Кит отпрыгнул назад, тут же вскинул перчатки в боевой готовности. Он медленно кружил, изучая своего противника, оценивая и взвешивая в попытке предугадать, каким может быть первый выпад Бреварда.
Этот выпад последовал мгновение спустя в форме быстрого, резкого удара ему по ребрам. Кит был готов и прикрыл руками грудь, отражая удар. Он ответил контрударом, резким апперкотом, который угодил Бреварду в челюсть. Он услышал шлепок соприкосновения перчатки с кожей, и голова Бреварда резко откинулась вбок.
Виконт тряхнул головой. Удар оказался, видимо, сильнее, чем он ожидал.
– Я слышал, что у тебя крепкий удар, Уинтер. Теперь я понимаю, что они имели в виду.
– Что? Этот легкий шлепок? – Кит попрыгал на месте, встряхнув руками. – Готов продолжать?
Бревард окинул его слегка настороженным взглядом: – У нас ведь дружеский матч, верно?
– Каким же он еще может быть? Разве мы оба не джентльмены?
Взгляд виконта прояснился.
– Совершенно верно. Давай продолжим.
Они двинулись друг вокруг друга, держа руки наготове. Кит позволил Бреварду пойти в наступление по собственному почину и с той скоростью, какую тот сам выберет. Когда он сделал это, Кит встретил его удары, отразив их без особых усилий. Он ждал, отбив еще серию ударов и контрударов, предоставляя своему противнику достаточно места заманить его туда, куда ему хотелось.
Затем внезапно настал подходящий момент. Раз, два – и прямо Бреварду в ребра. Виконт поморщился, инстинктивно прижав локти, когда уже было слишком поздно. Удары были довольно болезненные, Кит знал это, но не настолько сильные, чтобы что-нибудь сломать.
Улыбаясь, Кит отступил на несколько шагов. – Тебе надо лучше держать оборону справа. Ты совершенно открыт.
Глаза Бреварда сузились, когда он бросил на Кита еще один пронизывающий взгляд.
– Постараюсь запомнить. – Он помолчал. – Знаешь, Уинтер, я не хочу тебя покалечить.
– Как благородно! – Кит осклабился. – Что ж, полагаю, тем легче мне будет выиграть этот матч.
Они замолчали и снова стали кружить, время от времени обмениваясь короткими ударами. Пару раз Бревард попал в цель, но это были легкие, скользящие тычки, которые больше походили на пчелиные укусы, чем на настоящие удары. Затем виконт уловил ритм и пошел в нападение, нанеся пару крепких ударов Киту в живот, выбив воздух из легких. Кит отступил, чтобы отдышаться, и вскинул руки, прикрывая грудь прежде, чем последует следующий удар.
Был объявлен тайм-аут – небольшой перерыв, чтобы отдохнуть и чего-нибудь попить. Кит насухо вытер лицо и облегчил сухость во рту двумя глотками лимонада. Восстановив дыхание и силы, он снова вышел в центр ринга, готовый к следующему раунду.
Подождав не дольше нескольких секунд, он вновь атаковал Бреварда, нанеся серию быстрых, мощных, непрерывных ударов. Бревард отреагировал, попытавшись защититься и нанести удар самому. Но именно Кит все-таки нанес удачный удар, который пришелся в щеку и нос виконта.
Струйка крови вытекла из ноздри Бреварда. Он вытер ее рукавом рубашки.
– Извини. Кажется, я был слишком груб, – сказал Кит тоном, в котором не было и намека на раскаяние.
– Весь этот поединок кажется мне грубым. В чем дело? Что за причина? – потребовал виконт приглушенным голосом, предназначенным только для ушей Кита. – Если бы я не знал тебя лучше, то подумал бы, что ты по-настоящему жаждешь крови. Которую ты, случайно, разумеется, только что и пролил.
Кит пожал плечами:
– Не понимаю, о чем ты. Ну же, Бревард, давай драться. Виконт покачал головой:
– Не будем, покаты не скажешь, из-за чего на самом деле мы деремся. Это больше, чем просто тренировочный матч.
– А с чего ты взял, что я тренируюсь?
Кит снова атаковал его, но виконт прикрылся руками на долю секунды раньше, чем он нанес ему два крепких молниеносных удара в ребра. Кит наседал, используя меняющийся ритм – три удара, потом два, потом снова три, посылая их в неожиданном сочетании и на различной скорости, лишая своего противника присутствия духа и не давая ему перейти в наступление.
Грудь Кита тяжело вздымалась и опускалась, кожа стала липкой от пота к тому времени, когда был объявлен следующий тайм-аут. Бревард, он видел, выглядел не лучше: кожа раскраснелась, дыхание тяжелое и прерывистое. Кит почувствовал, что мышцы рук и ног мелко подрагивают и к нему подбирается легкая усталость, но ничего серьезного, ничего такого, что он не мог бы преодолеть, все еще воодушевленный схваткой.
Когда перерыв закончился, они с Бревардом вновь сошлись в центре ринга. Из толпы раздавались подбадривающие, побуждающие крики. Несомненно, были сделаны ставки.
Кит нанес комбинацию ударов, затем виконт сделал то же самое, не нанеся друг другу ощутимого урона. Когда Кит подобрался достаточно близко, чтобы ударить, виконт молниеносным движением захватил его в крепком, как тиски, объятии.
– Ну, давай выкладывай, – прохрипел он на ухо Киту, пока они боролись. – Что стоит за этой твоей злостью?
– Леди, – выпалил Кит.
– Какая леди?
Кит с рычанием вырвался из хватки Бреварда и всыпал ему еще пару свингов.
– Уф! – Виконт согнулся и обхватил себя рукам и за ушибленный живот.
Не рискуя быть подслушанным, Кит подошел ближе.
– Леди, которую ты заманил вчера вечером в сад.
– О! – Глаза Бреварда расширились за секунду до того, как Кит залепил ему еще один двойной удар в живот. Виконт покачнулся назад, но удержался и не упал.
Оправившись от удара, Бревард ринулся вперед.
– Она твой друг. Почти как сестра тебе, я знаю, но тебе не о чем беспокоиться.
Кит возобновил свою атаку.
– Мои намерения вполне благородные, – продолжал виконт, отражая удары Кита, но сам не делая попытки атаковать.
– Мне они не показались благородными. – Кит нанес еще один удар.
– Но это правда. Ей еще нужно время, но я всерьез подумываю о том, чтобы просить ее стать моей женой.
– Что? – Руки Кита сами собой опустились. Каким-то затуманенным краем сознания Кит увидел удар, который Бревард приготовился нанести, но уже ничего не мог сделать, чтобы вскинуть перчатки вовремя. Совершенно незащищенный, он принял удар прямо в лицо.
Голова закружилась, щека словно взорвалась от боли, из глаз дождем посыпались искры. Он заморгал и покачнулся, затем стал заваливаться назад и падал, падал, казалось, до бесконечности. Деревянные половицы вздрогнули под ним, когда он наконец упал на землю. Он застонал, тело мгновенно превратилось в одну сплошную боль.
– Уинтер, ты цел?
Прищурившись, он взглянул вверх и увидел перед собой вертящееся, озабоченное лицо Бреварда.
«Чертовски странно, – подумал он. – Почему Бревард кружится?»
