— Приятно, что ты, Никита, смотришь на мир не через розовые очки, — расслабленно опустил плечи Данила. — Нужно быть практичным человеком, независимо от своего положения. И ценю твою хватку. Это я намекаю на демона. Молодец. Не поддался на уговоры Тэмико.
В красивых глазах молодой женщины сверкнули черные молнии, но она не спешила говорить.
— Такой вариант был самым логичным, мой муж, — все же ответила она с кротостью в голосе. — Ты выиграл. Но в перспективе я предупредила Никиту, что буду следить за действиями твари. Стоит упустить контроль за ней — появится новый инфернальный пробой, через который преисподняя захочет вырваться наружу. Вы же не хотите получить на Руси Врата из нижнего мира?
Никита с Данилой энергично замотали головами. Воевать с разбушевавшимися демонами им не хотелось. У каждого в голове складывались свои перспективы и надежды на будущее, а чертовы твари здесь совершенно не нужны. Только мешать будут.
Боровичи, ноябрь 2011 года
— Повелением Великого Князя Тверского и Московского, государя Руси за оказанные услуги и высокую степень доверия дворянин Назаров-Анциферов Никита Анатольевич получает почетный дворянский титул барона с правом передачи сего по наследству, — с выражением прочитала Настя главную новость, уткнувшись в экран телефона. — А также с получением родовой усадьбы в Черном Бору. Ой, а это недалеко от нас! Ани, вот выйдешь замуж за Никиту, станешь баронессой, владелицей собственных земель!
— Дурочка! — вспыхнула Анита, оторвавшись от учебника. Через два дня сестрам предстояло вернуться в Москву для продолжения обучения. Смуту свели на нет, город основательно зачистили, выслав из него несколько крупных боярских родов и десятки мелких вассальных. — Почему бы тебе не примерить на себя сей достойный титул? Вот скажу «братику», чтобы тебя замуж взял, болтушка! Почувствуешь на себе все радости супружества!
— Зря ты так пыхтишь, — подняла голову младшая сестра. — В этом альянсе есть что-то интересное. Заодно защитишь не только себя, но и меня. В конце концов этот Назаров весьма привлекательный молодой человек.
В разговорившуюся Настю полетел тапок, от которого говорливая девица увернулась со смехом.
— Ты бы лучше не политикой занималась, а готовилась к отъезду, — Анита зарделась и отложила учебник. Внимательно посмотрела на голую ступню, с которой сорвала тапочек. Странное дело: затянувшиеся каникулы выбили из колеи, отчего не хотелось ехать в Москву, а остаться здесь и узнать, чем закончится дело с передачей наместничества. Дед намекал, что после получения титула Никита сразу же возьмет под свое крыло и Боровичи. По крайней мере, уже второй день местное боярство ворчит, ожидает больших перемен.
Послышались тяжелые шаги. В гостиную вошел дед и его лицо мгновенно разгладилось, рассмотрев идиллическую картину. Внучки сегодня дома, никуда не убежали. А то в последние дни местные молодые дворяне осаждали усадьбу Анциферовых, пользуясь моментом для укрепления знакомства. Главы Родов делали вид, что хотят обсудить с наместником городские проблемы, а сами навязчиво сворачивали разговор на тему будущего девушек. Есть ли у них нареченные, или они до сих пор свободны от обязательств?
Петр Григорьевич сначала посмеивался, а потом вынужден был наорать на идиотов, что приедет новый наместник и сам все решит.
Настя, увидев деда, вскочила и помогла ему дойти до кресла. Помассировала плечи и колени, вызвав у Анциферова улыбку.
— Что без вас делать буду, дочки? — ласково поглаживая голову Насти, которая присела на подлокотник и прижалась к деду, спросил Петр Григорьевич. — На Коловорот приедете, небось?
— Если нас не привлекут к каким-нибудь праздничным мероприятиям, — задумалась Анита. — Обычно отпускают всех, но после мятежа и сдвига занятий могут произойти изменения.
— Сократят каникулы — вот и все дела, — фыркнула Настя.
— Ладно, что Алешка с ребятами остался в Москве, — кивнул дед. — Они вас встретят. Озаботил их уже. Сказал, чтобы сюда не приезжали.
— Сами поедем? — удивилась Анита.
