Читаем без скачивания i 1495e07c15fb5d3e - Admin

  - Какая из девиц тебе по нраву, брате?

  Порыскав глазами по стайке выжидательно улыбающихся прелестниц, Иван честно признался все тем же полным внутреннего огня шепотом:

  - Та, что с родинкой на щеке. Еще беленькая... И которая справа от нее, тоже ничего.

  "Вот блин, никак помесь Казановы с Гераклом вырастил?".

  Вообще-то, второй сын великого князя просто указал на тех красавиц, что понравились ему больше всех (так-то все хороши были, как на подбор) - надеясь лишь на то, что хоть одна ему да достанется. А царский первенец, неправильно истолковав распирающее младшенького желание, взял да и повелел указанной тройке девиц позаботиться о своем брате. Для начала сопроводив в горницу-опочивальню. А на месте уже и услужить в меру своего разумения: подушку там взбить, плечи помять, в постельку уложить, свечку подержать... Как получится, в общем. Оставшиеся в предбанники юноши и девушки отметили уход покрасневшего как маков цвет Иоанна Иоанновича легкими улыбочками и перемигиваниями, после чего нетерпеливо и ОЧЕНЬ выразительно уставились на проявляющего странную сдержанность государя.

  - Чья затея, охальники?

  Основной организатор приятной "неожиданности" Петр Горбатый-Шуйский даже и не думал отпираться от положенной ему благодарности, и может быть даже награды своего господина.

  "Хуже дурака может быть только инициативный идиот".

  - Как твое имя, девица-красавица?

  Жгучая брюнетка с роскошной гривой волос засияла улыбкой, плавно приблизилась и с волнующей хрипотцой в голосе призналась:

  - Варькой кличут, государь.

  Не удержавшись, Дмитрий проник пальцами в простынь, скользнул кончиками пальцев по бедру и сжал в ладони упруго-выпуклую ягодицу. Простынь вполне закономерно сползла, но он этого не увидел - потому как впился в податливо раскрытые губы. Жаль только, что поцелуй долго не продлился - глубоко вздохнув и напоследок сладко охнув, "банщица" свалилась в глубокий обморок. Судя по улыбке и крепко сдвинутым ножкам, беспамятство у нее получилось с крутым эротическим уклоном...

  - Прежде всего, я целитель. Это не только возможности, но еще и запреты.

  "Козел все-таки этот Горбатый-Шуйский. И он, и отец его. Только-только настроение выправляться начало!".

  С явственным сожалением оглядев сомлевшую девушку и уделив особое внимание обнажившемуся животику и груди, юноша закончил с доброй улыбкой:

  - Так что видит око, да уд неймет.

  Выждав малую паузу, будущий царь все же благосклонно кивнул княжичу Петру и объявил, что милостиво принимает его подарок в виде десяти очень красивых челядинок. Судя по дрогнувшему лицу "массовика-затейника", на такую жертву со своей стороны он ну никак не рассчитывал!..

  - Отдыхайте.

  К сожалению, импровизированный конкурс наложниц сказался и на целителе, распалив в нем самые низменные чувства. Однако большой опыт и возможность влиять на собственную энергетику, вкупе с не успевшей толком остыть парилкой помогли справиться с возникшей проблемой. Гм, не прибегая к ловкости и выносливости рук.

  "Пойти бы спать, да разве в таком окружении уснешь? Денек сегодня выдался и насыщенный, и длинный...".

  - Кваску испить, Димитрий Иванович?

  На выходе из парилки его встретил маленький ковшик с бодрящим напитком, сухая простыня, и внимательно-настороженные взгляды Ближней свиты в полном составе. Ну, почти - Узор подручника Мишки Салтыкова в компании одной из девиц обнаружился на уровне второго поверха. Понятное дело, в строго горизонтальном положении.

  "А вон и Ваня трудится. Хм, занятные переливы духовных линий?.. Взаимопроникновение энергетики... Н-да, а раньше я внимания на такие моменты не обращал".

  Запланировав серию опытов и наблюдений на данную тему, синеглазый рюрикович едва удержался от хохота - но дрогнувшее лицо и смешинки в глазах сделали свое дело, успокоив ожидающих неприятностей свитских.

  "По отцу, похоже, судят. Если бы ему такое огорчение устроили, могли бы и головы полететь".

  Припомнив, как часто батюшка ездит в Коломенское, где с малым числом приближенных отдыхает от дел государственных и супруги, к которой за последнее время заметно охладел, ее пасынок усмехнулся - и на сей раз вполне открыто.

  - Димитрий Иванович, может...

  Княжич Мстиславский покосился по сторонам, и еще больше понизив голос, вызвался в течении часа доставить из Александровской слободы рыжеволосую Хорошаву.

  - Пустое.

