Дальше события пошли, как часто идут. Века на дворе так себе – средние, и если наследнику престола понравилась красивая фрейлина его собственной супруги, даже у супруги, считайте, нет права голоса. Инеш ди Каштру становится возлюбленной принца, причем без всяких злоупотреблений служебным положением, тогда так же мало наказуемых, как и сейчас, – как говорят в наших краях, оба так хотели, что аж пищали! Бывает, скажете вы, более того, редко бывает не так. Все равно корону должен наследовать Фернанду, сын законной супруги. Правда, не дал Бог зажиться ей на этом свете: умерла совсем молоденькой. Ну так даруй ей, Господь Бог и Дева Мария, вечный покой на Небесах, но ведь сказать, конечно, страшно, а на язык так и лезет: «Все хорошо! Наследник престола есть, дама сердца у принца есть, не будет шляться с кем попало. Следующая жена будет вынуждена снова терпеть…»
Бедная Констанция пыталась хоть что-то делать в этой непростой ситуации. Когда родился ее первый сын, принц Луиш, просила она Инеш ди Каштру быть крестной матерью, стать ей и мужу кумой. Ведь считалось, что грешить с кумой – страшный грех. Но явно не всеми так считалось – в «Декамероне», я помню, Боккаччо говорит, что кума на Небесах и за грех-то не считается. Поскольку я знаю, что в нашем народе мнение примерно такое же, что хорошо иллюстрируется поговоркой «Плоха та кума, что под кумом не была», я не удивляюсь, что не помогло это и принцессе Констанции. Но, в общем, вечная ей память. Чего потом было волноваться-то?
А поводов для волнения у короля Афонсу, оказывается, много. Принц Педру, вот какая штука, жениться в очередной раз не собирается совершенно. «И не просите. Хотите, чтобы я женился? Нет проблем. На Инеш ди Каштру – хоть сию секунду. А-а! Раздумали? Ну, как хотите…» Законный наследник дона Педру – ребенок слабый и болезненный, не о престоле думать с таким здоровьем. А поскольку о планировании семьи в Средневековье знали слабо, у Инеш ди Каштру регулярно рождаются от принца дети – здоровые ребята, толковые и шустрые, готовые наследники для престола, если вдруг с принцем Фернанду что-то случится. И все мрачнее думы старого короля Афонсу. Шесть его великих предков крепили независимость Португалии от Кастилии. Неужели он, седьмой, все растранжирит из-за этой испанки? Не вселяли оптимизма ни ее беспокойная родня, ни ее кастильские друзья. Независимость Португалии, по представлению дона Афонсу, повисла на волоске, и с каждой встречей дона Педру с любимой женщиной любовь эта становилась все крепче, а волосок – все тоньше.
Как же старый король пытался разрешить династический кризис? Отдайте должное храброму вояке: сначала он пытался решить все добром. Поговорил с сыном, и не раз и не два, – не стоит ли жениться, родить еще наследников, укрепить династию? Но тут все шло по уже накатанной колее. Какая проблема, отвечает сын, женюсь с удовольствием. И невеста на примете есть, знатная испанская дворянка, при дворе принята. Лучшая подруга моей покойной супруги, спаси ее Господь. И проблем с наследниками не будет. Чем тебе, папочка, Инеш ди Каштру не нравится? Ну, не королевского рода, так это дела у нас на Пиренеях не такие уж небывалые! Ах, не хочешь? Тогда и я – не хочу! Ни на ком другом не женюсь, так и буду пребывать в холостяцком состоянии. Как вы понимаете, давая ответ, дон Педру был уверен, что холостяцкое состояние у него останется весьма условным. С супругой он жил так себе, да и с той, что была у него до нее, Бланкой Кастильской, тоже не очень – по государственным соображением женили, по государственным и развели. Поскольку вряд ли меня сейчас читают короли или принцы, предполагаю, что никто из моих зрителей и слушателей никогда не был вынужден любить по государственным соображениям. Может быть, по деловым и финансовым? Почти то же самое… Как вы думаете, это хорошо? Доставляет удовольствие?
А вот с Инеш ди Каштру у Педру все было хорошо! Они искренне нравились друг другу, жили дружно, общались прекрасно, чтили, любили и уважали друг друга. Все было хорошо, только вот малость документы подгуляли – в графе «социальное происхождение» написано «из дворян», а не «из королей». Как вы понимаете, влюбленному принцу это совершенно бим-бом! Около города Коимбра он строит для своей любимой специальный дворец, где в основном время и проводит. Все довольны, кроме, может, Господа на Небесах. Знаете, существует версия, что и Он ничего против не имел. Говорят, что прямо сразу после смерти Констанции в маленькой сельской церкви дон Педру и Инеш ди Каштру тайно поженились. Они были люди четырнадцатого века, и слова «Бог» и «грех» были для них не пустым звуком. Кстати, это могло быть еще одной причиной того, что принц Педру категорически отказался заключать другой брак… Двоеженец – куда больший грешник, чем прелюбодей.
А что же окончательно ожесточило сердце старого короля дона Афонсу? Испанского влияния боялся? Почему-то сына на испанских принцессах женил раз за разом! О морали заботился? Так поженил бы влюбленных, к общему удовольствию. Не понять, и логичного объяснения в литературе не видно, так что пришлось выработать свою версию. Нигде ее не видел, но считаю ее вполне вероятной. Дело было в доне Фернанду, законном внуке, слабом ребенке, у которого никакого защитника, кроме деда, и не было. Он чувствовал себя перед ним обязанным и хотел защитить его любой ценой. Да, знаем, знаем, наши внуки – естественные союзники, «ибо они враги наших врагов»! Но не до такой же степени! Ведь, в сущности, Фернанду прекрасно жил после смерти матери довольно много лет, и ему ничто не угрожало. Впрочем, что мы знаем о тайнах средневековых дворцов, особенно в романтичном и жестоком четырнадцатом веке? Факт один: король решил действовать! Было три советника, которые уговорили его больше не ждать, пока все рассосется… Звали их Дього Пашеко, Алваро Гонсалвеш и Перо Коэльо. Именно они холодным утром 7 января 1355 года сели на коней и отправились в замок Инеш ди Каштру, чтобы решить проблему так, как решал такие проблемы один тиран будущих времен: нет человека – нет проблемы.
Дальнейшие события и история, и легенда описывают практически одинаково. Король вошел в покои Инеш, чтоб потребовать ее покорности или смерти, – и ушел, ничего не сделав! Известная картина Карла Брюллова явно написана под влиянием одной из версий происшедшего – прекрасная Инеш умолила короля пощадить ее. Есть и другая версия – что она мужественно отказалась покинуть принца и грозила Португалии страшными бедами, если ее попытаются удалить от дона Педру насильственно. Она была права – но кто это тогда знал? В общем, король решил ее пощадить, повернулся, вышел из ее покоев и собрался покинуть замок, не совершив задуманной им глупости и мерзости. Практически можно было вздохнуть спокойно – все обошлось!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
