— А ты без секса хоть один день прожить? — скорее всего, машинально ответила Васька, потому что даже не удостоила нас взглядом, опять хотела начать спорить с Андреем. Потом резко повернулась в нашу сторону и удивленно выдала. — А вы тут что делаете?
— А ты как думаешь? — проворчал Артем. Кажется, он обиделся за ее реплику про секс. А чего обижаться, если это правда? Но мне тоже не понравилось.
Чтобы не возвышаться над ребятами, я решила спешиться. Артем последовал моему примеру и ловко соскочил на землю.
— Тоже пришли от боязни высоты учиться? — задумалась девушка и приветливо мне улыбнулась, обнажая ровные, белые зубки.
— Такая большая девочка, а высоты боится, — с издевкой произнес Шмелев. Ох, и не любят же они друг друга. Только вот почему? Неужели, ему так не понравился выбор друга? Как мне показалось, Василиса совершенно адекватная, не звездится. Большинство звезд поглотила звездная болезнь, а девушку Андрея, видимо, обошла стороной. Отношения у них, конечно, странные, но ведь это не повод для того, чтобы так откровенно показывать весь свой негатив в присутствии лучшего друга.
— Такой большой мальчик, — явно копируя интонацию парня начала Василиса, — а без соски не может.
— Брейк, ребята! — недовольству Андрея не было предела. Тяжело между двух огней находиться. — Мне это уже надоело! Вы хотя бы при мне свой яд сдерживайте. Думаете, мне приятно за вашими распрями наблюдать?
— Он первый начал, — заявила девушка.
Я чувствовала себя немного лишней — у них общие темы и свои разборки. Все трое совершенно забыли, что принято делать, когда оказываешься на ипподроме. Не знаю, что они здесь делают, а я приехала покататься.
Перестав вслушиваться в их ругань, я вновь забралась в седло и направила Рапи в сторону реки.
Я злилась. Не на кого-то, а на себя. А все потому, что мне казалось, что неспроста Артем так на Василису наезжает. В голову забрела шальная мысль, что она ему просто нравится, а ей нравится, точнее она любит его друга — поэтому и пытается ее все время поддеть. Потом пришли мысли, но одна были одна страшней другой, поэтому чтобы хоть как-то себя отвлечь, начала разговаривать с лошадью.
Когда позади меня послышался цокот копыт, я не оглянулась. Прекрасно знала, кто за мной поехал. Артем собственно персоной догнал меня быстро и попросил остановиться. Этого я делать не стала, но лошадь повела медленней.
— Ты чего ускакала? — укоризненно поинтересовался молодой человек, пуская своего коня рядом с моим.
— Я сюда приехала не для того, чтобы слушать, как ты девушку друга задеть пытаешь.
— Ревнуешь? — тон парня был довольный-предовольный.
— Я? Тебя? С чего бы вдруг?
— А разве нет? — И смотрит на меня так выжидающе, словно ждет, что я кинусь ему на шею и буду клясться в вечной любви и верности. Я же этого делать не собиралась — знаю я таких озабоченных красавчиков. У меня отец такой же в молодости был. Из-за его ветряного характера и нехватки женского внимания — мы с сестрой росли без отца. Кажется, я начинаю понимать, почему Ирка так сильно ненавидит папу. Она в отличие от меня знала, как это жить с отцом, у меня же такой возможно не было, поэтому я и не вижу разницы. Может только в нашем доме не валяются повсюду грязные носки, никто целыми сутками не лежит на диване и не щелкает пультом от телевизора, переключая каналы с невероятной скоростью.
— Ты особенный? — поинтересовалась я ехидно, выкидывая отца из головы.
— Еще какой! Знала бы ты какой я в пос… — Слушать Артема не хотелось, поэтому пришлось его перебить. Возможно, это было слишком резко, но он меня уже вывел этими прозрачными и не совсем намеками насчет секса.
— Заткнись! Ты вот так прямо мне говоришь, что хочешь трахнуть меня…
— Заняться любовью!
— … а после этого думаешь, что я к тебе в кровать запрыгну — зная, что нужна тебе на ночь. За дуру меня держишь?
— А ты что хотела? — кажется, я Шмелева сегодня вывела, поэтому и тон у него был слегка злым. — Цветочки, свечи, романтические свидания и песенки о любви?
— Хотя бы!
— А есть ли такие дурачки? — презрительно спросил Артем, выбешивая меня окончательно.
— Есть! — тут я вспомнила Петьку. Он может и не совсем адекватный, но относился он ко мне не как к подстилке.
— Они делают то же самое, что и я! — со знанием дела просветил меня этот дурень белобрысый. — Пытаются обманными путями усыпить бдительность, чтобы получить доступ к телу. Я хотя бы не вру и четко говорю, что мне нужно. Тебе не кажется, что моя правдивость делает мне честь. Или лучше, чтобы я клялся в вечной любви, а потом сбегал, как делают практически все парни? И я ни к чему не принуждаю — все по обоюдному согласию.
Я вспыхнула от злости, стыда и возмущения. Нет ну это нормально!
Если честно, мне сказать было не чего — язык вообще двигаться перестал, а мозг не хотел выдавать ни одной умной мысли, считая, что последнее слово должно остаться за этим кретином. Только я так не считала и усиленно шевелила извилинами, чтобы придумать хоть что-то, а не изображать из себя рыбу, открывая-закрывая рот.
— А почему ты думаешь, что к тебе в койку запрыгну, а не к тому, кто рассказывает розовые сказочки о любви?
— Например, к Кострову? — с отвратительным смешком поинтересовался Артем и дождавшись моего кивка добавил. — Думаешь, он лучше меня?
— А разве нет?
— Прежде, чем судить о людях — тебе не мешало бы научиться в них разбираться. Рома не такой хороший, как кажется на первый взгляд. Ты знаешь, что внешний вид зачастую бывает обманчив, а девочка-ромашка?
— Ты пытаешься поднять свои акции в моих глазах, очерняя другого человека, — уверено заявила я, не верящая, что Рома может быть такой же сволочью, как и Артем.
— Если бы я хотел поднять свои акции на твоей бирже, рассказывал бы какой я хороший. Только мои акции в поднятии не нуждаются — они и так на высоте. А я всегда получаю желаемое. Запомни, всегда! — почти по слогам произнес последнюю фразу Шмелев и пришпорив Принца, поскакал вперед, не обращая внимания на мой взгляд полный ненависти, направленный в его удаляющуюся спину.
Стоит ли заметить, что Артема в этот деть я больше не увидела. Направив Рапунцель в противоположную сторону, я пыталась успокоиться после всего сказанного. Получалось это у меня ооочень плохо. Блондинчик смог меня вывести в два счета.
— Желаемое он получает, — передразнила я его писклявым, противным голосом.
— Фигу тебе в нос, а лучше две, козел несчастный!
А ведь все так хорошо начиналось! И в битком набитом автобусе он вел себя на удивление хорошо. Правда, потом немного не сдержался, но если быть честной до конца — я думала, что он меня пришибет на месте. Темы для разговора мы тоже нашли, но почему тогда он так повел себя, когда я дотронулась до его лица, хотя сам просил не отталкивать его. Странный он какой-то. Но именно эта странность и притягивает к себе как магнит все железные предметы.
