студенческие годы ему пришлось много голодать. В 1887 году у него была вспышка туберкулеза, надолго уложившая его в постель. Именно в это время он начал писать.
В 1895 году вышла его первая фантастическая повесть — «Машина времени». За ней последовали другие: «Остров доктора Моро» (1896), «Человек-невидимка» (1897), «Война миров» (1898), «Когда спящий проснется» (1899), «Первые люди на Луне» (1901). Это был самый блестящий период творчества Уэллса. За четыре года имя молодого писателя стало одним из самых знаменитых в Англии. Объяснялось это и масштабами его, действительно громадного, таланта, и своеобразием, оригинальностью избранного им жанра. Научно-фантастические повести Уэллса вызвали повсюду громадный интерес, переиздавались большими тиражами, немедленно переводились на иностранные языки.
Непосредственным предшественником Уэллса был прославленный француз Жюль Верн (1828–1905) с его «Путешествием к центру земли» (1864) и «Полетом на Луну» (1865). Но Герберт Уэллс отличался от Жюля Верна социальной остротой своих научно-фантастических произведений. Он с юности интересовался социальными вопросами и видел царящую в мире несправедливость. Но, как и Шоу, он увлекся фабианскими взглядами и принял фабианский реформизм за подлинный социализм.
