— спросил Джон у Эмилии.
— Приют Винзана, что на северной границе города, — заговорил робот.
— Он всегда там был? Происходили ли какие-то изменения в документах?
— По бумагам, с самого рождения. Вот...три года назад были изменения.
— И что там?
— Ничего. Просто обновили данные по нему и всё, — в голосе Эмилии были какие нотки удивления.
— Зачем обновлять просто так? — спросил Питер.
— Ничего не бывает просто так. А у других ребят из приюта в тоже время было такое?
— Нет. Вот смотрю. Только у Томаса, больше ни у кого.
— Что и требовалось доказать. Роберт внёс его в список, попутно изменив всю документацию.
— Но, Джон. Всё равно связи Роберта с убийствами нет. Как смерти молодых девушек относятся к нему? — Питер немного не понимал.
— А я и не говорил, что Дикли к этому причастен. Он держал Томаса для чего-то важного. Думаю, из всех смертей, лишь его бывшая сотрудница являлась конкретным заказом. Все остальные убийства, прихоть самого Томаса. Поэтому именно на теле Ребекки Ристи было меньшее количество ножевых ранений. У него изначально не было мыслей убивать её, а Роберт считал, что она может проговориться. Томасу нужно было выпускать пар. А отношение его к женскому полу было, мягко говоря, нехорошим. Воспитательницы могли издеваться. Мужская компания в приюте плохо сказалась на нём. Поэтому молодые беззащитные девушки — лёгкая мишень. А чёрная роза — знак некой мести за проведённые годы в приюте. Где их изготавливали, непонятно, но, скорей всего, Дикли заведует этим. Кстати, Билл, помнишь наш поход в клуб?
— Как забыть такое, — буркнул парень.
— Томас помогал какой-то раненой девушке выбраться вместе с нами, а потом мы разъединились. Рядом произошло очередное убийство. Скорей всего, это была она. Отвёл подальше и нанёс кучу ножевых ранений. А я даже не взглянул на её лицо, поэтому сложно что-то сказать теперь. Ну, а затем, когда я решил поехать на место бывшей лаборатории, Роберт приказал Томасу отправить нашего робота проследить. Дикли не был уверен, что там не осталось никаких улик, и, если что, нужно убить меня. Проблема в том, что Лора эта не того типажа робот, поэтому и не удалось ничего. Так у меня и появились зацепки на парня. А сегодняшним днём он сам полностью раскрыл себя. Ещё утром, мне показалось, что человек, похожий на Томаса, заходит в одно из зданий в больнице раньше намеченного нам с ним времени. А когда произошла смерть женщины, всё сошлось. Ну, и разговор с полицейским. Тот своим видом всё раскрыл. Ни он, ни Роберт не знали о существовании мужчины, который не умер в тот день. Дикли считал, что все погибли, но на самом деле тогда отравили сына Стива Маршала, которого звали точно также. Вот и всё. Просчёт. Когда мужчина начал говорить о приюте, Томас просто перестал нормально реагировать. А, увидев, как я на него смотрю, совсем поплыл. Не смотря на свою невозмутимость, малейший толчок в сторону, изменение в его безупречном плане, и всё рушится. Фундамент, на самом деле, слишком хрупок. И парень сразу сломался.
Наступила небольшая пауза. Джон, видимо, немного устал говорить, но, при этом, выражение лица его было довольным.
— Знаете, у меня складывается впечатление, что наши враги не такие уж расчётливые и умные. Я права? — сделала неожиданное заключение Джилл.
— Прямо мои мысли читаешь, — улыбнулся Джон. — В особенности Роберт Дикли. Он только кажется умным и хитрым. На самом деле они с Томасом очень глупы и наивны. Поэтому Роберт и не может додуматься, что прятать фотографию в собственном доме опасно. До конца не проверили, что все свидетели о приюте умерли или под их контролем. Дикли до сих пор уверен, что выйдет безнаказанным.
— Джон, но ты ведь понимаешь, что наши доводы пока слабы. Показания двух больных мало что дают стопроцентного. А уж про Томаса я молчу. Нет доказательств его причастности к убийствам. К Роберту я могу уже многое приписать и серьёзно продвинуть своё дело. Но с твоим сложнее, — заявил Питер.
— Вот тут мы и переходим к финалу. Так, Билл, рассказывай, что ты видел сегодня в здании парламента?
Парень словно почувствовал себя главной звездой, когда все взгляды оказались на нём, и впервые почувствовал гордость. Но суровое лицо Джона быстро его отрезвило.
— Как вы и просили, я исследовал всё, куда мне можно было зайти. Здание очень огромное. Хоть кажется, что оно старое, но внутри сделано всё по-современному. Там вместо этих лифтов, которые везде уже используют, специальные летающие мини-машинки или что-то типа того. Короче, они рассчитаны на одного человека, в них садишься, и они тебя отправляют в любую точку здания, так как у них нет определённого маршрута. Но большинство людей всё равно ходят пешком. Охраны хватает, причём, процентов 70 — это роботы. Не последних моделей, но такие специального назначения. Помимо главного входа есть ещё четыре запасных. Они расположены в разных углах здания, и к ним всем ведут отдельные лестницы со всех этажей. Там я охраны не увидел, двери просто закрыты.
— Сколько по времени там обычно идут собрания? — спросил Джон.
— Да по-разному. Отец говорил, что в среднем 2-3 часа.
— А уходят оттуда сразу все, или частями?
— Обычно небольшими группами, чтобы не создавать толчею.
— А ты был в главном помещении?
— Нет, туда мне нельзя. Знаю про него лишь то, что там несколько входов, есть небольшой балкон, правда там, вроде бы, никто не сидит никогда.
— Что вообще скажешь по этому месту? Какова вероятность, что там легко убить человека?
Этот вопрос всех невероятно удивил и даже испугал.
— Думаю, если всё правильно сделать, то вполне реально. Там нет такой сильной бдительности охраны и большого количества камер. Много мест, где можно на время спрятаться. Почти вся охрана находится на первом этаже. Можно будет потом затеряться в толпе, — ответил Билл.
— Джон, что ты имеешь под этим всем? Что ты придумал на этот раз? — Питер не понимал, к чему рассказ Билла.
— Я уверен, что завтра случится ещё одно убийство. Помнишь Вирджинию Браун? Глава координационного совета. Думаю, завтра Томас, по приказу Роберта Дикли, убьёт её.
— С чего такая уверенность?
— Она копает под него, не верит ему и считает, что он явно не только
