Читаем без скачивания i 1495e07c15fb5d3e - Admin

  - Ту палку степняки рано или поздно срубят!..

  Прислушавшись к небольшому спору-беседе, сэр Энтони замедлил шаг, а потом и вовсе остановился, слегка прислонившись к стене, покрытой затейливой росписью. Без нужды поправил жесткий воротник, затем пояс, огляделся - и решил чуть-чуть отдохнуть перед новым кружением по палате.

  - Ну, не скажи. Последние год-два наши порубежники сами ногаев да крымчаков за вымя щупают. Хе-хе!.. Покамест нежно да со всем обхождением, а вот когда устроение Засечных черт закончится, тогда и поглядим, кто кого рубить будет.

  Скользнув опытным взглядом по приглашенной на царский пир знати (и редким гостям иноземного происхождения вроде чересчур жизнерадостного Альберта Родде), посланник английской королевы принялся за привычное развлечение - делить князей-бояр и прочий придворный люд по их политическим интересам. Самой большой и весьма влиятельной партией были традиционалисты, недовольные постепенным усилением власти царя Иоанна Васильевича. Пока их недовольство тихо тлело, изредка прорываясь в виде шумных склок в Боярской Думе и вражды с худородным дворянством - но это только до первых неудач или военных поражений московского владыки. Князья Долгорукие, думной боярин Кашин, окольничий Очин-Плещеев, князь Горбатый-Шуйский, царский печатник и думной дьяк Висковатов, конюшенный боярин Федоров-Челяднин, глава Порубежной службы князь Воротынский...

  - Да вот те крест! При мне его спытывали на целине Дикого поля - на два лемеха, с колесиками, дернину и слежавшуюся землю режет, ровно ножом каленым по маслу идет!..

  - Поди и стоит этот твой плуг, как боевой жеребец под седлом?

  - От чего не ведаю, за то и не скажу.

  Слегка шевельнувшись, и на всякий случай запомнив непонятную беседу, англичанин перевел взгляд на вторую по численности партию придворных. Таких же знатных и богатых, как и первая, вот только во всем согласных с политикой великого князя Московии. Княжеские рода Палецких и Хворостининых, бояре и ближайшие родственники царя Захарьины-Юрьевы, князья Курбский и Черкасский, старомосковские дворяне Бутурлины, голова Большого наряда боярин Морозов. Чуть более дальние родственники правящей династии князья Глинский, Иван Бельский и Мстиславский - все они были верной опорой своему царственному родичу и повелителю.

  - Сотня кобылиц и дюжина аргамаков-ахалтекинцев - из выкупа ногайских мурз государю Димитрию Ивановичу. Полторы сотни кобылиц-клепперов из ливонской добычи великого государя. Да два десятка отборнейших аргамаков-фари, что конюшенный боярин на прошлом месяце самолично у персидского купца сторговал - и все Старицкому досталось!

  - И ведь не в первый раз уже молодого князя скакунами одаривают. Интересно, за что это ему такая милость?

  - Говорят, так Димитрий Иванович пожелал - а его спрашивать... Гм, сам знаешь.

  - М-да.

  Третья партия состояла из недавно приближенных к трону худородных дворян вроде дьяков Посольского приказа Андрея и Василия Щелкаловых, или родовитых, но не очень богатых бояр вроде Басмановых, Грязнова, головы Сыскного приказа Григория Лукьяновича Скуратова-Бельского или дьяка Постельного приказа Бориса Годунова. Но даже среди них белой вороной выделялся Генрих Штаден, человек совершенно неблагородного происхождения - родившийся в семье немецких бюргеров и прошедший немалый путь от ученика священника до полковника иноземных наемников, он без раздумий выполнял любой приказ своего нанимателя и сюзерена. Хотя?.. Пожалуй, этим отличались и все остальные в партии "худородных выскочек", готовые растерзать любого по малейшему намеку царя. Волки в человеческом обличье!..

  -... на обратном пути с Камня Уральского стрелу башкирскую шеломом поймал, а? Не-эт, сынок, хватит. Вот оженю на старшенькой Микиты Офанасича, и пока мне внука не заделаете, ты с родовой усадьбы ни ногой!..

  - Батюшка, ну не люба она мне!

  Глянув на слабо знакомого боярина (или князя?) и его долговязого сына, убежденный холостяк Дженкинсон слабо удивился - потому что все родовитые отцы Московии вот уже второй год терпеливо ожидали того момента, когда великий князь Иоанн Васильевич объявит смотр невест для своего первенца. Ждали, понятное дело, не просто так, а чтобы не прогадать с женитьбой уже своих отпрысков. Поди угадай, что за девица станет женой наследника, и кто после этого войдет в силу, или попадет в забвение или даже опалу?

