— Вы… вы в порядке?
Заметив пристальный взгляд Кристины, Триона вынула из кармана платок и отерла глаза:
— Спасибо, со мной все хорошо. Я просто подумала о своих братьях и сестрах. Мне их недостает.
— И сколько их у вас? — спросила Агги.
— Трое братьев и две сестры.
Кристина уставилась на нее широко раскрытыми глазами:
— Вас так много!
— Ода. Мы все делали вместе — готовили, убирали…
— У вас нет слуг?
— Очень немного. Да нам и не требуется много слуг, раз нас столько и мы сами можем сделать все, что требуется. Я, например, могу прекрасно приготовить пастуший пирог.
Агги снова подпрыгнула:
— Вкуснятина!
— О да! И дома у нас всегда очень шумно. А здесь очень тихо. Я к этому не привыкла.
Кристина и Агги переглянулись. Девон сказала:
— Думаю, вы ничего не имеете против тишины и покоя. Бывают времена, когда мне хочется, чтобы Кристина и Агги помолчали.
Щеки Кристины вспыхнули румянцем:
— Девон!
— Не притворяйся, что у тебя не возникает такого желания. Это совершенно естественно.
Девон наклонилась и подняла с пола клочок бумаги. Посмотрев на него, она вручила его Трионе:
— Кажется, это ваше. Меню на неделю.
— А что у нас сегодня? — спросила Агги с интересом.
— Жареный ягненок.
— Хорошо!
Агги похлопала себя по животу в предвкушении трапезы:
— Надеюсь, не с мятным соусом. Папа его ненавидит.
Триона молчаливо приняла к сведению эту скудную информацию. Никогда для нее не было более очевидно, что она, по сути, вышла замуж за незнакомца. Опираясь на основные сведения о блюдах, обычно приготовляемых в Гилмертоне, а также о том, что ей могла рассказать о вкусах Хью миссис Уоллис, Триона до конца не выяснила, насколько Хью нравятся некоторые новые блюда, введенные ею в обиход дома.
И сегодняшний разговор показал, сколько она еще не знает о своем муже. Было мило, что дети так хорошо изучили его вкусы, и это избавило Триону от необходимости спрашивать его об этом, когда он вернется домой.
— Да, — подтвердила Девон. — Он так же ненавидит мятный соус, как любит морковь. Особенно морковь, запеченную в пастушьем пироге.
Кристина недоуменно заморгала:
— Но…
Девон потянула сестру к лестнице:
— Пожалуй, нам лучше заняться греческим; пока мисс Эпплтон не проснулась.
Агги капризно захныкала:
— Я не хочу заниматься греческим!
— Если собираешься нынче днем покататься с папой верхом, надо закончить уроки. Ты же знаешь его, — напомнила Девон.
Опустив плечи, Агги медленно побрела по лестнице вслед за сестрами.
Значит, Маклейн любит морковь, запеченную в пастушьем пироге. Вот как?
Может быть, лучше заменить жареного ягненка этим блюдом? Уж если Триона и умела что хорошо готовить, так это пастуший пирог.
Она задумалась о том, есть ли у них все необходимое для пирога. Или…
К крыльцу подъехала карета. Триона услышала ее грохот, а потом Лайам открыл дверь в ответ на звонок.
Расправив складки платья, Триона пошла к двери, когда услышала ворчливый голос:
— Отпусти мою руку, болван! Неужели я выгляжу так, будто не могу идти сама?
Глава 13
Женщина имеет право менять свое мнение, мужчина же — сохранять его.
Старая Нора — своим трем любимым Внучкам холодным зимним вечером— Мамушка! — Пробежав по коридору, Триона поспешила обнять свою бабушку.
Нора смахнула слезы:
— Ох, как ты, мое дитятко?
— Мамушка, как я рада тебя видеть! Не пройдешь ли в гостиную? Там разведен жаркий огонь в камине, и я могу распорядиться, чтобы тебе подали горячий чай и ячменные лепешки.
— Да, мне было бы полезно согреть свои старые косточки.
Триона распорядилась насчет угощения, усадила бабушку в уютное кресло в гостиной и с улыбкой опустилась в другое, напротив.
— Тебе следовало подождать, пока я сама не приеду к тебе.
— Но как я могла ждать, получив толстенное письмо от твоей сестры, в котором ничего нельзя понять, а потом ты прислала мне клочок бумаги, который назвала запиской? Я узнаю наконец, что случилось, или так и умру, не дождавшись объяснений?
Триона не смогла удержаться от смеха:
— Кейтлин может написать больше, а сказать меньше, чем все остальные.
Бабушка устремила на Триону пронзительный взор:
— Так выкладывай все начистоту!
— О, Мамушка! Произошло столько всего — и все случилось так быстро!
— Как тебя угораздило выйти замуж так внезапно и таким странным образом? И что обо всем этом думал твой па?
— Его же не было в городе. А дядя Бедфорд и тетя Лавиния…
Нора презрительно фыркнула:
— Не говори больше ничего! Эти самодовольные болваны не нашли бы выхода из трех сосен, а тем более из такой неразберихи, какую устроила твоя сестрица!
— Кейтлин не думала ни о чем дурном. Лорд поддразнивал ее и насмешничал, а ты ведь ее знаешь.
— Она немного похожа на свою бабушку, если хочешь знать мое мнение. Но я не могу понять, почему ты не написала мне! Я бы тотчас же прилетела и все устроила! Распутала бы этот клубок!
— У нас не было на это времени. Пошли ужасные слухи. Люди начали болтать вздор, и не только обо мне. Наши имена могли вывалять в грязи, а для папы, раз он викарий…
— Понимаю.
Пронзительные голубые глаза бабушки встретились с глазами Трионы:
— Так… как ты?
— Прекрасно. Конечно, я скучаю по своим.
— Да, я тоже скучала, когда вышла замуж в первый раз. Это нормально. — Нора похлопала Триону по руке: — А теперь расскажи мне, дитятко, что заставило тебя прибегнуть к моей помощи? Что сделал этот твой муж такого, что тебя расстроило?
— Скорее — чего он не сделал!
— Ох, ну и дела! Не говори мне, что он не прикоснулся к тебе со свадьбы, потому что я видела Хью Маклейна, а он не из тех, кто позволит такой милашке, как ты, ускользнуть, не дотронувшись до нее, не поставив на ней своего клейма.
Триона вспыхнула:
— Нет, это-то как раз самое лучшее. Я о своем положении в этом доме. Это не вполне нормальный брак, и потому я не знаю, как…
— Постой, девочка. Ты ведь его жена или нет?
Губы Трионы задрожали, и она неуверенно кивнула.
— Да, разумеется.
— И ты хочешь улучшить его жизнь, а значит, и свою?
— Ну… да.
— По моему разумению, это звучит так, будто у вас нормальный брак. — Нора не спускала с внучки внимательного взгляда. — Или станет таким, как только ты перестанешь считать его ненастоящим!
