— Ничего, — говорил Телль, решительно отправляя за борт воду.
До утра у него сил хватит. А там их увидят, помогут.
Издалека со стороны моря послышался рокот мотора. Телль приподнялся. Пробежавший по воде луч прожектора врезался в глаза.
— Эй, на лодке, какого вы сюда заплыли? — вдруг раздался резкий голос громкоговорителя.
Телль ждал, что судно подойдет к ним, но звук мотора не приближался. Прожектор застыл на них с Ханнесом.
— Похоже, вам и впрямь помощь нужна! — отчетливо произнес кто-то сзади.
Обернувшись, Телль увидел над самой водой свет плывущего в их сторону фонаря. Фонарь висел на носу лодки, где, насколько понял Телль, был один человек. Как только та лодка подошла совсем близко, луч прожектора погас. Человек поднял фонарь, и Телль узнал старого рыбака, который обычно приходил из моря после остальных. Ханнес всегда ждал его лодку. Когда она причаливала к берегу, это означало, что вернулись все.
— А, это вы, — рыбак тоже узнал мужчину с мальчиком, каждый день смотревших на стоянке, как разгружаются лодки. — Что ж вас угораздило на ночную прогулку-то?
Поставив фонарь, он ухватился рукой за борт лодки Телля и подтянул к ней свою.
— Давай малого сюда.
Дрожавший от холода Ханнес никак не мог снять с себя спасательный круг. Телль стащил его с сына, поднял Ханнеса и передал рыбаку. Тот осторожно положил мальчика в свою лодку, сразу накрыв курткой.
— Лезь, — повернулся старый рыбак к Теллю. — Ток весла с кругом захвати.
Когда Телль перебрался к нему, рыбак взял фонарь и наклонился к тонувшей лодке.
— Понятно, — он легонько оттолкнулся от нее веслом. — Сами взяли или кто посоветовал?
— Купили, — ответил Телль, обматывая своей курткой ноги сына.
— Ясно, — бросил старый рыбак и стал запускать мотор.
***
У берега, на краю дороги, по которой Телль с Ханнесом каждый раз спускались к морю, их ждала машина "скорой помощи". Пока врач осматривал мальчика, рыбак развел костер.
— Пусть здесь и посидят. Ногами к огню, — подошел к нему фельдшер. — Все нормально у них. Ноги только промочили.
— А как же переохлаждение? — взглянул на него рыбак.
— Это из-за мокрых ног-то? Ну, заболеют если, — фельдшер поднял брови и повторил, — если заболеют — то тогда уж к нам. А так мы сейчас все, что нужно, сделали.
Телль принес к костру из "скорой" закутанного в куртки сына. Ханнес спал. Взяв несколько веток, Телль положил их в огонь.
Посмотрев вслед тяжело поднимавшейся по дороге машине с медиками, старый рыбак покачал головой.
— Другого от них не ждал, — произнес он и отправился на обрыв собрать еще веток.
Глядя на пламя, Телль думал, что было бы неправильно, если бы для них с Ханнесом все закончилось здесь. Ханнес должен увидеть мать. И Фина должна дождаться сына. Сам Телль скучал по ней, ведь он до этого только раз за все прожитые вместе годы надолго расставался с женой. Тогда Фина пыталась спасти Марка.
— Они приехали сейчас, потому что их вызвали пограничники, — сложив ветки, старый рыбак опустился по ту сторону костра. — А когда у меня жена слегла, я их до ночи звал. Каждый час ходил к ним. Мне говорили, что никого нет, все на вызовах, ждите. Потом я узнал, что всех врачей просто отправили по участкам — это было как раз перед выборами. А у нас на участке не было тогда своего врача. Не дождались мы никого.
Рыбак махнул рукой. По грубым заплатам на его штанах, швам на свитере Телль понял, что зашивать одежду старику приходится самому.
— Моей жене врачи спасли жизнь. И сыну, — накрыв Ханнеса получше, Телль добавил: — Другому сыну.
Старый рыбак пожал плечами. Потом он принес с лодки мешок, вытащил оттуда флягу и протянул ее Теллю.
— Вода, — сказал старик.
Пока Телль пил, рыбак не спускал с него глаз.
— Вы Нинины? — спросил он, забирая воду.
— Что?
— У Нины живете?
— Да.
Старик одобрительно кивнул.