  - Поговори мне еще! Больно много воли взял, отцу перечить.

  Проводив взглядом будущих счастливого деда и не очень счастливого мужа, посол вернулся к своему прежнему занятию-развлечению - благо, что не охваченной вниманием осталась только группа придворных, которую сам он именовал не иначе как осторожными хитрецами. Преследующие только свои интересы, поддерживающие хорошие отношения как с "традиционалистами", так и с "соглашателями", неизменно вежливые с "худородными"... В эту партию входили почти все именитые купцы и рода старомосковских бояр, а так же несколько довольно крупных фигур вроде князя Скопина-Шуйского, окольничего Адашева и касимовского служилого хана Симеона Бекбулатовича. И вот ведь что интересно - по отношению к пятнадцатилетнему государю Димитрию тех же "осторожных хитрецов" можно было чуть ли не полным составом записывать в "соглашателей"!.. Как и немалое количество родовитых из других партий - исключая особо упертых ревнителей старины и иноземцев вроде полковника Штадена.

  - Мэтр Робусти!..

  Увидев подвижного итальянца, дипломат моментально оживился, и даже можно сказать, неподдельно обрадовался. Потому что еще в конце лета он уговорил художника без лишней огласки исполнить небольшой портрет синеглазого наследника. А если получится, то и остальных членов великокняжеской семьи. Королева Елизавета и лорд-канцлер иногда бывают такими любопытными! Как впрочем и глава "Московской торговой компании" сэр Майкл Лок.

  - О!.. Рад, очень рад нашей встрече. Как ваше здоровье? Эти ужасные морозы меня просто убивают!.. О, что я вижу, у вас сразу два новых перстня? Изящная, очень изящная работа!

  По возможности незаметно оглядевшись по сторонам, англичанин шагнул поближе и тихонечко осведомился у почтенного Якопо, как там поживает его особый заказ.

  - Э-э?.. Простите, но я вас не понимаю.

  Раздраженно дернув кончиками пальцев, Дженкинсон еще больше понизил голос и прямо поинтересовался, когда сможет оценить мастерство носатого мэтра.

  - Ах это!..

  Теперь пришел черед придворного живописца незаметно оглядываться по сторонам и тихонечко шептать.

  - Сэр Энтони, я выяснил одну крайне неприятную вещь: в Московии нельзя рисовать портрет человека, не получив на это предварительно разрешения. В ином случае последует обвинение в колдовстве и наведении порчи, представляете?!?

  - Как и в любой другой стране. И именно поэтому я и согласился с назначенной вами весьма высокой ценой. Не так ли?

  - Все так, сэр. Но если за портрет простого боярина мне облегчат кошелек и высекут плетями, то за изображение наследника просто укоротят - сначала руки, а потом и голову.

  Возникла пауза, во время которой один из собеседников отчетливо понял, что желанного портрета ему не видать.

  - Тогда верните задаток.

  Послушно кивнув, Робусти сокрушенно вздохнул:

  - А еще я выяснил, что тому, кто известил Сыскной приказ об умышлении на великого князя и его семью, полагается ровно половина всего имущества виновника. Исключая земельные владения, конечно.

  Тихонечко скрипнув зубами, один из владельцев и руководителей "Московской торговой компании" мысленно распрощался с двумя сотнями новеньких талеров.

  - К сожалению, эти изыскания отняли у меня очень много времени и денег. Вы ведь меня понимаете, уважаемый сэр?

  Коварный итальянец с отчетливым намеком скосил глаза на боярина Скуратова-Бельского, известного своим вниманием к любому, даже самому незначительному доносу.

  - Чего ты хочешь?

  Вытянув правую руку вперед, Якоп Робусти дохнул на кольцо с небольшим аметистом, украшающим мизинец, и бережно потер камень о шелковый кафтан. Полюбовался на полученный результат, после чего крайне выразительно пошевелил остальными пальцами, свободными от золотых украшений.

  - Ну, я даже и не знаю...

  В общем, за пиршественный стол сэр Энтони Дженкинсон сел с вежливой улыбкой на лице и сильным желанием взять и утонуть в ароматно-пряной медовухе. Вот только вместо этого дипломату пришлось вежливо улыбаться всем вокруг и участвовать в застольной беседе, регулярно прерываемой дегустацией очередных яств и громкими славословиями в честь пятнадцатилетнего именинника. Вначале были холодные мясные и рыбные закуски под легкое вино - так сказать, для небольшого разогрева. Затем дорогие гости сняли пробу с полусотни разновидностей каш, потом примерно такого же количества мясных похлебок, причем как холодных (таких как окрошка на квасу или кислом молоке), так и исходящих горячим парком.