class="p1">– Вы тоже возвращаетесь? – едва спешившись, спросила их Вета.
Ребята растерянно переглянулись. Потом Боря с явной неохотой произнес:
– Нет, мы остаемся здесь. То есть, нам предложили на выбор, уйти или остаться. Но ты же понимаешь: Арлан все равно теперь не сможет вернуться сюда, а я не могу оставить родителей.
– А ты? – посмотрела Вета на Ингу.
– Ни за что не вернусь! – отрезала та.
Тут Громова и в самом деле растерялась. Она не ожидала, что на этот раз никого из друзей не будет с ней рядом. Правда, в том мире остается Арлан, вот только как показаться ему на глаза после всего случившегося?
– Может, попросить советника Эвалонга, пусть разрешит тебе остаться? – спросил Борис со страстной надеждой в голосе. – Ты ему нравишься, может, он для тебя сделает исключение? В нашем городе сейчас еще опаснее, чем здесь. Я слышал, именно через него эта нечисть на нас и прет. Как ты вернешься туда совсем одна?
Шварц явно чувствовал себя очень неважно в сложившейся ситуации.
– А мои родители останутся вообще беззащитными, что ли? – грубовато отрезала Вета. Но сбавила тон, увидев несчастное лицо приятеля. – Нет, вы все правильно решили. Вы нужны своим семьям здесь, я – там, и со мной ничего плохого не случится.
Предательская влага выступила на глазах, и она поспешно заморгала.
– Кто это? – вдруг спросила Инга. – Вон там, в саду, рядом с твоей сестренкой.
Вета обернулась – и вскрикнула от изумления и страха. Шагах в двадцати от нее преспокойно стояла та самая девочка в темно-зеленом плаще, которую она прежде видела в охотничьем домике в качестве призрака. Только на этот раз девочка выглядела вполне реально, и даже улыбалась чуточку печальной улыбкой. Рядом с ней замерла Кая, кажется, малышка едва не плакала от испуга.
– Кая! – вскрикнула Вета, бросаясь на помощь сестре. И тут девочка в плаще исчезла. Там, где она только что стояла, снова шелестела серебристыми листочками березка-оборотень. А малышка Кая теперь взирала на старших ребят с мольбой во взоре.
– Только не говорите моей маме! – пролепетала она. – Нам нельзя приказывать деревьям изображать людей и троллей. Но это само получилось, правда. Я только посмотрела на Ингу – и сразу вспомнила Тею. А рукой в это время держалась за веточку. Ну и вот…
– Так это была Тея? – потрясенно прошептала Вета.
Кая печально кивнула. Борис и Инга вопрошающе уставились на Вету.
– Но я уже видела ее раньше, – пробормотала девочка. – На земле, в ту ночь, когда мы… в общем, ты, Инга, этого помнить не можешь. Она была среди призраков, но сразу исчезла, как только появился Арлан.
На лице ребят нарисовался ужас. Они уже знали, что нет ничего печальней, чем судьбы несчастных призрачных созданий, не перешедших вовремя в мир мертвых.
– Только не говорите моим родителям, – взмолилась теперь уже Инга. – Ведь они уверены, что Тея ушла, куда положено уходить всем умершим, и что у нее все хорошо. Ну, если можно так сказать…
– Что она делала среди призраков, да еще и в мире людей? – перебил Шварц.
– Не знаю, – ответила Вета. – Но теперь я даже рада, что мне предстоит вернуться в наш город. Кое с чем придется разобраться.
Наступило время прощаться. С Ингой – проще, девочки просто кивнули друг дружке, а потом Нелюбина деликатно отступила в сторонку и застыла там, настороженно косясь в их сторону. Они не успели стать подругами, да и вряд ли это произойдет, учитывая, что Инге нравится Борис, и она всякий раз начинает волноваться, когда Вета оказывается в их компании. Хотя Громова совершенно не претендует на симпатию школьного приятеля. Более того, в последнее время им почему-то все труднее ладить.
Боря подошел, коснулся несмело ее плеча. Лицо у него в этот момент сделалось совсем несчастное. Видно было, что он просто разрывается на части.
– Может, мне все-таки пойти с тобой? – грустно спросил он. – Понимаешь, если что-нибудь случится, я себе никогда этого не прощу.
– Да что со мной может случиться?! – бодро воскликнула Вета.
– Да что угодно! – вскричал Шварц, и лицо его потемнело. – Кстати, учти, Артур ничего не помнит о вашем милом общении здесь, и наверняка снова объявит тебе священный джихад. Так что при встрече лучше не бросайся ему на шею, ладно?
– Так тебя только это и волнует! – подпрыгнула на месте Громова. – Ну, знаешь… у меня просто нет слов. Все, до свидания!
И рванула в сторону дома.
– Вета! – умоляющим голосом окликнул ее Борис. Из вредности она не стала оборачиваться.
Через час вся семья (кроме отца, он с вечера был на работе) провожала ее в обратный путь.
– Какой дорогой я пойду? – немного волновалась Вета. Не хватало еще в таком душевном раздрае попасть на зубок Пожирающему лесу.
– Старейшины открыли один экстренный путь, которым никогда прежде не пользовались. Но он совершенно безопасен, – успокаивала ее мать.
Скоро они вышли на берег озера. Здесь собрались и другие семьи, провожающие своих детей, и просто сочувствующие. Но напрасно Вета обшаривала глазами водную гладь в поиске лодок.
– Ты ведь умеешь плавать? – спросил ее Фелемон. Сегодня он был куда больше обычного расположен к старшей сестре – наверное, радовался скорому возвращению Ирис.
– Умею, – машинально ответила Вета. – А долго мне придется плыть?
– Совсем не придется, – через силу улыбнулась Дарна. – Только нырнуть. Когда окажешься на дне – смотри наверх, чтобы не сбиться с дороги.
– Ладно. А что там, наверху?
Дарна опустила в озеро руку и призывно помахала ею в воде. Когда через секунду она вынула руку обратно, в ладони ее спокойно лежала рыбка желтого цвета с ярко-синими полосками на брюшке и плавниках. Дарна поднесла рыбку к губам, что-то прошептала – и бережно опустила обратно в реку.
– Эта малышка покажет тебе путь, – сказала она. – Ну, прощай, доченька, до скорой встречи.
Маленькая Кая немедленно разрыдалась и обхватила сестру за ноги. Вета присела на корточки, поцеловала девочку в мокрую щеку:
– Я скоро вернусь, сестренка. Все будет хорошо.
На самом деле, сердце ее просто разрывалось от тревоги. Пару минут назад она даже умоляла мать позволить ей взять Каю с собой – на всякий случай. Но Дарна ответила, что это исключено.
– Почаще сообщайте, как у вас дела! – взмолилась Вета.
– Конечно! – ломающимся баском важно молвил Фелемон. – Держи при себе свою домашнюю кошку.
Когда Вета наклонилась, чтобы еще раз расцеловать сестер, перед ее глазами закачался на цепочке золотой свисток. Девочка в спешке начала стаскивать его с шеи.
– Не нужно! – остановила ее мать. – Оставь при себе. Во-первых, ты скоро вернешься, а во-вторых… пусть будет на
