– Забудь.
Они переговаривались, прижавшись спинами к живой изгороди.
– Значит, так, – начал Кощей и осторожно осмотрелся, проверяя, нет ли случайных прохожих. – Делай, как я, и смотри не спались.
Он осторожно присел, затем лег на траву и ужом скользнул между кустами. Женька тоже улеглась на травку, но найти ход под изгородью не смогла. Тыкаясь как слепой котенок, она тщетно ощупывала основания кустов. Изгородь стояла насмерть. Отчаявшись, Женька уже хотела шепотом позвать на помощь, но тут ее за ухо прихватила знакомая рука и потянула к корням.
– Ветку отодвинь. Вот эту, – раздался злой шепот Кощея.
Ветка в самом низу, до сей поры неподвижная, дрогнула. Женька кое-как отодвинула ее в сторону и протиснулась в узкий ход. Шипы тут же впились в кожу и волосы, свитер зацепился, и Женька, дергаясь, чтобы освободиться, едва не разнесла изгородь.
– Тихо, – шикнул Кощей.
После купания в Темзе он все еще был зол. Возможно, потому, что промок, замерз и все время шел босиком. А может, его раздражало собственное убийство. Он помог освободиться из шипов и вытянул на газон. Тут же подбежала собака, выяснить, кто же это бродит возле дома.
Снизу вверх дог показался Женьке еще больше и страшнее. Он глухо зарычал, но Кощей, не делая резких движений, приподнялся на руках и тихо позвал:
– Тоби, Тоби, ты что, своих не узнаешь? Хороший песик.
«Хороший песик» высотой в холке около четырех футов неуверенно вильнул хвостом, подняв ветерок, и тихо гавкнул.
– Вот молодец.
Кощей встал и потрепал собаку по ушам.
– Я на минуту, в другой раз принесу тебе косточку. Хотя… ладно, бифштекс принесу.
Казалось, собака все поняла, хвост замелькал еще быстрее, и, радостно повизгивая, пес отправился по своим делам.
– Я же говорил, меня здесь каждая собака знает, – шепнул Кощей Женьке. – Хватит валяться, нам пора.
– Куда мы идем? – рискнула спросить Женька, когда они пересекли лужайку и уперлись в каменный забор.
– Домой, – коротко ответил Кощей. – Если нас не засекут, конечно. Лезь. Окажешься наверху, распластайся и тихонько сползай вниз, там невысоко, футов шесть.
– А собаки?
– Там их нет.
– Не было пять лет назад, – прозорливо решила Женька.
– Лезь!
Он присел, сцепил пальцы и, когда девушка уперлась в сцепку ногой, резко выпрямился и поднял руки, насколько сил хватило.
Проклиная про себя хозяев, которые огораживаются от соседей более высокими заборами, чем от улицы, Женька кое-как зацепилась за край забора и повисла.
– Подтягивайся, – зашипел снизу Кощей.
– Не могу, – огрызнулась Женька.
Тихо ругнувшись, Кощей схватил ее за щиколотки и приподнял.
– Заползай, – шепотом велел он.
Кое-как Женька вскарабкалась на забор. Как раз в этот момент луна решила выползти на волю и озарить землю призрачным светом.
– Падай!
– Вдруг там собаки! – лежа отозвалась Женька еле слышным голосом.
– А здесь я. Выбирай.
Не раздумывая, Женька свалилась по другую сторону.
– Гавкнешь – убью, – донеслось из-за забора.
– Я не гавкаю, – обиделась Женька.
– Я не тебе.
Говорилось это мелкому животному, по всей видимости собаке. В отличие от соседской, она больше напоминала лохматую крысу. Проникнувшись предупреждением, зверь не гавкал и трепал Женькину штанину с тихим рычанием.
– Вы сказали, что собак нет, – тихо возмутилась Женька, едва Кощей мягко спрыгнул рядом.
– Глаза разуй, – огрызнулся Кощей. – Какая это собака? Так, одно название.
Он приподнял зверька за шкирку, оторвав от штанины, и отбросил в сторону. Вскочив, собачонка, взрывая траву всеми четырьмя лапами, бросилась наутек.
– Последняя преграда, и мы дома, – утешил Кощей, перебегая очередной участок.
– Тут что, в каждом дворе по псине? – уточнила Женька.
– Нет. У меня нету. Кажется.
– И зачем такую мелочь во двор выпускают, она же комнатная.
Женьке едва не споткнулась, так как отважное животное, в гробовом молчании, опять повисло на штанине.
– Это двор Смитов, – пояснил Кощей, пнув собаку. – Ты еще внутри не была. У миссис Смит восемь кошек, хотя сейчас, наверное, еще больше. Вот псинка и спасается на воле. Ты идешь?
Следующий забор, наловчившись, преодолели значительно быстрее. Женька первой спрыгнула в огороженный высокими кустами уголок.
– Стой тихо, – велел сверху Кощей.
Он перевалился через изгородь, оказался рядом и быстро проговорил:
– Артур, это я, Максет.
Ответом было молчание.
– Точно говорю, – продолжал доказывать Кощей. – Вдобавок я злой, голодный, избитый, мокрый, босой и привел с собой гостью.
Устав ждать, Женька хотела шагнуть на лужайку, но Кощей схватил ее за плечи и дернул назад.
– Жить надоело? – мрачно спросил он.
– Почему? Это же ваш дом, сами сказали.
– Вот именно. Я здесь редко появляюсь, и охрана, поверь, на высоте.
Они замолчали.
– Лорд Максет, – донесся до них спокойный голос.
– Я это! – заверил Кощей.
– Прошу вас, сэр, пройдите в дом, стоять босиком на земле крайне вредно для здоровья.
– Уф! Вот теперь идем.
Он вывел Женьку к заднему входу небольшого двухэтажного дома с флигелем. На крыльце, у раскрытой кухонной двери, из-за которой выбивался слабый свет, стоял слуга. Был он абсолютно седой, среднего роста, одет в халат поверх пижамы, но, самое примечательное, у него были большие пушистые бакенбарды. Женька просто залюбовалась. Дедушка словно выполз из викторианского романа.
– Доброй ночи, сэр, – поклонился старик.
– Доброй ночи, Артур, – бросил Кощей, взбегая по ступенькам. – Все спокойно?
– Не сомневайтесь, – отозвался слуга. – Смею спросить, кто эта юная мисс?
– Моя племянница. Ужин остался? Только прошу тебя, – взмолился Кощей, – давай прямо на кухне, без сервировок и прочего. Я очень голоден, поверь.
– Сэр, принимать пищу на кухне не слишком хорошая идея.
Кощей сел на стул и с облегчением вытянул ноги к теплой печке, блаженно пошевеливая заледеневшими пальцами.
– Знаю, – согласился он. – Обещаю, с завтрашнего дня ничего подобного не повторится. Только сегодня мы здесь поедим, в тепле и уюте.
В большой печи действительно тлели угли, отбрасывая мягкие отсветы на стены и каменный пол. Дополнительным источником света служила масляная лампа, стоявшая на чисто выскобленном столе. Еще на кухне были шкаф для посуды, утварь, развешанная над столом, и три стула вдоль стены.
– Как вас зовут, мисс? – тихо осведомился слуга, наклонившись к Женьке.
– Женя, – отозвалась та.
– Какое интересное имя, – вежливо заметил Артур. – Прошу вас, мисс Дженя, присядьте и отдохните.
Он пододвинул стул и усадил Женьку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
