произошла ещё одна битва изобретений, которая носила совсем не тот характер, что борьба идей Яблочкова и Лодыгина: это была битва коммерческая, денежная. И произошла она между защитниками электрического освещения и газового.
Решающая битва
Перелистывая московские газеты конца прошлого века, я нашёл такую заметку:
«Комиссия по электрическому освещению кругом храма Христа-спасителя и Большого Каменного моста несколько ночей сряду производила опыты… и, наконец, в ночь на 3 февраля нашла его неудобным, о чём и составила протокол».
Почему это могло произойти? Кто мог решить, что тусклые керосиновые и газовые фонари удобнее электрических? Те, кому это было выгодно. А выгодно это было газовым заводам и торговцам, у которых город покупал керосин. Они забеспокоились, узнав об опытах с электрическим освещением. Поговорили с кем надо, может быть, сами попали в комиссию – и добились своего. Московские улицы надолго остались без электрического освещения.
Так было не только в России. Вы помните, как парламенты в Англии и Бельгии тормозили под самыми смешными предлогами постройку железных дорог. Примерно то же самое происходило и с электрическим освещением.
Английский парламент создал специальную комиссию, чтобы разобрать жалобы на электрическое освещение. «Что касается оттенка электрического света, – отмечал протокол заседания комиссии, – то английские леди весьма им недовольны: они находят, что он придаёт мертвенность лицам». Жаловались не только леди, но и торговцы рыбой. Они говорили, что при электричестве цвет выставленной для продажи рыбы отпугивает покупателей. Тут мудрая парламентская комиссия не согласилась с торговцами – указала им, что они ставят недостаточно ламп и неудачно их располагают.
Газовые компании мобилизовали не только английских леди и рыботорговцев. Широко распространялась брошюра, посвящённая сравнению электрического освещения с газовым. Автор её, пользуясь подтасованными цифрами и отзывами, убеждал читателей, что электрическое освещение дорого, ненадёжно и вредно для глаз.
Однако и некоторые совершенно добросовестные люди не верили в будущее электрического освещения. Самое поразительное – это выступление одного известного французского инженера, специалиста по электричеству. Он писал:
«Для жилых помещений газовое освещение является самым приятным, удобным и дешёвым. Электрическое освещение, возможно, найдёт применение для отдельных больших комнат и в парадных квартирах, но это будет такими редкими исключениями, что излишне обращать на них внимание. Несмотря на конкуренцию, которая возникает в отдельных случаях между газовым и электрическим освещением, газовая промышленность в своём развитии никогда не потерпит ущерба от электрического освещения. Никогда электрический свет не нанесёт ущерба газу, масляным лампам и свечам».
Но так ли уж поразительно на самом деле это мнение инженера-электрика? Увы, нет. Многие замечательные изобретения встречались в штыки не только обывателями, но и специалистами потому, что у критиков не хватало важнейшего для человека качества – фантазии, способности вообразить, как будет развиваться только что сделанное изобретение, как и в каких условиях оно может быть полезно.
Французский инженер писал свою статью, когда пользовались только одним видом электрического освещения – свечами Яблочкова. Они действительно были неудобны для освещения комнат: и сила света слишком велика, и дуга гудела, и помещение нагревалось. Но ведь, казалось бы, инженер, работающий в области электричества, мог бы догадаться, что освещение будет усовершенствовано, что лампы Яблочкова – только первый шаг. А вот, поди ж ты, не догадался…
Сражение между газовым и электрическим освещением шло не только в статьях, брошюрах и речах. Шла битва изобретений.
Как только свечи Яблочкова начали завоёвывать европейские столицы, владельцы газовых заводов стали спешно совершенствовать газовое освещение.
И тут на помощь им пришёл талантливый немецкий изобретатель Ауэр фон Вельсбах.
Он предложил владельцам газовых заводов совершенно новую горелку. Это был сетчатый колпачок из марли, пропитанной металлическими солями. В момент зажигания марля сгорает, а соли образуют твёрдый остов. Этот остов уже не горит, а накаляется газом добела и ярко светит. Получилась газовая лампочка накаливания! Действительно, это было необычайно удачное изобретение! Сила света газовых горелок увеличилась в несколько раз, а газа потребляли они в шесть раз меньше, чем прежние горелки. Освещение обходилось гораздо дешевле электрического.
Горелки Ауэра так понравились, что люди не только перестали проводить электричество в квартиры (в это время появились уже электрические лампочки накаливания), но даже там, где оно было проведено, стали опять заменять его газом.
Теперь разорение уже грозило не газовым заводам, а фабрикантам электрических лампочек.
С лихорадочной быстротой бросились защитники электричества искать способы удешевления и улучшения лампочек. Вот тогда и начались попытки заменить угольные нити в лампочках металлическими, которые потребляли бы меньше тока и устраняли желтизну света.
И прежде чем Лодыгин решил эту задачу окончательно, предложив лампочки с вольфрамовой нитью, против горелки Ауэра выступил – кто бы вы думали? – сам Ауэр!
Талантливый изобретатель вовсе не был ярым защитником газового освещения. Когда он работал над своей горелкой, его интересовали не прибыли газовых заводов, а трудная техническая задача. Справившись с ней, Ауэр занялся улучшением электрических лампочек. И нашёл довольно удачное решение – лампочки с нитью из металла осмия. Сразу наладили их изготовление, так как они потребляли втрое меньше тока, чем угольные.
Электрическое освещение подешевело, и газовым заводам опять пришлось плохо. Их владельцы снова ищут новых изобретений. Появляется выключатель, с помощью которого можно зажигать газовые горелки без спичек, как электрические лампочки. И газ всё ещё немного дешевле электричества.
Но вот изобретена вольфрамовая лампочка. И так же как в своё время улучшенная Эдисоном угольная лампочка накаливания Лодыгина погубила электрическую свечу
Яблочкова, так теперь вольфрамовая лампочка Лодыгина покончила с газовым освещением – теперь уже оно стало дороже электрического.
Закрылись газовые заводы? Нет, владельцы их нашли выход из положения. Когда электрическое освещение стало вытеснять газовое, всё шире стали распространяться газовые плиты, кипятильники, печи. Электричество вытеснило газ из комнат, а газ стал вытеснять из кухни керосин и дрова.
У нас тоже широко пользуются газом для приготовления пищи, нагревания воды. Газ у нас очень дешёв – его не приготовляют на заводах из каменного угля, как прежде, а добывают естественный газ, которого много в недрах земли, в тех районах, где есть залежи нефти. По трубопроводам газ передают в города.
Но борьба не кончена. Сейчас пользование электрическими нагревательными приборами обходится дороже, чем газовыми. Но, когда будут построены наши новые мощные гидростанции, которые дадут очень дешёвый ток, мы ещё посмотрим, что будет выгоднее – готовить пищу на газовых плитах или электрических!
Тихий соперник
Сколько битв вокруг свечи Яблочкова и лампочки Лодыгина, сколько труда вложено в поиски материала для светящейся нити! Но, наконец, всё позади, всё успокоилось. Уже больше полувека пользуется весь мир лампочкой накаливания, изобретённой Лодыгиным, усовершенствованной Эдисоном, а потом снова Лодыгиным. И трагическая жизнь Яблочкова, чья слава вспыхнула ярко, как его свеча, но быстро погасла, бросив
