Горный лев улегся к ней на колени передними лапами и грудью и ненадолго замер. Он прижимался к Диане гибким, теплым телом. К ее обнаженной груди. Диана чувствовала быстрое, сильное биение его сердца. Она повернула голову вбок, ища успокоения и защиты у Хранителя Звезд.
Их губы оказались совсем рядом… и Хранитель Звезд прошептал:
— Он оставляет на тебе свои метки, как домашняя кошка. Пропитывает тебя своим запахом. Ты становишься его другом. Не беспокой его, и он не причинит тебе вреда.
Но даже Хранитель Звезд испугался, когда большой кот, отодвинувшись наконец от Дианы, медленно повернулся, посмотрел на девушку и разинул огромную пасть. Но Хранитель Звезд сумел скрыть страх и спокойно прошептал прямо в полуоткрытые дрожащие губы Дианы:
— Если кугуар возьмет в пасть твою руку, не пытайся ее выдернуть. Наоборот, просунь ее глубже. Если сделаешь так, он оставит тебя в покое.
— О Боже… — прошептала она наконец, запинаясь. — Помоги мне! Я так боюсь!
Не отрывая взгляда от горного льва, Хранитель Звезд тихо сказал:
— Я рядом. Все в порядке. Он хочет взять твою руку. Позволь ему это сделать. Не дергайся.
Огромный кот, громко мурлыкая, снова подошел к Диане. Он опустил голову и мягко стиснул зубами руку девушки. Ей пришлось сделать нечеловеческое усилие, чтобы совладать с собой и не выдернуть ладонь из кошачьей пасти. Но она не шевельнулась, потому что теплые губы Хранителя Звезд, прижимавшиеся к ее холодной щеке, шептали утешающие слова, наставляя ее… Диана посмотрела в золотистые глаза кугуара и медленно продвинула руку глубже в огромную пасть, ожидая, что сейчас услышит треск собственных костей и увидит, как ее рука будет отрезана острыми зубами…
Но горный лев в ту же секунду отпустил ее.
Еще мгновение-другое он стоял рядом, глядя на Диану, и где-то в глубине его горла нарастал угрожающий рык. Но вскоре рычание умолкло. Кугуар повернулся, снова потерся о грудь и бока Дианы. А потом, к окончательному ужасу девушки, растянулся рядом, положил голову ей на колени и тихонько замурлыкал, словно прося, чтобы его приласкали.
— Мне погладить его? — шепотом спросила Диана.
— Да, — тихо ответил Хранитель Звезд, и его руки ободряюще сжали девушку. — Очень медленно, очень осторожно.
Диана подняла дрожащую руку, только что побывавшую в пасти льва. Нерешительно положила пальцы на большую львиную голову и мягко погладила — точно так, как погладила бы невинную домашнюю киску… И свирепый горный лев откликнулся на ласку точно так же, как его домашние собратья.
Он склонил большую голову, выгнул шею и закрыл золотистые глаза, мурлыча от удовольствия.
— Посмотри… — прошептала Диана, нервно улыбаясь. — Посмотри на него…
— Да, ему это нравится, — тихо шепнул в ответ Хранитель Звезд. — Он знает, что теперь ты принадлежишь ему, и наслаждается лаской.
Диана продолжала поглаживать большого рыжеватого кугуара, а он лежал с закрытыми глазами, вытянув лапы, и его мурлыканье становилось все ниже, громче. Наконец, как и домашняя кошка, наскучив проявляемым к нему вниманием, зверь внезапно поднял голову, вскочил и пошел прочь по пышной зеленой траве. Через секунду он уже исчез в лесу.
Диана испустила длинный и громкий вздох облегчения, без сил привалилась к груди Хранителя Звезд и спросила:
— Откуда ты знаешь так много о диких кошках?
— Я сам наполовину дикий кот, — сказал он, и на лице мелькнуло нечто вроде улыбки.
— Да, в это я могу поверить, — согласилась измученная Диана, ожидая, когда же ее сердце начнет наконец биться нормально.
Опасность миновала, и постепенно Диана осознала, в какой позе они находятся и что оба они почти полностью обнажены… Диана, внезапно охваченная неуверенностью, почувствовала, что от индейца исходит грозная сила желания, и обхватила руками голую грудь.
И совершила большую ошибку, когда оскорбительным тоном заговорила с человеком, только что спасшим ей жизнь:
— Уйди отсюда! Не смей ко мне прикасаться! Я не позволю тебе воспользоваться ситуацией, просто потому…
Но ей не удалось договорить.
В следующее мгновение Диана уже лежала на спине, а ее руки были вскинуты вверх и прижаты к траве ладонью краснокожего. Темное разгневанное лицо индейца находилось в нескольких дюймах от лица Дианы, его широкая грудь прижималась к обнаженной груди Дианы.
— Ты очень глупая женщина, Красавица, — сказал он, и в его глазах сверкнуло ледяное бешенство. Свободной рукой он сжал щеки Дианы, приблизил губы к ее губам и ровным, необычно звучащим голосом сказал:
— Тебе следует всегда помнить, что мужчины — даже индейцы — не слишком отличаются от котов.
Глава 23
Диана была ошеломлена. Утратив дар речи, она уставилась в пылающие черные глаза индейца, почти физически ощущая горящую в них ненависть. Ее руки по-прежнему оставались прижатыми к земле, а пальцы индейца сжимали ее щеки и подбородок. Диана тревожно ожидала яростного вторжения, искусного поцелуя, понимая, что сейчас она совершенно беспомощна. Она не сможет сопротивляться.
Диана дрожала, инстинктивно чувствуя, что, если индеец пожелает пойти дальше властного поцелуя, она не сумеет остановить его.
И она совсем не была уверена, что захочет его останавливать.
Хранитель Звезд всматривался в прекрасное испуганное лицо, и его сердце билось так же сильно, как сердце Дианы. Он не мог отвести взгляда от ее полных, соблазнительных губ, и его одолевали ужасные, мрачные, но все равно приятные мысли.
Он был во сто крат сильнее заманчиво чувственной женщины, лежавшей под ним. Она не сможет даже пошевелиться, если он ей этого не позволит. И она была почти обнажена, так же, как и он. Она отчаянно боялась его, и ее физически тянуло к нему; это он отчетливо видел.
Она попалась. Готова была подчиниться ему.
Она была испугана и зачарована.
Здесь, в высоких горах Шангода, они находились в десятках миль от цивилизованного мира. Совершенно одни. Никто не сможет помешать ему, вздумай он сорвать ее тонкие шелковые штанишки, начни он целовать ее бледное, нежное тело. Никто не ответит на ее призыв о помощи, если он захочет взять ее силой…
Хранитель Звезд вдруг с тревогой осознал, что он почти так же зачарован и беспомощен, как Диана. Его сковали цепи желания, они крепко держали его… Один лишь запах этой женщины, ощущение ее тела отравили его, сделали слабым и беззащитным. Он знал, что ему следует отпустить ее. Сознание боролось со страстью, и страсть, похоже, побеждала, чего никогда не случалось прежде…
Хранителя Звезд охватила сильная дрожь.
Самоконтроль всегда был такой же неотъемлемой частью его существа, как угольно-черные волосы, гибкое тело… Ни разу за все свои тридцать пять лет он не опускался так низко, чтобы взять женщину силой. Одна мысль об этом вызывала у него отвращение.