— Она хорошая, — помолчав немного, он продолжил: — Одна сына подняла. Муж от нее ушел, когда сын был еще совсем маленьким. Поехал искать работу в большой город. Больше о нем ничего не слышали. Нина долго ждала его. Брала сына на руки, выходила к дороге и стояла.
Рыбак повернулся к морю.
— Что вас туда понесло-то?
— Уплыть хотели, — признался Телль.
Старик нахмурился. Отец мальчика не шутил.
— Тогда вам повезло. Вы живы.
Телль с досадой бросил ветку в огонь. Им бы повезло, если бы они с сыном добрались до другого берега. Теперь же — ему жить, а Ханнесу… Выход тут только один…
— Поможете нам отсюда уплыть? — решился Телль.
Старый рыбак безнадежно покачал головой.
— Нельзя отсюда уплыть.
— Мне сына спасать надо, — просил Телль.
Рыбак подошел к Ханнесу.
— А что с ним? — наклонился он над спящим мальчиком.
— Он не слышит.
— Понятно, — с сочувствием сказал старик.
Подкладывая в костер ломающиеся в руках ветки, он смотрел на пламя и думал.
— Нет, — после долгого молчания ответил рыбак.
Телль видел, что старику непросто далось это слово.
— Мне не жалко. Мне и терять нечего, я один. Но вы… Мы просто не доплывем. Мне ваша жизнь не нужна.
К их костру бежала по дороге хозяйка. Рыбак поднялся ей навстречу.
— Нина! Вот, вышел пораньше, а тут твои, — показал старик рукой на Телля и Ханнеса.
— Нашла вас наконец, — остановившись, хозяйка наклонилась, чтобы отдышаться. — Как вы? Что с мальчиком?
***
Ханнес проснулся ближе к обеду. Он лежал у себя в постели, под двумя одеялами. В ногах кололо и щекотало. Ханнес вытащил их — они оказались в теплых шерстяных носках.
Отец сидя спал на своей кровати, откинувшись к стене.
— Папа, — позвал Ханнес.
Телль вскочил, но увидев, что у сына все в порядке, опустился обратно на кровать.
— Как ты, сынок? Ты бы не вставал.
Сев на стуле возле Ханнеса, Телль потрогал ему лоб.
— Да все хорошо! — улыбнулся сын.
— Я вижу, — согласился Телль.
— Есть хочется, — потянулся Ханнес.
Проснувшаяся поздно хозяйка не успела сделать им завтрак, сразу поспешив на работу. Разогрев сковородку, Телль поджарил лук и залил его яйцами. Съев тарелку, сын попросил еще. Телль поставил перед ним свою половину яичницы.
— Нет, это твое, — покачал головой Ханнес, отодвинув тарелку отца.
— Ешь, я еще сделаю.
— Тогда я помогу.
Сын начал было чистить лук, но вскоре уже ничего не мог видеть из-за слез и рези в глазах. Телль подвел Ханнеса к раковине. Включив воду, он стал умывать сыну лицо.
— Сам! — недовольно крикнул Ханнес.
Телль затрясся от смеха. Когда у Ханнеса все прошло, в его тарелке была новая яичница.
Поев, сын пошел в комнату. Телль стал убирать со стола и мыть посуду. Вернувшись, он увидел, что Ханнес смотрит в окно на улицу.
— Папа, — тихо позвал сын.
Подошедший Телль опустился перед ним на корточки.
— Давай сегодня далеко не пойдем, — предложил сын.
— Я думал, мы вообще проведем день дома, — удивился отец.
— Нет. Когда я еще увижу море?
Слова эти поразили Телля. Он готов был броситься к сыну, схватить его и унести далеко-далеко. Но Телля хватило лишь на виноватую улыбку. Похлопав сына по плечу, он отправился готовить обед к приходу хозяйки. Все же, она ночью сбилась с ног, разыскивая их.
Хозяйка пришла немногим позже обычного. Спросив, как мальчик, она принялась доставать на стол пузырьки, таблетки, горчичники.
— На всякий случай, — объяснила хозяйка.
Заметив на плите кастрюлю со сковородкой, она осторожно приподняла их крышки.
— Что там у вас получилось?
То ли жареная с луком картошка была действительно такой вкусной, то ли просто хозяйка давно не пробовала еду, приготовленную не ею самой, — ела она с удовольствием.
— Ну, уж посуду давай я помою, — медленно поднявшись из-за стола, хозяйка стала складывать в раковину тарелки.
— Нина, — Телль впервые назвал ее по имени. — Мне нужно спасти сына. Помогите нам уплыть отсюда.
