Всё время забываю. Гули! Гулям нужен белок и органические кислоты из плоти живых, вы не можете без постоянного потребления мяса.
— Есть такое дело. И?
— Ну что ещё за «И»? Техногоблин не может без ци. Сам не вырабатывает, а он необходим. Вот мы и стали зависимы от ци.
— И?
— Я тебя сейчас ударю чем-то тяжёлым и краеугольным, Леонид!?!! Ты понял, что ци нам нужен?
— Да понял я. И из-за этого вида энергии, которые вырабатывают живые, ты и брался за заказы, вроде заказа того маркиза?
— Чудесно, как ты догадался? — выдохнул он.
— Дедукция… считай, что это мой системный навык. Ты когда доберёшься до истории про сраного кагана? Ему ты тоже задолжал ци?
— Ну да, я брал в долг деньги, кое-какие магические приспособления, магические кристаллы и ци, пытался решить эту техническую проблему… Понимаешь, обидно, но зомби, в том числе гули, не вырабатывают ци, это вроде как энергия живых, но и без него отлично себя чувствуют.
Солнце садилось.
Мне не хотелось остаться в горах на ночь, по той простой причине, что ночевать придётся в вонючей, в буквальном смысле этого слова, пещере.
— Ну, всё понятно.
— Спросишь, сколько я должен? Ругать будешь? — съежился гоблин.
— Да твой гоблинский бог тебе судья, — рассмеялся я. — Погнали к кагану, разруливать. Где тут ближайшая электричка?
— Чего?
— Как добраться до столицы, говорю?
— На восток, через Чаяшидол. Это тракт между восемью провинциями. Примерно три дня караванами до приозерного города Хазур-Ран, столицы.
— Погнали, — встал я и хрустнул позвонками. — Это между теми горами? И далеко? Сбегаю блинками, потом открою до этой площадки портал.
— Не нужно, — отмахнулся он. — У меня есть налаженный канал переброски. Только что нам делать там, на тракте, ночью?
— Пожрём, — я постарался говорить натурально, чтобы не показывать, что не столь важно, что мы будем делать хрен знает в каком поселении, важнее что не придётся ночевать в этой загаженной берлоге в толще местной скалы.
— Ну, только если ещё и выпьем, — неохотно рассуждал гоблин. — Становись вот там, нет, левее.
Он и сам остановился рядом, потом достал какую-то металлическую приблуду и нажал на боковую кнопку. Между камней загорелся светящийся узор, возник поток ветра, от которого захотелось чихнуть и мы оказались в совершенно другом месте.
Было темно, вдалеке завывали собаки или какие-то их местные родственники и не факт, что одомашненные.
— Мы найдём тут трактир или что-то такое?
— До городской стены ещё полчаса хода, потом дадим взятку охранникам, только не больше четырёх деньё. И даст У, поищем постоялый двор.
Я приобнял гоблина и совершил блинк, потом ещё один и ещё несколько подряд. Мой спутник первые секунды трепыхался, потом от моих постоянных перемещений у него голова пошла кругом, и он только ругался.
Вообще крепостной стеной это архитектурное чудо было назвать крайне трудно. Высотой около двух метров, слепленное из глины и камней, мне даже было бы боязно спросить, что выступало в качестве соединительного раствора, покосившееся и с трещинами, оно даже уведомило меня что тут есть запрет первого уровня на применение сквозной пространственной магии.
То есть меня такая штука не удерживала даже и близко.
Я осторожно поставил гоблина на землю, он с раздражением отмахнулся от моих рук и часто-часто дышал.
— Это оскорбление, буллинг и абьюз, мёртвый человек! — с трудом процедил он.
— Чего? Земной телевизор учит тебя плохому.
— Ну а как мне воспринимать то, что ты не преминул напомнить мне, что ты сильнее, выше и тяжелее, а, питекантроп?
— Да блин, Джим, ну как мне тебя таскать? В рюкзаке? Если не против, могу помещать тебя в инвентарь.
— Ты опять нихера не понял! По-твоему, засунуть меня в сумку это не оскорбительно?
— Ладно-ладно, не кипятись. Забыл спросить, а в твоём гоблинском городе как будут реагировать на меня в человечьем обличии.
— Нормально будут, это же тракт. Вполне естественно, что большая часть обитателей моего мира — гоблины, это же гоблинский мир. Но у нас есть люди и орки, хобгоблины, гноллы. Эльфов с гномами увидишь редко, они нас недолюбливают, живут замкнутыми анклавами. Кроме того, есть метисы всех вариантов и вообще существа вне классификации, которых нельзя уложить в рамки какой-то одной расы. Но, врать не буду, тут таких не любят. За пределами трактов, чтобы ты понимал, терпимость к чужакам не водится.
— То есть и людей не любят, в глубине души?
— Нет, может я чуть сгущаю краски, орки и люди же дикие, близки к природе, близки к гоблинам, хоть и примитивнее. Короче к вам будет терпеливое отношение. А вот эльфа наверняка камнями закидают.
— Расскажи историю своего мира.
— Я тебе что, историк? Не знаю я. В детстве меня тренировали чтобы, когда ублюдки из степного Тунн приведут мумаков, иначе называемых олифантами, бросаться под них с факелом и примотанной бутылью смеси горной нафты, серы и гугийского масла. Не знаю я. Говорят, когда система ещё не пришла к нам в мир, тут уже жили человеки и тролли. Мало, королевств у них не было, они были редкостью. А потом… Спроси у кого другого!
Тем временем Джим уверенно вёл меня по какой-то извилистой улочке между глинобитных домишек. В какой-то момент мы вынырнули и оказались на широком проспекте возле большого, огороженного забором из жердей здания, около которого были привязаны десятки разномастных лошадей, худосочных яков, осликов и прочих копытных.
— Пошли, ещё не поздно, должны быть места за столами, — нахмурился техногоблин.
Глава 19
Постоялый двор
Дул пряный, остывший к вечеру, но всё ещё со следами дневного жара ветер, который нёс пряные запахи местной степи.
Огромное низкорослое здание — душное, жаркое, с терпким запахом, слабо освещенное, встречало нас как усталых путников с тракта.
Здание было построено из грубо обработанных брёвен, щели между которых были замазаны белой глиной, некоторая часть замазки выветрилась от времени.
Архитектура как таковая у гоблинов, по моим наблюдениям, отсутствовала. Простое приплюснутое и большое по площади здание с двускатной крышей. Переходы между зданиями выстелены бревенчатыми настилами. Вероятно, тут бывает не только пыльно, но и грязно.
Лёгкие двустворчатые двери скрипнули, впуская нас в полутьму помещения.
Десятки столов, которые, как мне кажется, стоят бессистемно. Под потолком несколько светильников, которые
