– Ты вола-то не еби! – терял терпение полковник. – Что там, я тебя спрашиваю?
– Нами было обнаружено следующее, – начался строгий отчёт. – Арбалет с мужскими отпечатками, один экземпляр… Арбалетный болт с мужскими отпечатками, одна штука. Ну как с мужскими? По размеру пальцев это больше похоже на оборотня. Шеф, вы верите в мистику?
– Блядский рот и с боку бантик! – вспылил начальник. – Милонов, ты совсем ебанулся? Какой ещё арбалет? Какими ещё отпечатками? Какая нахуй мистика? Ты на кой хуй мне про каких-то охотников на тетерева рассказываешь? Я тебе что сказал? Жену ищи! Ты мне про жену давай информацию!
– Так у нас ни отпечатков по базе толком, ни ДНК не проверить, – возмутился капитан по фамилии Милонов. – Вот на глаз и определяем, как можем. А за конкретикой, Бронислав Николаевич, в областной центр надо ехать.
– Нет, Новосибирск мы сегодня озадачивать не будем, – немного подумав и подуспокоившись, ответил Вишенка. – Нас же только похвалили. Совсем впечатление хочешь испортить со своей мистикой? Давай к делу, волынку тебе в зад!
Рация обиженно буркнула куда-то в бок, затем, выругавшись, продолжила:
– Есть к делу! Докладываю. Нами так же обнаружен женский локон, – добавил с некоторым опозданием эксперт наглядно-прикладного розыска. – Одна штука. Неподалёку от трассы. Считай на кустах висел. Вместе с шерстью обнаружили. Серой. Предположительно, волчья. А ещё тут натоптано у дороги, но затем следы обрываются. Как будто перекинулся оборотень. Может у нас Ван Хельсинг завёлся и на них охотится?
– ХУЕЛЬСИНГ! – снова вскипятился чайником на плите Вишенка. – Я больше поверю, что у моей жены волосы выпадают. Да вот шиш тебе! На это никогда не жаловалась. Я даже раковину никогда не чистил. Вообще.
– Так может, чистил кто-то другой? – спросил вроде невинным голосом Милонов, а ударить захотелось.
– Я тебе покажу другого! – только распылялся Вишенка, но в этом моменте задумался. Но решил не сбавлять напор. –Работай давай! Жена моя где, я тебя спрашиваю?
– Тут даже возможны варианты, – доложила рация.
– Какие ещё варианты?
– Следы ведут либо от леса, либо… в лес.
– Как это?!
– А так. Оборотень это, Бронислав Николаевич!
– Ещё раз скажешь про оборотня, и я тебя на неделю на ночные дежурства ставить буду! – пообещал полковник.
– А как сказать точнее? – тут же сбавил обороты Милонов. – Всё уже подтаяло по несколько раз, застыло, и не понять толком, куда ведут. Но наблюдение полагает нам предположить следующее. Либо Елизавета Валерьевна из лесу на дорогу вышла, а откуда ей в лесу взяться? Она же не грибник. Да и не сезон сбора ягод. Либо ваша жена, шеф, в лес как с дороги пошла, да так и… не вернулась. Теряются следы среди сугробов-то.
– Как это теряются? – даже побледнел полковник. – Куда теряются?
– А вот здесь уже тоже есть варианты, Бронислав Николаевич, – прикинул сотрудник, не зная как ещё намекнуть на оборотня. – У сугроба в лесу либо собаки насрали, либо волки бегали. Но лапы такие, что ни медведю, ни тигру не подходят. Да и белочек я таких не видел. Даже после новогоднего корпоратива.
– Какие ещё тигры в Сибири?! – снова возмутился Вишенка и за сердце взялся.
С медведями тоже вроде не густо, а вот волки – могли. Прав Милонов. Не зря же элитный посёлок подальше от города в зоне экологически-чистого комфорта и созданного уюта в глуши строили. Ровно на месте старых военных чайте, что лёгким мановением руки из ведомства министерства обороны в ведомства частников перешло, когда это очень кому-то понадобилось.
«Вот волки на радостях то и расплодились!» – подумал Вишенка и рацию опустил.
И не заботили больше его ни карлики, ни стажёрки. Жену бы домой целой вернуть. Или отмотать назад, как всё было. Тогда бы к Васильковой не притронулся. Да и домой пораньше возвращался.
Всё познаётся в сравнении.
* * *
В это же время Стасян сидел на первом этаже коттеджа Лаптева в обнимку с текилой и пытался пить. Но постоянно пить он не мог, поэтому иногда приходилось делать паузы.
Как раз в эти паузы неутомимый Лапоть показывал, как у мужика может открыться второе дыхание, когда женщину с царапиной на лбу лечит. Да, кольцо на пальце. На том самом. Очевидно, замужем. Но если вы любите жену, то какая разница чья это жена? Главное – искренность и старание.
Стоит сказать, что женщина от Лаптева по пробуждению не ушла. А как рассвело, вместо того, чтобы собраться и отбыть, даже ещё активнее кричала. Так вместе на пару кровать и шатали.
«Сразу и не понять, сексом там на втором этаже занимаются в спальне или демонов изгоняют друг из друга путём экцорцизма?» – прикинул крановщик, предпочитая после вчерашней ночной велопрогулки просто сидеть и вообще ногами не двигать. А тем более не двигать чужих жён или даже свободных женщин.
После спринта в двадцать километров на велосипеде в ночи в обе стороны и с отягощением в обратном направлении на плече, он возможно не будет любить женщин ещё квартал. А то и на год хватит. Зудел зад, натёртый седлом, плечо отваливалось, а ноги просто хотелось отстегнуть и сдать в холодильник на сутки-другие. И пусть там себе остывают.
Обложившись ледяными пакетиками, Стасян в качестве подруги по жизни принимал лишь крепкое горячительное. Текила вроде тоже девушка, так какая разница? Сойдёт, чтобы мышцы расслабить и нервы подуспокоить. А ещё концентрацию ослабить.
Всё-таки кричат оба так, что болеть поневоле начинаешь то за одну, то за другого. Но на чьей стороне поля мяч – решительно не понятно!
– Лизаа-а-а, где же ты раньше была-а-а? – периодически раздавался среди возникшей было тишины мужской экспромт.
– Рома-а-а, я только тебя и жда-а-ла-а-а! – тут же тишину эту на осколки разбивала дама усталым, но ещё томным голосом.
В целом Стасян мог сделать вывод, что рывок в город удался. Пусть его и не угостили, а он принёс, но хотя бы одного мужика сегодня попутная женщина радовала. Ну а то, что от волков её спас и прочих обморожений – так это карма только в плюс зачтёт. Полушубок только у дамы потёртый, как будто ведьма и круглый год в лесу обитает.
Продолжая слушать голоса на предмет возможных проклятий и напиваться как следует, крановщик на цветок на подоконнике посмотрел и вдруг необъяснимую для себя тягу ощутил огурцы в теплице высаживать.
Так его к земле потянуло, что хоть среди ночи иди и дачу арендуй. И готовь к посадкам. Отставив бутылку в сторону, Стасян тут же пообещал себе, что немедленно займётся этим вопросом, едва снова сможет ходить.
* * *
Пока Борис Глобальный в кабинете физически ощущал, как после каждого залпа отёк как на глазах сходит, а сами глаза Ирины Олеговны изумрудами сияют, на этом приключения всех немного связанных людей по Сибири не заканчивалось. Как не заканчивалось терпение пациента Веселова, что встал в коридоре, забыв шапку на вешалке и почти час к ряду наблюдал за тем, как его куратор умеет лечить пациентов на совсем другом уровне.
Было в этом процессе что-то настолько интригующее, что Веселов глаз не смог оторвать. И лишь под конец представления ушёл, так и забыв про шапку. Но вернувшись домой к давно ожидающей его на ужин матери, он сказал, что найдёт другую работу. И съедет от неё при первой возможности. А всё для того, чтобы тоже однажды остаться наедине с женщиной после работы и лечить друг друга трением.
* * *
Пока Шац до утра гулял по городу с Алексашкой, вспоминая молодые годы и решительно не чувствовал усталости даже под утро, в самом в центре города, в небольшой, но хорошо обставленной квартире после отличного ремонта, заплаканная Леся Василькова вернулась с последнего дежурства.
Дело было на весеннем рассвете после смены, когда город уже пробудился и начал активно работать. И открыв дверь своим ключом, первым делом хозяйка занесла на кухню давно накопленную старую корреспонденцию и новые платёжки из ящика, которые ранний почтальон принёс в первый рабочий час.
