– И кто тут над кем изгаляется?
– Имею право, – заявил я. – Я травмирован и оскорблен в своих лучших чувствах.
– Грхм, – продемонстрировал он свой немереный интеллект, уходя от ответа.
– Эмоционально, – согласился я. – Но предоставляет слишком мало данных для анализа.
Тихонько заурчал принтер, давая знать, что проведенная Велом работа закончена, и распечатки стали вываливаться из него целыми рулонами, сравнимыми разве что с годовыми налоговыми отчетами дзайбацу. Оценив объем работы, я поблагодарил удачу, что она послала мне хоть какую‑то помощь в лице Мартина, сколь бы мизерной она ни была.
– Лучше прочти это, – проигнорировав оскорбление, я оторвал от рулона пару километров данных и бросил их Мартину.
Бумага летела ему прямо в руки, но одна из них была занята кружкой с кофе, так что ловить рулон он не стал, а позволил ему ударить себя в грудь и свободно упасть на пол. Я до сих пор убежден, что в этот момент им двигала обычная лень и любовь к напитку в его кружке, а отнюдь не желание защитить от коричневых пятен мой коллекционный ковер, привезенный с Леванта и обошедшийся мне в месячное жалованье.
Как бы там ни было, инцидент давал мне прекрасную возможность съехидничать по поводу общей физической подготовки Аналитического Отдела, стремившейся к нулю.
Однако количество информации, предназначенной к прочтению, а также время, необходимое для подобного прочтения, стали решающим аргументом в пользу того, чтобы я промолчал и не спугнул своего случайного помощника.
Лениво поставив кружку на подлокотник, Мартин поднял распечатки с пола и брезгливо в них уставился, словно ожидая найти порнографический роман с продолжениями и иллюстрациями.
Я тоже принялся за дело.
И сразу же пожалел, что давеча дал Вельзевулу для поиска слишком расплывчатую формулировку насчет неуставных отношений. Теперь в поисках нужной мне полезной информации приходилось читать все подряд.
Трое механиков с космического корабля «Стремительный», проходившего ремонт на орбитальной станции Тауриса, повздорили с парой морских пехотинцев (половина из них в глаза не видела моря и морским у них было только название). Завязалась пьяная драка в трюме, быстро распространившаяся на большую часть экипажа. В результате пятнадцать человек госпитализированы с травмами различной степени тяжести, трое списаны на берег и один отдан под трибунал за использование на борту боевого холодного оружия.
Что бы я ни искал, а точного представления у меня до сих пор не было, это явно не оно.
У пассажирки круизной яхты, следовавшей курсом Новая Москва – Браунинг с заходом в космопорт Тауриса в целях дозаправки и пополнения продуктов питания, отказал компьютер, контролирующий работу почек. Капитану пришлось в спешном порядке совершать вынужденную посадку в ближайшем порту для передачи женщины наземным медицинским службам.
Ближайшим портом оказалась Гамма Флорес, подобная Таурису дыра, так что этот вариант я тоже отмел.
На корабле ВКС «Грозный», легком крейсере класса «хоппер», зашедшем на Таурис для замены экипажа орбитальной военной базы, вспыхнула эпидемия гриппа. Судовые медики принимают все меры для излечения местного состава, помощь выслана, карантин продолжается и по сей час.
Полный ноль.
Капитан торгового судна «Кампари» соединился законным браком со своим старшим навигатором, каковое событие было шумно отпраздновано командой. Незамедлительно последовала реакция владевшей кораблем компании, члены совета директоров которой были страстными приверженцами реставрированной Римско‑католической церкви. Реакция заключалась в немедленном увольнении на берег обоих новобрачных по прибытии в первый же порт с размещенным в нем филиалом компании, ввиду того что молодожены оказались представителями одного пола, а именно – мужчинами.
Неуставные отношения – с одной стороны, и грубое нарушение прав человека – с другой, случай, несомненно, любопытный, но в данный момент интереса также не представляющий.
Я никогда не задумывался, какое множество событий происходит на кораблях, отрезанных от цивилизации многими миллионами миль открытого космоса. Впрочем, ничего удивительного в этом нет, люди всегда остаются людьми со всеми вытекающими последствиями, независимо от того, происходит ли дело на поверхности оживленной планеты или на борту одинокого и затерянного в пространстве корабля. Если на планете человек любил, ненавидел, дружил, дрался, пил вино, качал права или устраивал разборки, тем же самым он будет заниматься и в космосе, захватив с собой с планеты груз своих привычек.
Раньше, когда «стальные люди твердой рукой правили железными кораблями, бороздящими просторы Галактики», когда экипажи судов комплектовались лишь избранными, лучшими из лучших, «отличниками боевой и политической», на кораблях царила железная дисциплина. Полеты отнимали по несколько месяцев, а то и лет, и малейшее отклонение от норм поведения в дальнейшем способно было привести к открытому мятежу, в результате которого обычно погибал весь экипаж, поэтому за соблюдением устава следили тщательнее, чем даже за личной гигиеной. Теперь же, когда тридцать процентов населения Лиги только и делают, что мотаются от одной планеты к другой, по делу и без дела, ограниченные только финансовыми соображениями, отношение стало, скажем, более прохладным.
Вот, например, следующий из прочитанных мной эпизодов.
«Принцесса Диана», порт приписки Британия. После азартной игры в покер, затеянной в машинном отделении корабля, один из победителей был объявлен шулером, вследствие чего произошла поножовщина со смертельным исходом.
Созван корабельный трибунал, заслушано дело, обвиняемый признан виновным и отпущен в космос. Без скафандра, разумеется.
В ВКС подобная процедура называется «глотнуть вакуума». Правосудие свершилось быстро. Учитывая, что даже на территории Лиги уголовное право на разных планетах имеет свои отличия, неизвестно, чем может закончиться судебное разбирательство по данному вопросу, тем более при наличии у обвиняемого шустрого адвоката, которых на любой планете можно нанять множество. Процесс может затянуться, и экипаж будет вынужден проторчать на планете от двух недель до полугода, изредка вызываемый в суд в качестве свидетеля, что никоим образом не может удовлетворить ни саму команду, ни ее работодателей, так как суд не выплачивает неустоек и компенсаций. Гораздо вернее, быстрее, надежнее, а главное – дешевле провести суд в космосе и там же исполнить вынесенный приговор. Капитан пользуется на корабле абсолютной властью, не так ли? Однако в данном случае поступил таким образом совсем не для того, чтобы поддержать на должном уровне дисциплину и «вертикаль власти», а исключительно из опасения судебных издержек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