— Мишка отвезет. Путь знакомый, — хмыкнул Анциферов. — Ладно, пустое все. Завтра Никита приезжает с волей княжеской. Передаю ему наместничество и Черный Бор в отчину.
— Ну и дела, — протянула Настя после недолго молчания. — Неужели Назаров и в самом деле станет наместником? С одной стороны, хорошо. Мы его знаем.
— А что с другой стороны? — язвительно спросила старшая сестра.
— С другой стороны новые порядки начнутся, вот что! Куда дедушку? На свалку? Он же всю жизнь здесь прожил! Это почти родовое поместье!
Настя разволновалась, выплескивая в эфирные пространства волны негодования и разочарования. Старик же улыбался, глядя на раскрасневшееся лицо внучки. Красавица…. Взяла лучшие черты отца и матери. Но горяча излишне, что не совсем хорошо. Покладистых девушек лучше в чужом роду привечают.
— Мы уже договорились с Никиткой, — остудил Петр Григорьевич пыл Насти. — Он занимает подворье, а я уезжаю в Черный Бор вести хозяйство. Буду навроде управляющего. Вы же остаетесь здесь как члены Рода Назаровых-Анциферовых. Все-таки это ваш дом.
— В качестве жен? — язвительно спросила Настя.
— Пока в качестве сестер, — прихлопнул ладонью по креслу старик. — Сами решите, как вам быть. Все равно большую часть времени проводите в Москве. Но теперь любые вопросы по вашему будущему решает Никита. Это не обсуждается. А я иногда буду приезжать в гости.
— Мы ему не дадим ворошить штат работников! — вскочила младшая и сжала кулачки.
— Да успокойся, егоза! — хмыкнул Анциферов. — Приведет в дом жену, все изменится, хочешь ты этого или нет.
— Настя, выходи замуж за Никиту! — рассмеялась Анита, мгновенно улучив момент, чтобы поддеть сестру. — Вот уж развернешься, станешь настоящей хозяйкой Боровичей!
Настя зашипела и вдруг на середине комнаты появилась росомаха, постепенно приобретая плотность и живость. Раскрыв пасть, животное показало великолепные зубы, и двинулось скользящим шагом, прижимаясь к полу, в сторону Аниты. Но старшая сестра уже вызвала свой личный тотем в виде рыси. Покружившись на середине комнаты, они мгновенно сгинули после хлопка Петра Григорьевича.
— Расшалились, девки! — нахмурил он кустистые брови. — Завтра чтобы вели себя прилично. Оденьтесь в лучшее. Произведите впечатление и не болтайте лишнего. Тем более, все боярство здесь будет. Говорить много придется, кормить.
— Мы можем помочь на кухне, — сказала Анита. — Все равно скучно слушать мужиков.
— Хорошо, я скажу женщинам, чтобы вас пустили в свое царство, — засмеялся Анциферов. — А то завопят: негоже боярышням ручки ломать в готовке.
* * *
Приезд нового наместника не был обставлен с помпой. Всего лишь четыре блестящих черным лаком внедорожника с великокняжескими гербами на капотах и малыми гербами Назаровых и Анциферовых, еще не объединенных Геральдической Комиссией воедино, на трепещущихся от встречного ветра флажках, влетели в просыпающийся город. Они распугали собак и кошек, разрушили патриархальную тишину ревом моторов. Промчавшись по главной широкой улице, прозванной местными Проспектом, колонна свернула к Мсте, и двинулась дальше вдоль реки, пока не подкатила к распахнутым воротам усадьбы наместника.
Никита вышел из третьей по счету машины и огляделся. Подворье было забито знатной частью города: Главами Родов и их женами, Старшинами купеческих и ремесленных гильдий, первыми сыновьями бояр и многочисленной охраной, расположившейся по периметру двора. Не меньше шестидесяти человек, навскидку прикинул волхв.
Не успев ступить на красную ковровую дорожку, проложенную от ворот до крыльца особняка, он увидел плавно вышагивающую к нему молодую служанку Анциферовых с серебряным подносом в руках, разодетую в праздничные одежды: в теплую коротенькую меховую шубейку с собольим воротником поверх яркого, горящего красными всполохами летающих фениксов, длинного сарафана. Девица, рдея как эти самые фениксы, остановилась в двух шагах от Никиты и гибко поклонилась на старинный манер, отчего толстая темно-русая коса перекинулась через плечо на высокую грудь. Потом выпрямившись, она певуче произнесла:
