- Звони Кириллу Сергеевичу! - протянула Филу визитку, но босс медлил. - Звони! - с трудом сдержалась, чтобы не перейти на крик, но пришлось шептать, чтобы не выдать себя. - Кому говорю! И почему перед смертью во всех вселяется удивительное чувство уверенности, что ничего плохого не случится? Я ведь твоего отца тоже уговаривала позвонить в скорую!
Поняла, что слова достигли цели, когда босс быстро набрал номер.
- Кирилл Сергеевич, добрый вечер! - вежливо представился Фил и на меня посмотрел. - Звоню от имени Ани Дмитриевны Меламед. Она сейчас рядом, просто поговорить не может.
- От кого? - голос в трубке был мужским и совсем не дружелюбным.
Фил повторил мое имя и напомнил, что я спасла его от бандитов в темном овраге.
- Что случилось? - тотчас голос полицейского оказался полон участия. - Что с Ани?
Говорить сама я не могла, поэтому Фил быстро пересказал Кириллу Сергеевичу суть дела. Полицейский уточнил адрес и отключился. Мы с Филом недоуменно переглянулись.
На часах примерно пять минут. Всего ничего. Обняла Фила, наслаждаясь последними минутами. Кто знает, как повернется судьба. Вдруг босс погибнет от сердечного приступа, а не от рук бандита?
- Я люблю тебя, - тихо прошептала, зарываясь лицом в распахнутые полы его пальто.
- Не хочу, чтобы ты думала, что я струсил, - прошептал босс, с нежностью гладя меня по волосам своими широкими ладонями. - Вдруг со мной и правда случится несчастье. Чтобы ты знала, я больше всего на свете хочу на тебе жениться. Но прежде чем сделать официальное предложение, решил узнать мнение Татьяны Сергеевны.
- И что она сказала? - прошептала, не веря услышанному.
- Одобрила мой выбор. Я уже купил кольцо, - недолго помолчав, добавил Фил. - Хотел сделать предложение на Татьянин день. Но, - его голос вдруг сорвался, - вдруг не судьба. Если со мной что-нибудь случится, кольцо у твоей матери. Отдал ей на хранение, как будущей теще.
Глаза противно защипало. Сердце сжалось, словно тисками. Готова расплакаться, только сейчас не время.
Неожиданно все стало на свои места. Неоднозначные вопросы Фила, его странный перегляд с мамой. Резкий уход от волнующей темы накануне первого рабочего дня.
Фил хотел жениться и собирался сделать предложение. Красиво. Хотя все, что он делал по отношению ко мне, было красивым.
- Люблю тебя, - прошептал он, коснувшись холодными губами моего лба.
Эти слова были последней каплей, заставив слезы крупными каплями закапать из глаз.
Неожиданно нашу идиллию прервал тихий скрип. Дверь уборной медленно распахнулась. Негромкое свистящее дыхание неторопливо приближалось.
Фил моментально расцепил объятия и встал вперед, заслонив собой меня.
* * *
Глупейший поступок, не сулящий ничего хорошего. Фила расстреляют в упор, даже глазом не успеем моргнуть. Предчувствуя такой печальный исход, я потащила босса к двери кабинки. Места внутри катастрофически мало, как и времени. Ручка круглая с поворотом. Мы заскочили в кабинку и заперлись изнутри.
В эту же самую секунду в дверь с грохотом врезались несколько гвоздей. Подскочила от неожиданности и вскрикнула. За дверью послышалось негромкое насвистывание.
- Заперлись? – вкрадчивый мужской голос достиг самого сердца и наполнил его холодом. Испуганно взглянула на Фила. Голос до боли знакомый, но сложно вот так сразу сообразить, кто это. – Придется это исправить.
Стрелять по запертой двери, все равно, что по летящим уткам. Мысленно молила, чтобы время закончилось и нас перенесло в спокойное место, но как назло ничего не происходило. В это самое время раздались тяжелые удары в дверь. Мужчина пытался добраться до нас самым варварским способом.
Мы прекрасно понимали, что замок хлипкий, и от несколько сильных ударов может не выдержать. Но неожиданно попытки выбить дверь прекратились.
Чувствовала биение собственного сердца даже в ушах. Фил отпустил мою ладонь и отошел назад. Не поняла, что он такое задумал, а босс неожиданно наклонился к моему уху и едва слышно прошептал:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Открой!
Мне два раза повторять не надо. Протянула руку и бесшумно повернула защелку. В эту же самую секунду Фил резким ударом ноги распахнул дверь.
Все смешалось в единую круговерть. Резкий удар дверью заставил нападавшего упасть. Судорожно схватила руку Фила, и вдруг нас выбросило на заснеженную парковку напротив здания компании.
Неужели все закончилось? Я не могла поверить в чудесное спасение. И пускай противно ныло колено от удара об асфальт, главное, что мы спаслись. Жаль, в темноте не разглядела лица нападавшего, но нам Кирилл Сергеевич в этом поможет.
Повернулась к Филу, чтобы порадоваться вместе с любимым и обомлела. Босс лежал на ледяной дороге и не двигался. Нет, он дышал, и глаза были распахнуты. Только из груди торчал страшный гвоздь, а из-под пиджака по светлой рубашке расплывалось красное пятно.
Растерянно прижала дрожащую руку к губам, не зная, что делать. Обернулась по сторонам в поисках помощи, но в это час вокруг никого нет. Моя сумочка валялась рядом, выделяясь на фоне заснеженной дороги черным пятном. Потянулась за ней и судорожно отыскала телефон. Набрала в скорую.
- Приезжайте скорее, - попросила жалобно, едва услышала женский голос в трубке. - В мужчину выстрелили в грудь из строительного пистолета. Он может умереть.
Назвала адрес офиса, имя и возраст пострадавшего, а у самой слезы по щекам потекли. Размазывая тушь вместе со слезами, опустилась рядом с Филом на колени, не чувствуя холода.
- Как ты? - спросила, понимая, что неважно.
Выглядел Фил действительно плохо. Бледный, глаза расширены, а губы пытались что-то сказать. Но не получилось. Фил поморщился и попытался снова. Через боль. Гвоздь, не знаю, какой он был длины, но почти целиком вошел в его грудь. Если в сердце, Фил бы уже погиб.
- Не шевелись, - попросила, когда он попытался приподнять голову.
Самое долгое ожидание в моей жизни. Я словно вошла в какой-то ступор. Рыдала и поглаживала Фила по волосам.
- Все будет хорошо, - шептала, - ты же не умер. Это хороший знак. Тридцать минут прошло, а ты здесь, со мной. Я обещаю, что все будет хорошо.
Но сила убеждения не срабатывала.
Почему скорая так долго едет и где полиция? Я как безумная качалась из стороны в сторону. Фил снова попытался что-то сказать, и его губы вдруг окрасились алой кровью. У меня закружилась голова, и в висках застучало.
И в это самое мгновение парковка озарилась светом фар. Обернулась по сторонам, продолжая шептать Филу, что все будет хорошо.
- Где он? - рядом на одно колено опустился Богданов. Взглянул на меня, затем перевел взгляд на Фила. Потом снова на меня.
- Остался в здании, - громко всхлипнула. - Там темно, поэтому не получилось разглядеть.
Кирилл Сергеевич кивнул, а я наклонилась к Филу. Его взгляд стал пустым и уставился в одну точку. Только по редким миганиям поняла, что Фил еще жив. Я рыдала в голос, когда тишину вечера прорезала сирена скорой помощи.
Медики действовали быстро и профессионально. Осторожно погрузили Фила на носилки и вкатили в машину. Я кинулась следом.
- Вы кто пострадавшему? - поинтересовался фельдшер.
- Невеста, - пробормотала, захлебываясь в рыданиях, и меня пропустили.
Пока Фила везли до ближайшей больницы, медики связались с отделением, чтобы его ждали. А еще к нему подключили кардиограф и накрыли рот и нос кислородной маской. В медицинских терминах плохо разбираюсь, но мне пояснили, что ЭКГ плохое. Гвоздь не в сердце, но где-то совсем рядом.
По телефону снова связались с больницей и сообщили, что пациент потерял много крови и находится в стадии шока. А потом кардиограф запищал, и по экрану поплыла сплошная линия. В этот миг в голове зашумело, и я почувствовала, что съезжаю на пол. Один медик кинулся приводить меня в чувство, а другой к Филу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Пока я вдыхала пары нашатырного спирта, медики пытались "восстановить гемодинамику" пациенту. Всегда была уверена, что в этих случаях используют дефибриллятор, но ему вкололи какие-то препараты и сердечный ритм восстановился. Не полностью, но показания приборов заметно поползли вверх.
