— Ладно, теперь надо придумать, куда вам-то деваться… Ага, придумалось. К зеркалу, пусть оно вас и прячет… Бежим, быстрее, солнце же сейчас сядет!
Он подхватил клетку, причем шаль вновь разразилась каскадом трещащих искр, и побежал вперед по коридору, сделав Лизе и Леве знак следовать за ним. Небо за окнами начало синеть, и Лиза не на шутку испугалась, что рыжий Инго вот-вот обернется уродливым карликом. Она поспешно отогнала эту мысль и изо всех сил старалась поспевать за Инго. Лёвушка не отставал ни на шаг, хотя ему, тащившему два рюкзака, судя по пыхтению, приходилось куда хуже, чем на физкультуре.
На бегу Инго отсчитал еще несколько дверей и дернул за ручку-грифончика — Лиза услышала, как грифончик тоненько пискнул, обидевшись на невежливое обращение. За дверью оказалась небольшая комната со стенами, обитыми красно-золотой тканью. В комнате стояло огромное, от пола до потолка, зеркало в резной раме. Лиза с Левушкой в самом буквальном смысле не успели оглянуться, как Инго поставил клетку на пол и сказал невидимому под шалью Филину: «Прощайте. Простите меня». После чего поднялся на ноги, махнул Лизе и Левушке рукой и стремглав выбежал из комнаты, захлопнув за собой дверь.
Наступила непроглядная тьма. Лиза хотела что-то сказать, но Лева наступил ей на ногу, призывая к молчанию. Несколько секунд спустя за дверью послышался топот множества ног, непонятный громкий звук и шелестение. «Что вы здесь делаете. Ваше высочество? Мутабор ждет вас!» отчетливо произнес чей то резкий голос. «Да, разумеется, я иду, я иду сию минуту…» — отозвался Инго уже знакомым Лизе вялым, сонным, завороженным тоном. Любопытный Лёвушка на цыпочках подбежал к двери и приник к замочной скважине. Звуки за дверью постепенно утихли.
— Мама дорогая, — прошептал Лёвушка, отлипая от скважины. — Ты бы видела, во что он превратился! И какие тут, оказывается, водятся крылатые твари! Ничего себе! Он за ними пошел, как миленький… Лизка, ты где?
— Я тут, — Лиза протянула вперед руку. — Иди сюда, только тихо. Клетку не сверни. Может, они еще рядом. Что будем делать?
— Ждать, — сказал Лёвушка из темноты. — Ты мне лучше скажи, что с принцем произошло?
— Это солнце село, — осенило Лизу. — Левка, я все поняла! Он заколдованный! Солнце садится, и он превращается неизвестно во что… Я это уже видела в прошлый раз. Ужас. А твари эти — мышекрысы…
— Кто?!
— Ты же сам видел!.. — Лиза поколебалась и продолжала. — А Инго, по-моему, очень хороший, только какие-то негодяи, которые тут всем заправляют исподтишка, они его заколдовали. Днем он такой, как мы видели, а после заката сразу же превращается в какого-то… бр-р-р… заторможенного уродца — и начинает во всем их слушаться.
— Тогда я, пожалуй, догадываюсь, чего они хотят. — Лева, похоже, сохраняя способность к рассуждениям даже в полной темноте и неизвестности. — Классическая придворная ситуация. Я читал. Принцам вообще не везет — железная маска, темница и вообще… Только этот принц еще и заколдованный, бедняга. Скверно ему тут. — Лёвушка помолчал. — Смотри-ка, задумчиво протянул он, — а ведь он при всем при этом не себе просит помочь, а Филину…
— Что ты читал? — Иногда Лиза ужасно злилась на Левушку, думая, что он нарочно умничает. Хотя Инго и правда было жалко.
— Про регентство. Ладно, это неважно. Теперь понятно, почему он так спешит! — Лёвушка, судя по шуршанию, уселся прямо на пол. — Что у нас получается? Принц, он, когда нормальный, то понимает, что они его руками xoтят учинить какую-то гадость… и сопротивляется… Хотел бы я знать, кто это — «они», — Лёвушка в задумчивости вздохнул. — Хотя, боюсь, мы узнаем это очень и очень скоро… Что же нам делать, Лизка? С филином и вообще…
— Не с филином, а с Филиным, — поправила она Леву. — Или нет, наверное, с Филином, только с большой буквы. Это же Андрей Петрович. Я-то думала, Филин — фамилия, а оказалось, не совсем…
— Кстати, где клетка?
— Тут она. От нее все время током бьет. — Пожаловалась Лиза. — Шаль шерстяная, кусачая. Конечно, хорошо бы клетку замотать во что-нибудь другое…
Лёвушка поднялся, на ощупь подошел поближе и присел возле клетки:
— Ладно, пока так сойдет. Он прислушался. — А там правда кто-то есть? Но моему, клетка пустая. Птица бы шумела.
— Да, он там. Ничего, мы его [ныаао. мим. Понимаешь, эта им п…. она тук г ivinin.]
— То-то я не слышу ничего! Зато вижу… Тебя вижу… Ой, и клетку уже вижу… Смотри, Лиз, свет откуда-то…
В комнате между тем и впрямь забрезжил свет. Лиза с Левушкой обернулись и обнаружили, что это светится громадное зеркало, о котором они совсем забыли.
— Добрый вечер, деточки, — сказал неизвестно откуда ласковый скрипучий голос.
— Ой, кто это? — Лиза панически заозиралась, зная, что в Радинглене, где теперь и днем-то происходят довольно мрачные чудеса, после захода солнца вообще ничего хорошего ожидать не приходится. Лёвушка тоже завертел головой.
Между тем голос продолжал:
— Милые мои, да чего же вы вертитесь, рассмотреть-то себя толком не даете? Ну-ка глядите — вот оно я!
— Это зеркало! — шепотом сказала Лиза. — Оно говорящее!
— Ну конечно, моя лапочка! — радостно подтвердило зеркало, переливаясь в такт собственным словам. — А ну-ка, подойди поближе, а я погляжу, что бы мне с тобой сделать.
Несмотря на ласковый голос, в свете последних событий это прозвучало несколько зловеще, а потому Лёвушка моментально заслонил собой Лизу и вежливо осведомился:
— А зачем же вам с нами что-то делать?
— Как зачем? — искренне удивилось зеркало. — Мое дело гардеробное, чтобы всяк, кто приходит, одет был соответственно. Опять же одежки должны быть чистые, наглаженные, без дырок-заплаток и по самоновейшей моде. На то меня тут и сладили.
— Кто? — в один голос спросили дети.
Мастер Амальгамссен собственной персоной, лапочки мои. Слыхали про такого?
— О, конечно! — быстро соврал Лёвушка, а Лизе прошептал: — Класс, надо обязательно переодеться.
— Ага! — подхватила Лиза. — Сольемся с местностью, а то светимся тут, как…
— … как лисы на снегу. Особенно ты. — Не без ехидства сказал Лева и вновь повернулся к зеркалу:
— И что, вы всех переодеваете? Всех, кто придет?
— Кто попало сюда не ходит, — зеркало сделало попытку придать своему голосу строгость. — Все ж таки королевская гардеробная, кисоньки мои, это вам не сильф чихнул. Конечно, иной раз и за ручку приводят, потому как вот, например, молодые господа вроде тебя, — адресовалось оно к Левушке, — переодеваться в чистое не любят. Ты, небось, тоже?
— Отчего же, — Лёвушка аккуратно отодвинул Лизу в сторону и храбро шагнул вперед, сунув ей свой рюкзачок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
