защиту. Киевские варяги не давали покоя и другим соседям. Нападали на древлян, уличей, у северян захватили город Любеч. Поляне с этими племенами издавна враждовали, и им нравилось, что новые правители всем всыпали.
А Аскольд созывал их в набег на Византию — там была самая богатая добыча. Желающих среди полян нашлось сколько угодно. Понастроили ладьи, и в 866 году туда отчалила внушительная флотилия. Высадились на греческом берегу, принялись грабить. И опять неудача, да ещё какая! Разыгралась страшная буря, разметала и потопила лодки. В Киеве с нетерпением ждали, какие ценности привезут их отцы, мужья, братья. А вернулся только Аскольд с несколькими потрёпанными кораблями. Почти вся его рать осталась на дне морском. Летопись сообщала, что «был в Киеве плач великий».
Следом за одной бедой грянула другая. Хазары-то не забыли, как у них княжество полян отобрали. Свою отборную гвардию ал-арсиев они так и держали в Итиле, на случай ударов Рюрика. Но они наняли печенегов. Степная конница обрушилась внезапно и неудержимо. Опустошала сёла, убивала людей, хватала в плен. Со всех сторон народ сбегался прятаться за стенами Киева. А печенеги окружили его. Никто такого не ожидал, припасов в городе не было, а беженцев набилось много. Начался голод. Хотя Аскольд и Дир были всё-таки матёрыми вояками. Они вооружили всех, кого можно. Высмотрели момент, когда часть степняков разъехалась грабить по окрестностям. Открыли ночью ворота и налетели на стан печенегов. Многих перебили, остальных прогнали.
Флотилия варягов
Но после этого пришла пора задуматься: что же дальше делать? За несколько лет перессорились со всеми вокруг! С Хазарией, Болгарией, Византией, полочанами, древлянами, уличами, северянами. Навалятся со всех сторон — в порошок сотрут. Надо было как-то выкручиваться, с кем-то мириться. Аскольд и Дир додумались обратиться в Византию. Сказали, что признают над собой власть императора, готовы даже принять крещение. Только пусть заступятся за них.
Но и греки обрадовались. Если в Киеве будут сидеть их союзники и подданные, то перекроют Днепр для других славян, не пропустят в морские набеги на Византию. И самих их можно будет использовать в войнах против болгар. В 867 году из Константинополя прислали епископа и священников. Они окрестили Аскольда и Дира. Хотя крещением всей Руси это ещё не было. Крестились только варяжские правители и их приближённые. На славянском языке в 867 году проповедовали только святые Кирилл и Мефодий в Моравии и Паннонии. А в Киев приехали греческие священники, читали молитвы по-гречески. Для полян они были непонятными и привлечь народ никак не могли. К тому же, и священники были не простые. Прислали таких же агентов, как к царю Борису, — чтобы следили, доносили в Византию. А Аскольда и Дира регулировали. Передавали им указания, которые нужно выполнять.
Рюрик с соратниками прибыл на Русь. Картина В. Васнецова
Аскольд и Дир на всё соглашались. За это император Василий Македонянин заступился за них перед хазарами. Дескать, они стали моими подданными. Хазарский царь подумал и согласился не трогать Киев. Но и он назвал свои условия. Потребовал, чтобы Аскольд и Дир ударили на Рюрика. Они подчинились, выполнили. Изготовили свои варяжские отряды, перебежчиков из Ладоги, набрали ополчение из полян. Скрытно двинулись на север по Днепру. Между их княжеством и Русским каганатом был мир, нападения там никто не ожидал. Киевские правители ворвались внезапно и смогли захватить растерявшийся Смоленск.
Так выглядел древний Киев
Других успехов они не добились. Рюрик поднял по тревоге войска и дальше их не пропустил. Но и наступление на хазар он теперь продолжать не мог. Если его армия уйдёт на Волгу, Аскольд и Дир могут прорваться к Пскову, Ладоге. Да и одолеть Аскольда с Диром стало уже не просто. Сейчас-то их поддерживали Византия и Хазария. Если что, пришлют им на подмогу мадьяр, печенегов. Поразмыслив, Рюрик заключил мир и с Хазарским каганатом, и с киевскими противниками.
Он занялся устройством собственной страны. В разных местах строил города. Назначал в них администрацию — наместников, чиновников, чтобы управляли окрестными районами, следили за порядком. В это время уже существовала и Москва. Хотя в истории записано, что она была основана в 1147 году и её строил Юрий Долгорукий. Но просто так принято, отсчитывать рождение города с самого раннего упоминания в каких-то документах. А Москва действительно впервые упоминается в летописи в 1147 году. Однако археологи вели раскопки на территории Кремля и под постройками Юрия Долгорукого обнаружили остатки более древнего города.
Причём он был довольно развитым, благоустроенным. Был окружён крепостными стенами, улицы мостили деревянными мостовыми, чтобы не было грязи. А одна из площадей была вымощена совершенно необычным образом, бычьими черепами. На улицах этого древнего города учёные нашли две монеты. Хорезмийскую 862 года и армянскую 866 года. Это эпоха Рюрика. А стоял город на одной из важных дорог. Она вела от Волги и Оки по реке Клязьме. Из Клязьмы можно было через волок попасть в Яузу и Москву-реку. А по Москве-реке через её притоки — к верховьям Днепра. Крепость охраняла этот путь. В ней жили чиновники и воины. Собирали пошлины с проезжих купцов, подати с окрестных мерян. Но и оберегали их от разбойников, хазар и других врагов.
Часть смоленских кривичей, попавших под власть Аскольда и Дира, ушла от них во владения Рюрика. Их поселили на Верхней Волге, где жили меряне. У них свободной земли было много. Славяне начали расчищать здесь и возделывать поля, огороды. Но и из племени вятичей, живших на Оке, некоторые тоже стали переселяться в область мерян — чтобы хазарам дань не платить. Под властью Рюрика жилось лучше. Как раз возле Москвы кривичи и вятичи встретились. Археологи находят в Московской области остатки поселений и тех, и других.
Рюрик наладил охрану границ — особенно на балтийских берегах. Во второй половине IX века викинги разгулялись со страшной силой. Они совершенно замучили постоянными набегами Англию, Францию, Германию. Дания сама была пиратским гнездом, но её напрочь разорили викинги из других стран. И только на Русь после прихода Рюрика не было ни одного нападения! В этом была несомненная заслуга князя. Его держава обрела мир — и расцветала. Разрасталась столица, Ладога. Сюда стекались купцы, переселялись новые жители. Но для большого города место было не слишком удобным. Выбрали другое и основали «новый город» — Новгород.