  Глянув на долговязого Петра, напрягающегося в тщетных попытках подслушать, Федор сел обратно - а потомок суздальских князей моментально нахмурился, прямо-таки влет определив, что излишне хитрож... княжич только что на него клеветал. Как есть змеюка подколодная!..

  - Государь.

  Дождавшись поощрительного кивка, Владимир Старицкий тут же продолжил:

  - Димитрий Иванович, мало мне одного сведущего коновала. Хотя бы пять-шесть? А лучше сразу дюжину!..

  Приняв от Бутурлина стакан с пивом и мисочку со снетками, царевич великодушно разрешил:

  - Ищи. Как найдешь, все твои будут.

  Видя, что дальний родственник впал в замешательство, троюродный брат его утешил:

  - Для Васьки отроков смышленых приискать в училище землемеров тоже было и в новинку, и тяжко. Однако же справился?..

  Скопин-Шуйский тут же довольно закивал, подтверждая - да, он умница и молодец. С пяток минут держалось полное молчание: молодые государственные мужи лениво угощались пивом и медовухой, выискивая среди разнообразных заедок особо лакомые кусочки.

  "О, Петруха набирается решимости. Сейчас брякнет очередную дурость...".

  - Государь.

  Расправив плечи, и буквально пронзив взглядом Мстиславского и заухмылявшегося неизвестно чему Адашева, княжич Горбатый-Шуйский попросил своего повелителя доверить ему какое-нибудь важное дело.

  "Да вроде у нас слабыми на передок челядинками Постельный приказ заведует? Да и стоит ли вообще держать при себе такое чудо в перьях. У которого одна извилина, да и та ниже пояса обитает!..О, придумал. Ну что, первая часть?".

  - Федька.

  Мстиславский тут же приготовился вскочить на ноги. Хотя после того количества хмельного, что он в себя влил, слушались они его того. Ну, не очень.

  - Ты плакался, что тяжело тебе по монастырям разъезжать? Ну так Петька тебе поможет в этом богоугодном деле.

  Похлопав глазами, прирожденный дипломат на глазах просветлел и склонил голову - заодно пряча довольно злобную усмешку. А его новоявленный помощник совсем наоборот, кланяться да благодарить не торопился, да и лицом заметно побурел. А уж какими эмоциями фонтанировал, просто сказка! Страшная.

  - Государь, невместно Горбатым-Шуйским под Мстиславскими ходить, то умаление чести нашей и достоинству! От века такого не было, и не будет!..

  "А вот и вторая часть, заключительная".

  Мягко-мягко, почти нежно улыбнувшись, Дмитрий протянул:

  - И впрямь, виданное ли это дело, чтобы княжич столь знатного рода по святым обителям ездил, да с монахами речи умные держал? Да и я хорош - загонял тебя, утомил прихотями да капризами своими. Ну, ничего. Отдохни вволю, восстанови силы свои растраченные. А за тебя пока службишку будет исполнять... Федька, кого себе в помощники возьмешь?

  Порядком поднабравшийся ближник потряс головой, и удивительно ясным голосом ответил:

  - Ивана Морозова можно. Или братьев Сабуровых - они рода хорошего, оба сметливые да расторопные.

  - Братья, говоришь?.. Нет, с ними пока погодим. Распорядись-ка насчет боярича.

  Убрав высохшие и от того распушившиеся пряди волос подальше от глаз, и подхватив стакан с оставшимся в нем пивом (хотя какой там стакан, литровый жбанище), Дмитрий внимательно наблюдал за переглядываниями свиты. А заодно не давал попавшему в опалу княжичу возможности быстро извиниться и сдать назад. Трудно, ох трудно оправдываться, когда голос начисто пропал.

  - Вы куда меня того-этого?.. А ну положь, хол-лопы!

  Два стража со всем бережением (то есть головой вперед, и не стукая ничем о твердые предметы) доставили новоявленного приближенного и аккуратно усадили на лавочку у двери - где нализавшийся до мычания боярич словно по волшебству и протрезвел.

  - Встал.

  Подскочил как сам Морозов, так и девятнадцатилетний княжич - к которому приказ как раз и относился.

  - А ну-ка все пересели.

  Тут ничего объяснять не понадобилось - после того как из Ближней свиты выбыл провинившийся Петр, второе место по правую руку от государя перешло к его ближайшему сродственнику Скопину-Шуйскому. Первое всегда занимал Владимир Старицкий, по левую руку повелителя был Мстиславский, рядом с ним Салтыков, ну а на концах получившейся подковы традиционно восседали Адашев и Бутурлин.

  Ровно три секунды тихого шума, и:

  - Боярич Морозов, отныне это твое место.

  Тезка царевича Иоанна со всей осторожностью устроил свое седалище рядышком с дружелюбно подмигнувшим Тархом. Робко принял в руки берестяную кружечку с медовухой, и превратился в одно большое ухо и глаз.