— До границы еще десять ходов, и нам их пройти не дадут. — Авти приподнялся и посмотрел вперед, в сторону ворот. — Видишь, сколько народу в город движется? Страже сегодня не до тебя! Нечего бояться…
Хорст мрачно наблюдал, как приближается Оргирн, сердце тревожно сжималось.
Прибывших в город встречали две башни, похожие на громадные кружки без ручек. Парапеты нависали с их вершин, как застывшая каменная пена. Между башнями виднелся проход к воротам, достаточно широкий, чтобы проехали три телеги. Сейчас все в нем катилось, шло и скакало в одном направлении — внутрь.
— Трахни меня Хаос, а эти что тут делают? — пробормотал Авти, когда орденский обоз втянулся в проход. Рядом с воротами, помимо обычной стражи, расположились почти два десятка легионеров, и стояли они не просто так, а жадно шарили взглядами по толпе. Укрыться от них в довольно узком проходе было просто негде.
— Нас поджидают, — Хорст глянул назад — путь к отступлению перегородили десятки телег, лошадей и людей, а кинувшийся бежать неизбежно привлек бы к себе внимание, — и дождались… Один из легионеров что-то выкрикнул, указал в его сторону пальцем.
— Что делать? Что? — Хорст ухватился за меч, мысли метались в голове, будто стайка пьяных мартовских зайцев: «Бежать? Поздно! Сражаться? Бесполезно!»
Он еще успел увидеть, как несколько легионеров пропихиваются сквозь толпу, заметить удивленную гримасу на лице Авти, а затем поле зрения резко затуманилось.
— А? — Из горла вырвался невнятный звук, и Хорст вдруг понял, что сидит на телеге совершенно один, а вокруг клубится знакомый белесый туман.
Пропал город, ворота, другие телеги и люди в них, все исчезло. Он вновь оказался непонятно где, в том месте, где нет даже Порядка, а только жуткая и непонятная магия.
В вышине что-то прогрохотало.
Хорст поднял голову — небо затягивал тот же туман, и разглядеть сквозь него не удалось ничего.
Грохот повторился, еще более мощный, но на этот раз в нем были различимы слова. Хорст прислушался и едва не оглох — на него обрушилась настоящая какофония. Будто две башни, охраняющие ворота Оргирна, ожили и решили припомнить друг другу обиды, которые накопились за века.
— Спаси меня Владыка-Порядок, — пробормотал Хорст и сделал знак Куба, но больше по привычке. Страха он не чувствовал. Туман, некогда казавшийся ужасным, теперь внушал меньше опасений, чем легионеры, тюрьма или яма со змеями…
Хорст ощутил даже любопытство, странное желание походить тут, посмотреть, что к чему. Ведь не может же туман тянуться бесконечно? Должно быть что-то за ним? Тваррррр!..
С неба донесся последний звук споривших великанов, и стало тихо. Хорст увидел, как в тумане возникают завихрения, как он расползается, словно раздуваемый сильным ветром…
А потом телега под ним дернулась.
Глава 10. Ловушка.
Повозка накренилась, и он чуть не свалился на спину. По сторонам виднелись узкие улочки, тесно прижавшиеся друг к другу дома.
— Ни хрена себе! — произнес над ухом дребезжащий голосок Авти. — И где это ты был?
— Где был, где был… — ответил Хорст. — Пиво пил… А что стряслось-то? Мы уже в Оргирне?
Шут хмыкнул: рожа у его молодого приятеля была сейчас уморительной.
— В Оргирне, — сообщил Авти, отсмеявшись. — Где же нам еще быть? А в воротах-то я струхнул. Думал, все, конец нам настал… Эти типы с мечами были настроены решительно!
— И что?
— И то, что ты пропал! Сидел на телеге и вдруг исчез, пустое место осталось, — шут покрутил головой, выпучил глаза, изображая собственное изумление, — я еще рукой для верности пощупал… И что самое странное — никто из наших на это не обратил внимания! Будто так и надо!
— А легионеры?..
— Спросили, где этот, конопатый, — Авти хихикнул, — я им честно ответил, что никого тут нет, что им померещилось. Ну, они покрутились, поругались, да и ушли.
— Да, — Хорст улыбнулся и тут же почувствовал, что веселье покидает его, тает, точно снежинка в ладони, — похоже, что мое пребывание в местной тюрьме не входило в планы Витальфа Вестаронского.
— Похоже на то, — шут ожесточенно поскреб подбородок, усеянный белесыми ростками щетины. — Вот бы знать, что предусматривают эти самые планы?
Орденский обоз неторопливо двигался по извилистым улочкам Оргирна, петляя, будто змея, которой прищемили голову. При виде воинов с алмазом на одежде лица горожан расцветали улыбками, кое-кто махал рукой или даже кричал нечто одобрительное. Мальчишки бежали рядом с телегами, пялились на всадников с восхищением и нескрываемой завистью. Хорст улыбнулся, вспомнив, как и сам в детстве бегал вот так же, страстно мечтая поскорее вырасти, получить лошадь и меч в ножнах, а после одолеть всех врагов, начиная с Толстого Итрульфа с соседней улицы. Камень на черной одежде редаров казался мальчишке тогда самым настоящим, огромным и сверкающим… Наконец он повзрослел, обзавелся мечом, при желании мог раздобыть коня. Вот только Толстый Итрульф перекочевал из врагов в воспоминания, а против мага не поможет никакой меч.
Мечты о победах сгинули, осталась смутная тоска по утраченной свободе…
Открылся порт, вольно раскинувшийся вдоль берега залива. Грязно-бурая вода пахла мерзостно, тут и там среди кусков досок и мусора колыхались рыбы, всплывшие кверху брюхом. В их белых круглых глазах застыл немой укор.
— Ух ты! — восхищенно воскликнул Авти. — Вот красотища!
Хорст поднял глаза. Среди кургузых рыбацких лодок, округлых и широких купеческих кораблей и вытянутых, с хищными очертаниями военных судов выделялся огромный корабль, будто вырезанный из куска неба. Выглядел он так же нереально, как розовый куст на леднике. Крутые борта его лоснились, неправдоподобно высокие мачты казались растущими из палубы деревьями, а нос украшала резная голова огромной ящерицы. Чудище скалило зубы, на морде его застыло выражение бешеной ярости.
— Это что? — спросил Хорст. — Фреалсинни?
— Ага, — кивнул шут, — какой раз вижу, а все одно поражаюсь.
Корабль был изящен, как плывущий лебедь, его хотелось погладить, будто кошку, а от бортов, казалось, исходит мягкое бирюзовое сияние. Хорст ощутил, что куда-то исчез гнусный запах, затихла ворочающаяся в душе грусть.
Такой красотой можно было любоваться бесконечно. Рядом с исполином оставалось свободное пространство, достаточное, чтобы поместилось еще несколько судов, но швартоваться около нелюдей не отваживался, похоже, никто.
Телега проехала в нескольких размахах от носа корабля. На шее украшающей его зубастой твари можно было рассмотреть каждую чешуйку. Она глядела на людей почти осмысленно, и Хорст ощутил, как под кровожадным взглядом по спине забегали мурашки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
